Что делать чтобы не потели стёкла очков


Что делать чтобы не потели стёкла очков



Сапегин Александр Павлович:


Жизнь на лезвии бритвы.

Книга вторая.

Пролог.

   Я всегда говорил, и буду повторять всем и каждому, что гоблины - это зеленомордые евреи волшебного мира. Хитрожопые бестии, денно и нощно ищущие, где бы сорвать очередной куш и сделать гешефт. Между тем им нельзя отказать в воинской доблести, да и о словах "честь" и "клятва" они никогда не забывают. Честь клана превыше всего. К чему я завел разговор о гоблинах? К тому, что не успели мы с Гермионой прибыть во Францию и сменить надоевшие за год одежды на пляжные комплекты, как на журнальном столике задребезжало сквозное зеркало. Вызывал Груборыл, мой поверенный в Гринготтсе. Гоблин просил о встрече. Ладно, если просит, уважим коротышку.    Проводив Гермиону, Дадли и Лили на пляж, я поперся в дом переодеваться. Встречать поверенного, который обещал прибыть буквально через пятнадцать минут, в плавках или пляжных шортах - это моветон, согласитесь. Так что костюм почти Адама сменился на белоснежную сорочку с коротким рукавом, черные классические брюки со стрелками, режущими воздух, и остроносыми туфлями, отражающими солнечные зайчики. Груборыл и Крокозуб прибыли секунда в секунду. Едва слышный хлопок со стороны аппарационной площадки, и я слышу приветствия дяди Вернона, вышедшего встретить гостей. Со второго этажа спустились крёстная и тетя Петунья. Андромеды и Нимфадоры в доме не было, Наследница Блек и её мама укатили в гости к жениху юной Леди. Этикет и приличия не позволяли аристократке навещать мужчину в одиночку, приличия требуют, как минимум, присутствия дуэньи. Пусть они и числятся в женихах и невестах, всё равно непорядок. Что касается Гермионы, то Грейнджеры жили у нас и сейчас принимали солнечные и морские ванны на пляже, так что с приличиями у нас всё в полном ажуре. Не подкопаешься.    После всех полагающихся по этикету расшаркиваний и ритуальных чашечек кофе, гоблины, Вальпурга, дядя Вернон и я заперлись в кабинете и перешли непосредственно к цели визита.    Причина, с точки зрения гоблинов, была, серьезнее не придумаешь. Коротышки не на шутку опасались за инвестиции, вложенные в хайтековские предприятия Советского Союза. Акции советов покатились вниз, и скоро они будут стоить не дороже бумаги, на которой напечатаны. Что так? Оказывается, пока ваш покорный слуга учился в Хоге, Союз приказал долго жить в том виде, в котором мы привыкли его видеть. В апреле девяносто второго года Генсек Романов попал в больницу в тяжелейшем состоянии, отягощённом сильнейшим отравлением. Магловские врачи и колдомедики с целителями сообща боролись за жизнь первого лица страны. Конфиденциальные источники сообщали, что на главу государства было совершено покушение, информаторы по магическим каналам подтверждали данные маггловских спецслужб.    Романов долгое время проводил политику усиления центральной власти и интенсификации производства, что не могло не сказаться на настроении окраин. Индустриальный рывок СССР никак не мог понравиться Западу, которому выход Союза на передовые позиции был, как кость в горле. Новейшие заводы и передовые технологии в первую очередь строились и внедрялись на территории Российской Федерации, Казахстана, Белоруссии и Украины. Покушение на Генсека послужило спусковым крючком для организации волнений в республиках Союза. Операция "Снежная буря", инспирированная западными спецслужбами, вступила в следующую фазу. Дальше - больше, как из-под земли полезли различные кликуны за независимость всех мастей. Мол, хватит кормить Москву и кремлёвскую клику. Центральные власти бездействовали, на этом фоне начался парад суверенитетов. О независимости объявили прибалтийские республики, Закавказье, среднеазиатские лимитрофы, серьёзные волнения охватили Украину, где за выход ратовали западные области. И вот, в самый трагичный и кульминационный момент, из больницы выписывают Романова. Генсек железной рукой наводит порядок. Поднятая по тревоге армия и внутренние войска жестоко усмиряют волнения. Под охрану взяты все стратегические точки: предприятия, месторождения, объекты министерства обороны и так далее. Головы летят в прямом и переносном смыслах, людей, замешанных в организации волнений, хватают прямо на улицах, посольства иностранных государств оцеплены вооружёнными людьми. "Прогрессивное международное сообщество", оперативно признавшее новых субъектов международных отношений, поднимает дикий вой. На Союз навались "всем миром", требуя, угрожая, кормя посулами и обещаниями. В ружье подняты войска НАТО, АУГ "бастиона демократии" бороздят моря в непосредственной близости к двенадцатимильной зоне.    В обстановке усиливающегося международного давления Романов признаёт независимость прибалтийских и среднеазиатских республик, и тут же совершает финт ушами, воспользовавшись лазейкой, которую ему подарили международные банковские синдикаты, и страны запада, под сурдинку выбившие из усечённого Союза признания царских долгов. Мол, цивилизованный мир разойдётся с коммунистами миром, если те признают себя правопреемниками Российской Империи и вернут старые должки. Начался ожесточённый торг. Романов на сессии Верховного Совета выбил признание, переговорщики к тому времени изрядно урезали начального осётра, хотя сумма всё равно оставалась приличной. "Демократии" радостно потирали ручки и хлопали в ладоши и тут они в шоке узнают, что Союз подал многочисленные иски в международные суды с требованиями вернуть собственность Российской Империи, которую незаконно отторгли после революции, а собственности оказалось непросто много, а неприлично много. Как-то все в угаре позабыли про недвижимость и земли, купленные Империей во Франции, Палестине, на Ближнем Востоке, да много где. Всплыли акции различных предприятий, золото в Америке. Международные дельцы и политики схватились за головы. Очнувшиеся русские давили по всем фронтам. Разбуженный медведь ни в какую не желал возвращаться в берлогу. Прибалтам сунули под нос, что Лифляндия и Эстляндия некогда официально куплены Империей у шведского короля, вот вам бумаги, убедитесь. Союз оставляет за собой безусловное право на владение определёнными землями, которые отторгаются у прибалтийских государств, как-то Венспилс, Нарва, военно-морские базы и Клайпеда. Рига, так и быть, в расчёт не берётся, но, господа литовцы, латыши и эстонцы, за минусом территорий, передаваемых в состав Российской Федерации, будьте добры заплатить за независимость в перерасчёте на сегодняшний курс. Да, дорого, мы понимаем, независимость, вообще, вещь не дешёвая. Выплаты можно растянуть. Тридцати лет вам хватит или добавить ещё несколько годков? Заводы электроники союзного подчинения, построенные на деньги Союзного бюджета в период с восемьдесят восьмого по девяносто второй год, демонтируются и перевозятся на территорию Псковской и Ленинградской областей. Военные базы на территориях среднеазиатских республик усиливаются оружием и личным составом. Граница запирается на замок. Москва оставляет за собой контроль крупнейших месторождений, предприятий союзного значения и стратегических объектов министерства обороны. Усечённые обрубки отпускаются в свободное плаванье.    Казалось бы, Советский Союз понёс невосполнимые потери, но я, слушая историю развала страны в пересказе гоблинов, сравнивая миры, дивился тому, как история обожает натоптанные тропы. Союз развалился и там и тут, но здесь, как ни парадоксально, Советский Союз, в составе которого остались Россия, Белоруссия, Украина, Казахстан, Армения и Молдавия, стал ещё сильнее. В первом мире случилась трагедия, здесь произошёл сущий фарс. Избавившись от дотационных регионов и республик, скинув с себя финансовое бремя и переведя его на западные страны, Москва сохранила полный контроль над бывшими своими территориями. Шоком для западного обывателя стало то, что первого июня в состав Союза попросилась Монголия..., а подданные Её Величества обсуждали на всех углах коварство русских варваров, потребовавших возврата чемоданов с царскими драгоценностями и целого перечня произведений искусства из государственных музеев, вывезенных в Англию во время гражданской войны и после революции. Американским, французским и английским концернам пришли судебные иски о возврате средств за заказанные и неполученные в своё время снаряды и вооружение, которые Антанта, плюнув на русских союзников, хапнула себе. Англии, США и Японии предъявили претензии за вооружённую интервенцию. Соединённому Королевству припомнили Мудьюг. Плохо стало всем, Союз бил наотмашь. Романов на мелочь не разменивался. Мы ведь признали царские долги, значит верно обратное утверждение. Царские долги, говорите? Верните денежки и брюлики, ведь английская королева не будет покрывать воров? Не так ли? Честность лучшая политика, у нас ведь и списочки имеются всего, что царская семья переправила за границу. Ложечки пропали, нехорошо-с...    В ходе прошедшей замятни западные спецслужбы неосторожно засветили свои сети, которые мгновенно попали под карающий меч КГБ. Агентура была уничтожена на корню. На этом моменте я встал в стойку. Грубозуб озвучил фамилии нескольких довольно известных волшебников, поехавших в Союз и канувших в небытие. Правозащитники требуют выпустить их из застенок 13 отдела КГБ. Я внутренне усмехнулся, из перечисленного списка четверо напрямую работали на Фламеля. Похоже, работа по моему письму ведётся в правильном направлении. Тихо, планомерно, под соответствующим прикрытием.    Что ещё сказать: в прошлом мире я читал нечто подобное об СССР. В фантастическом романе во время августовского путча власть захватывают контр-путчисты, через несколько лет они сами отказываются от Средней Азии. Возможно, Романов таким образом разыграл эту карту? Жестоко, цинично, рублено по живому, но моё предположение имело право на жизнь, так как укладывалось в логику событий.    К чему я так долго о Союзе? К тому, что около двух миллионов галеонов из моих кровных было вложено в предприятия на его территории. В связи с последними событиями, русские на год заморозили выплату дивидендов, изъять средства гоблины тоже не имели возможности, а на биржах под давлением крупного капитала началось организованное наступление на русские концерны, стоимость акций которых покатилась вниз. Как вы думаете, до чего додумались зеленомордые коротышки, чтобы выкрутиться из положения? Они настоятельно просили меня пройти проверку на Дары.    Откинувшись на спинку кресла, я внимательно посмотрел на Груборыла:    - Нет, уважаемый.    - Нет?! - шок и трепет. Груборыл не мог поверить своим ушам. Рядом хлопал ртом и ресницами Крокозуб.    - Вы точно просчитали все последствия? - задал вопрос я. - Вижу, что не совсем. Вы верно рассчитали, что проверка на Дары может принести мне финансы некоторых выморочных Родов, чьи сейфы закрыты не первое столетие. Таким образом, вы намеревались поправить моё пошатнувшееся финансовое положение. Только я доподлинно знаю, какой Род в этом случае мне придётся возглавить дополнительно к уже имеющимся.    - Лорд Слизерин, вы подозреваете или знаете? - уточнил Груборыл. Крёстная лёгким кивком головы присоединилась к гоблину.    - Знаю. Или вы думаете, что Миледи Смерть оставит мне выбор?    - Причём здесь Миледи? - как бы не понимая момента, поинтересовался Груборыл. Всё он понимал, хитрый коротышка, просто лишний раз хотел подтвердить свои предположения. Ладно, не буду их разочаровывать.    - Ниппи, малышка, принеси, пожалуйста, мантию. Да-да, ту самую.    Через несколько секунд домовушка положила на стол серебристую мантию, от которой веяло потусторонними флюидами.    - Это ТА САМАЯ? - с благоговением в голосе спросил поверенный, боясь прикоснуться к материи. Вальпурга замерла на месте, разглядывая легендарный артефакт.    - Она самая, - подтвердил я. - Миледи отказалась забирать её обратно, грубо выперев меня из своих чертогов и сказав, что теперь я её хозяин. Я не горю желанием становиться во главе Рода Певерелл, Груборыл.    - Не высоко ли берете? - обозначил улыбку поверенный, всё же проведя по мантии пальцами и испуганно отдёргивая руку от леденящей материи.    - Вы знаете в Британии других некромантов, владеющих даром Миледи и обласканных её вниманием? Чистая логика, уважаемый. Если я пойду у вас на поводу и получу третий перстень, мне придётся лично посетить Визенгамот, чтобы засвидетельствовать воскрешение легендарного Рода и занять кресло в первом ряду. Я похож на идиота или самоубийцу, лезущего прямо в пасть Дамболдору? И так все мы ходим по краю. Как скоро меня приберут к рукам или отравят к мордредовой бабушке? Певереллы слишком неудобный Род, чтобы с ними цацкаться, в данный момент их возвращения абсолютно никто не ждёт. Нет, Груборыл, я отказываюсь от дополнительных проверок, потерплю до совершеннолетия.    Я не стал говорить, что на данный момент владею двумя Дарами: палочкой и мантией, хотя о первой никто не знает. Воскрешающий камень пусть лежит в хижине Гонтов, лелеемые мной планы аккуратно слить информацию Дамбику никуда не делись. Спроважу дедка в могилу на пару лет раньше. Старичок не устоит, попрётся проверять. В каноне он таки напялил колечко и схлопотал Лордовское проклятье...    - Ну, что тогда прикажете делать? - Вплеснул руками Груборыл.    - Скупайте акции, пока они ничего не стоят, - перебил меня дядя. Впрочем, я не в обиде, так как хотел сказать то же самое. - Я бы посоветовал вложить миллион другой в "Русскую микроэлектронику", Советы оценят. Сейчас они испытывают трудности и будут благодарны за любую поддержку. Ничего личного, если мы потом аккуратно намекнём им о некоторых преференциях. Как говорят русские: баш на баш.    - Может, передумаете, Гарольд? - повернулся ко мне Груборыл.    - Звучит заманчиво, но нет, - отказался я. - Мне бы с наследством Слизеринов разобраться и с бесноватым родственничком. Дальнейшую работу с банком делегирую вести дяде, у меня каникулы, господа. Мне двенадцать лет, в конце концов... Прошу прощения.    - И никаких планов? - усмехнулся дядя.    - Планов громадье, поэтому каждый будет заниматься тем, что у него лучше всего получается. Мистер Груборыл, мистер Крокозуб, - я встал из-за стола и обозначил полупоклон поверенному и его помощнику, - пусть кровь врагов омывает ваши ноги, а в сейфах прибывает лунное серебро.    Хочу на пляж! Какого хрена?! Мне двенадцать лет, мало ли что к ним можно приплюсовать ещё двадцать, тело-то детское, оно хочет солнца и моря. Планов на каникулы у меня действительно было много, поэтому отдыхаем, пока есть возможность. Быстро переодевшись, я побежал на пляж.   

Часть первая.

Змеи света.

      Ласковое лето девяносто второго. Узловые сюжеты и эпизоды каникул.       Сюжет первый: интриги в кино и политике.          Тётя Петунья нервничала, волновалась, вскакивала с кресла и, сделав несколько кругов по гостиной, раздражённо плюхалась обратно. От волнения у тётушки просыпался зверский аппетит, она начинала метаться, тянулась руками к столику с пирожными, рулетиками с повидлом и тарталетками, которые активно поглощали Дадли, Гермиона и я, на середине пути одёргивала себя, обречённо вздыхала и отворачивалась с самым независимым видом. Посидев неподвижно несколько секунд, Петунья вновь натыкалась взглядом на стопку печатных изданий, лежащих на журнальном столике, и забег по гостиной с попытками слопать что-нибудь очень калорийное, сильно ядовитое и обильно политое шоколадом, начинался по новому кругу. Глядя на метания подруги, Вальпурга обречённо вздыхала, порываясь спалить гадкую макулатуру, но я каждый раз успевал перехватить руку крёстной, мягко отводя палочку в сторону. Леди бросала на меня возмущённый взгляд, делала тяжелый вдох и прятала палочку в рукав платья, после чего, как в шаль, закутывалась в длинную черную мантилью, купленную по случаю в магическом квартале Толедо. Через несколько минут её правая рука непроизвольно начинала тянуться к рукаву, скрывающему главный инструмент волшебников, а я готовиться к очередной порции гневно-осуждающих взглядов.    Вальпурга попробовала насильно напоить Петунью успокоительным, но та с упорством, достойным лучшего применения, отбилась от фиала с зельем. Не желая попадать под горячую руку, Грейнджеры благоразумно сбежали на пляж, а дядя Вернон вспомнил о неотложных делах с гоблинами. Одни мы попали под раздачу и вместо того, чтобы жариться на солнышке или потеть в спортзале, создавали атмосферу искреннего сочувствия тетушкиному горю. Одной Белле было хорошо, до конца июля она застряла на съёмках в Америке. Постепенно обстановка в доме накалялась.    Тётушку укусила и задела за живое злобная муха, рождённая в ядовитых миазмах средств массовой информации. Французские популярные издания: "Фигаро", "Паризьен", "Пари матч", женские "Фамм эктюэль" и "Элль", как сговорившись, дружно накинулись на британскую актрису, сунувшую своё свиное рыло во французский калашный ряд. Колумнисты, фельетонисты и прочие акулы пера грызли несчастную за то, что в очередной экранизации событий столетней войны ей, по результатам кастинга, досталась роль любимейшей национальной героини Франции - Жанны Д'Арк. Как же так? Как можно отдавать роль Орлеанской девы какой-то занюханной островитянке? Не может пошлая баба, прославившаяся заштатными ролями в низкопробных фильмах, посягать на святой образ! Разве во всей "Ля бель Франс" не нашлось ни одной актрисы, кроме залётной англичанки? К тому же английские изверги сожги Святую Деву, и отдать роль потомку тех, кто её сжёг, всё равно, что плюнуть в душу.    Слаженный вой и практически одновременный выход обрушившихся на Петунию Дурсль критических и обвиняющих пасквилей, говорил о заказном характере статей. От данного факта тетя нервничала и злилась ещё больше. Кому-то Петунья явно перешла дорогу, что он не пожалел денег на травлю. Кому, сейчас выяснял дядя.    - Так! - хлопнул я по сервировочному столику. Звонко брякнула посуда, Кричер подпрыгнул на месте, прижав от испуга уши, ошеломлённая Петунья застыла на полушаге Мерлин знает какого забега. - Тетя, успокойтесь и вернитесь на место. Присядьте, пожалуйста! - прошипел я, едва не переходя на парселтанг. Шуша, гревшийся у открытого окна на солнышке, живой волной перебрался на улицу, только хвост мелькнул, уж больно шипение получилось грозное. Ну этих двуногих подальше. На песочке у бассейна и тише, и спокойней, и никто не мелькает перед глазами. Провожаемая моим грозным взглядом, тётя вернулась в кресло. - Есть у меня одна мысль, тётушка, и сейчас мы её будем думать.    Возложив руки на колени, с истинно королевской грацией, Вальпурга вскинула голову:    - Мы тебя внимательно слушаем, Гарольд, - озвучила она всеобщий порыв.    - Мысль проста, как сикль: тот, кто нам мешает, тот нам и поможет!    - Хорошо, - согласилась Вальпурга, глубокомысленно поведя подбородком, после паузы она добавила с плохо скрываемой иронией, - а теперь нам бы хотелось, чтобы ты раскрыл шире свой гениальный замысел. Лично я не на йоту не приблизилась к пониманию твоего стратегического замысла.    - Пресса, папарацци, контролируемая утечка в выгодном нам ракурсе.    - Хм, - задумчиво хмыкнула крёстная и просветлела лицом. - А знаешь, Петти, это может сработать.    - Нам нужен тренажёрный зал или клуб, куда папарацци могут проникнуть, не особо напрягаясь. Второе: тысяч пятьдесят долларов на расходы, можно, в принципе, обойтись франками. Думаю, дядя Вернон найдёт подставного нанимателя, согласно сыграть роль богатенького поклонника, у которого нет ни одного шанса обратить на себя внимание объекта страсти, поэтому он пользуется обходными путями. Либо через него проплатить статью, или тираж какой-нибудь газетёнки из второго эшелона, а за ней уже главные пустобрехи подхватят. Хотя, я бы сыграл на интересе и тех и других, и французских магов до кучи. Аристократия магическая на континенте часто пересекается с элитой и аристократией маггловской. Как известно, Жанна была сквибом, мы можем аккуратно тиснуть статейку в "Парижский оракул", что у тёти очень много общего с национальной героиней..., обыграть, так сказать, магические корни. Да, тётя, помимо фитнеса и карате, придётся вам серьёзно заняться историческим фехтованием и конным выездом.    - Зачем? - удивилась Петунья.    - Чтобы окончательно заткнуть глотки злопыхателей и вогнать их в землю по самые ноздри. Жанна прекрасно держалась в седле. Готовьтесь, будем ловить на живца.    Нисколько не сомневаюсь, что некоторых зацепило слово "карате". Действительно, к постоянным нагрузкам и тренировкам тётя пристрастилась давно. Нагрузки на съёмках второй части "Волшебников" были тяжёлые, актёрам приходилось реально скакать по специально возведённым препятствиям и декорациям. Чтобы перенести незапланированную физкультуру и не сдохнуть прямо на съёмочной площадке, требовалось обладать отличной физической подготовкой. Тетя ещё с дури отказалась от дублёра и сама участвовала в некоторых трюках, только в серьёзных меняясь с профессиональной каскадёршей. Магия магией, но иногда приходится обходиться старыми добрыми методами, не всё можно доверить постановщикам иллюзорных сцен и компьютерной графике. Иллюзии и трюки чаще всего комбинировали. Когда она осознала, в какую ловушку угодила благодаря собственной глупости и переоценке возможностей, давать задний ход было поздно. Пришлось топать на поклон к мистеру Кояме и параллельно заниматься варкой зелий. Сэнсей сам за Петунью не взялся, но посоветовал, к кому можно обратиться, да выделил на подхват старшую дочь. Все вместе они совершили чудо.    Я уже упоминал о постерах с изображением сексуальной королевы волшебников, затянутой в обтягивающий костюм. Многие не верили, что у актрисы в реале такие формы и тело, которое не есть продукт мастеров фотомонтажа. По совету Лукаса тёте пришлось засветиться в купальнике на пляже в Майями. Вопросы отпали, в армии поклонников добавилось несколько полнокровных дивизий.    Где-то три часа мы ещё обговаривали детали плана по курощению недругов и завистников, потом разошлись каждый по своим делам: тётя и Леди Блек засели в каминной комнате и приступили к м-м-м, назовём сей процесс дегустацией вин и снятием нервной напряжённости, а мы утопали в спортзал месье Поля Немирова, которого, кстати, нам рекомендовал вездесущий сэнсей Кояма. У старика были связи по всему миру, вот тебе и хитрый японский сычок. Куда там Дамболдору, он перед Коямой дитя сопливое. Кстати, касаемо белобородого старца... Через несколько дней дядя Вернон принёс в клювике отчёт агентов из частного сыскного агентства, с которым у нас установились прочные дружественные связи после истории с Малфоем и его попытками подмять под себя наш бизнес. Судя по докладу шпиков, ниточка уводила на острова, где и терялась в туманных дебрях. Глубже сыщики раскопать не сумели, концы оказались оборваны, но мне и крёстной хватило нескольких фамилий, прозвучавших в отчёте, чтобы с достаточной уверенностью определить возможного заказчика.    Маглорождённые волшебники и полукровки рождаются не только в семьях простых обывателей, участи сей не избежали и обеспеченные аристократические и высокопоставленные круги. На нашем курсе учился полукровка Джастин Финч-Флетчли - сын промышленного воротилы и денежного мешка. Джастин - это крайний случай, а сколько их было до него? Выходцы из не магического мира частенько попадались на незаконных попытках связать воедино магию и какое-нибудь маггловское изобретение или устройство. За сим непотребством их хватал за тепленькое аврорат, и один интересный отдел, руководимый Артуром Уизли... Рыжий, а через него Дамболдор, плотно держали за горло некоторых фигурантов отчёта сыщиков. Детективное агентство ещё раз подтвердило то, что мне было ясно с самого начала - наезд на Петунью был чётко спланированной акцией, расследование лишь добавило ясности. Публикации были акцией прямо направленной против Дурслей и косвенно бьющей по репутации Леди Блек и "Клуба престарелых клуш". Дамболдор сделал ход. Что ж, старый шахматист считает себя гроссмейстером, а мы не оправдаем его надежд на ответный ход. Вместо шахмат я предпочитают карты. Краплёные карты...    Больше двух недель напряжённой подготовки не прошли зря. К нам давно съехались друзья-вассалы с родителями. С помпой, бантами и позументами прибыло семейство Гринграсс, наконец-то мы официально поручкались с Лордом Георгом Гринграссом, Леди Деметрой и познакомились с Асторией, младшей сестрой Дафны. О гостях и родителях вассалов я расскажу позже, остановлюсь лишь на Гринграссах. В отличие от спокойной, как океан в мёртвый штиль, Дафны, Астория ни секунды не могла усидеть на месте - пламя, кипящий котёл страсти и непосредственности, ходячее бедствие, кошачье любопытство, выплёскивающееся из ушей, вот краткая характеристика заводной блондинки.    Я как-то вскользь заметил, что у Астории раскалённое шило в попе, на что она картинно обиделась и надула губки, заявив, что я сильно принижаю её достоинства. У неё не одно, а два шила! Наш человек, сработаемся, ещё бы успокоить как-нибудь этот ураган, иначе она сначала наше поместье, а потом Хог по камушку разнесёт.    Вначале старшие Гринграссы отнеслись к знакомцам Леди Блек скептически и с солидной долей осторожности, как к богатеньким нуворишам, присосавшимся к древней аристократии, но застав в саду Лили, о чём-то увлечённо шипящей с Шушу и мелкими радужными шнурками, они пришли за объяснениями. Крестная быстренько завела обладателей квадратных глаз в кабинет и взяла с несчастных целую кучу обетов, я же выложил на стол заверенный Гринготтсом пергамент с копией генеалогического древа. В доказательство последнего материализовал на пальце перстень Лорда. Шок - это по-нашему, девочки и мальчики.    - А как же Тёмный Лорд? - задал единственный вопрос Лорд Гринграсс.    - Он не умер, почему, я сейчас говорить не буду, - ответил я, - но его участи не стоит завидовать. Лучше бы ему умереть на самом деле. Он никогда не претендовал на кольцо Лорда. Гнилую ветвь отрубают.    А после показательной тренировки и спарринга, устроенного между Гермионой, Дадли и мною, в которой мы использовали и комбинировали Силу и Магию, старшие Гринграссы стали совершенно иначе смотреть и относиться к положению Дафны на факультете и к тому, что та считает магглорождённую ведьму главной. Трудно остаться равнодушным, глядя на то, как двенадцатилетняя девочка без всякой магии с места прыгает на тридцать футов и одним взмахом руки швыряет булыжники в пару сотен фунтов весом. Они догадывались, что мы показали далеко не всё, на что способны, изрядно напустив пыли и выставив себя в выгодном свете, но и того, чему они стали свидетелями, хватило за глаза. Удар по гордости и самомнению чистокровных магов был нанесён сильнейший. Оно и понятно, Лорд Слизерин слабачку в невесты не выберет.    Сидящая в тенёчке крёстная радостно потирала ручки. Программу минимум по привлечению на свою сторону очередного семейства она выполнила и перевыполнила. Можно было с уверенностью заявлять, что у "Клуба старых клуш" в Визенгамоте появился ещё один союзник, только общим мнением было решено союз не афишировать. Теневые интриги дают куда лучший результат.    Ох, извините покорно, что-то я отвлёкся от основного повествования. После соответствующих жесточайших тренировок, пережить которые помогли бесконечные вливания в измученные организмы различных зелий, мы приступили к исполнению финальной задумки. К тренировкам, не слушая стонов и возражений, была привлечена вся молодёжь, гостившая у нас. Одна Нимфадора спряталась в мэноре жениха, не казав оттуда носа, иначе бы и её припахали. Подставное лицо и некоторые печатные издательства, через третьи руки, которые ни с какой стороны нельзя было связать с нами, получили информацию, что актриса П.Дурсль репетирует и готовится к съёмкам фильма на такой-то вилле (снята заранее) недалеко от Ниццы. В доказательство прилагалось несколько мутных фотографий каких-то людей, облачённых в старинные латы и одежды. Из-за плохого качества на фотографиях с трудом угадывалась искомая особа. Редакторы заинтересовались, "свободные охотники" с фотоаппаратами и видеокамерами наперевес получили команду "фас". Они же не знали, что их давно ждут. Представление было разыграно, как по нотам. Ничего, что мне и Гермионе пришлось сильно засветиться на общем фоне - это было продумано заранее, как дополнительная страховка от притязаний белобородого Светоча Всея Британии.    Как охрана и видеонаблюдение умудрилось прохлопать проникновение нарушителей на охраняемую территорию, тема для отдельного разбирательства, после которого "слепые" охранники получили дополнительную премию, так как папарацци остались в счастливом неведении, что их "вели" с первой и до последней секунды. Охотники до сенсаций были свято уверены в своей удачливости и незаметности. Ага, как же.    Как только поступил сигнал, что в декоративном кустарнике напротив открытой спортивной площадки засели "объекты". В снятом доме началось шевеление. Недолгое ожидание папарацци было вознаграждено сторицей. Они нескоро забудут вид Петунии Дурсль в спортивном костюме, состоящем из обтягивающего топика и шорт, лёгких кроссовок и перчаток с обрезанными пальцами на руках. Кроме фигуры тетушка продемонстрировала идеальную растяжку и хлёсткие удары руками и ногами по подвешенным грушам и макиваре. Затворы камер так и щёлкали, типа невидимые мужики в кустах пыхтели, сопели и потели, исходя слюной. Тетя же себя не ограничила одной разминкой и лупцеванием груш. За ними был спарринг с двумя спарринг-партнёрами, между делом "подсветились" мы с Дадли. После тети мы смахнулись между собой, существенно взвинтив темп, потом "потанцевали" с Гермионой. Не успела тренировка подойти к логическому завершению, как статисты вынесли на площадку старинные латы. Поддоспешники, нагрудники, бармицы, кольчуги, наручи, поножи - всё как полагается. Шлемы, щиты и мечи. На специальную площадку из утрамбованной земли недалеко от кустов вывели осёдланных жеребцов. Никому никаких скидок на возраст и социальное положение не делалось.    Лошадкам тоже досталось: седла по старинным технологиям, пластинчатые шанфроны, неполные пластинчатые же кринеты, надетые на кольчужные попоны, нагрудники. Сверху всё это богатство прикрыто простыми попонами с вышитыми на них гербами. Одна радость, что латы на нас были не сплошными рыцарскими. Рядом с нами облачалось несколько ребят-энтузиастов, занимающихся исторической реконструкцией и согласившихся участвовать в тренировках и репетициях. Парней использовали втемную.    Да начнётся бой! Потея и воняя на милю окрест, мы фехтовали мечами из сырого железа на земле, рубились верхом и устраивали заезды вокруг виллы, тетя показала прекрасное умение держаться в седле. Во время одного из постановочных поединков у неё выбили меч. Сверкнув белорыбицей, клинок отлетел далеко в сторону и вонзился в землю. Отъехав в сторону, Петунья дала шенкелей жеребцу. Закройте на минуту глаза и представьте всадницу на боевом коне, мчащемся во весь аллюр. Хрипящий конь, раскрасневшееся лицо всадницы, вишнёвые губы, сверкающие глаза, белым плащом позади развиваются распущенные волосы и тут наездница, на полном ходу, свешивается с седла и ловко подхватывает меч. Скажите, разве она не прекрасна? Папарацци в кущерях глухо выли в экстазе.    Пока мы избавлялись от доспехов и принимали душ в доме, на широкой веранде выставили грубо сбитые столы из дубовых плах. По сценарию предполагалась сцена обеда. Очередная смена костюмов. Жанна носила мужские одежды: жиппон - стеганый камзол, поверх него хук - накидка отороченная мехом. Ни пуговиц, ни застёжек у хука не было, представлял он собой прямоугольное полотно с отверстием для головы. Хук был расшит золотом и украшен аквитанским гербом на спине. И куда же без шоссов и брэ? Мы с Дадли исплевались, натягивая на себя эти детали мужского костюма, а ещё полагались гульфики. Всё как встарь, никаких отступлений. Гермиона, облачённая в одежды юной дворянки долго потешалась над клоунами в красно синем. Тьфу, чтобы я ещё раз напялил на себя чулки?! Лучше смерть. Да-да, Миледи, вы само совершенство, не то, что это орудие пыток и завязки, которые надо цеплять к специальному поясу. Тьфу! Тьфу! Тьфу! Я даже мантии возлюбил, хотя до этого терпеть их не мог и носил только по суровой необходимости. Что сказать, тетя в любой одежде была прекрасна и естественна... Постепенно вечерело, репетиции закончились. Вдоволь наглумившись над голодными мужиками в кустах демонстративным поеданием блюд из мяса и овощей, мы свернули площадку. Папарацци убрались по темноте. Попыток пробраться в дом они не предпринимали.    Через несколько дней развороты издательств дружно запестрели качественными снимками, по телевидению показали видеокадры, на которых тетя молотит по грушам и с жеребца подхватывает вонзившийся в землю меч. Часть славы сорвали Гермиона, Дадли и я. Герми была само очарование, прелестный цветок, нежный бутон, который вот-вот распустится неземной красотой. Меня выхватили верхом на боевом коне, где я одной рукой держу поводья, а на сгиб второй возложил снятый с головы шлем. Красавчик, пригожий не гладким смазливым рылом, а грубой мужской красотой, привлекающей женщин. Сам себя не похвалишь, никто тебя не похвалит. Вот так и зарабатывают тяжёлую форму нарциссизма. Локхарта на меня нет. Дадли... Дадли - это типичный будущий рыцарь: здоровенный, грубый, громогласный, отличный рубака, любитель женщин и лихих кабацких драк, в которых в щепу разносят дубовые столы и ломают об головы лавки. Он и на снимках выглядел реликтом, выходцем ушедших эпох, волей провидения затесавшимся в конец двадцатого века. Не сказать, что мальчику двенадцать лет. Нет, не в этом веке ему надо было родиться. Мигом среагировали таблоиды и на противоположную сменилась риторика. Стремясь взять эксклюзивное интервью, агента Петуньи осаждали со всех сторон. Делали подкаты спортивные издания и журналы для женщин, острыми локтями отпихивали конкурентов "Вог", "Элль" и американский "Харперс базар". Нападение Дамболдора было с успехом отбито, старик пролетал, как фанера над Парижем.    Одной обороной мы не ограничились. После долгого разговора с Вальпургой тет-а-тет, решено было сыграть по-крупному. Работать пришлось самим и очень осторожно, со всеми полагающимися мерами предосторожности, потому как на сторону такие дела не отдаются. Велик риск утечки. Империус, конфудус и обливейт нам в помощь. Как оказалось нам нужна всего лишь оборотка и разрешение на проход в открытый для общественности архив французского министерства магии. Никакого контроля и проверки на зелья французы не делали. Проходной двор, прости Мерлин. В архиве ничего не исчезло, как вы можете подумать. Наоборот, некоторые папки послевоенных времён обзавелись копиями документов, надерганных из Альманаха, любезно предоставленного мне портретом Салазара Слизерина. После министерства за дело взялась Вальпурга, так как империусом, конфудусом и обливейтом она владела в совершенстве. Основной трудностью было незаметно выцепить кого-нибудь из ведущих журналистов "Парижского оракула". Справились и с этим, опять же под обороткой. Бернара де Пуланжи (какая ирония, Бернар оказался далёким потомком одного из спутников Орлеанской Девы) мы застали в одном из многочисленных маггловских кафе, теснившихся недалеко от министерства магии. Направившись в уборную, он получил сильный конфудус между лопаток. Затем на дезориентрованного мага Вальпурга наложила империус и выдала задание идти туда-то и делать то-то. После получения подробной инструкции, без снятия империуса, накладывался двойной обливейт. В отличие от классического империуса, остававшегося в памяти, и который можно было выявить определённым способом и сбросить, разработка Сигнуса Блека, жившего в восемнадцатом веке, следов после себя не оставляла. Желание делать определённые вещи прописывалось в подсознании и никакими сыворотками правды, ментальными техниками или легилеменцией не выявлялось. Слава Мерлину, до некоторых фолиантов библиотеки Блеков допускались только Лорды и Леди, никто другой взять книги в руки просто не мог и опасные знания не ушли на сторону. Представляете, как бы развернулись Волди и Дамби, получив в руки подобный способ гадить в мозгах магов?    Потаённый приказ воспринимался личной прихотью, блажью, если хотите. Весь цимес в том, чтобы приказ империуса совпадал с персональными желаниями и характером мага, угодившего под непростительное заклинание. Де Пуланжи подходил нам по всем статьям, за что и пострадал.    Работая по заданию редактора над одной статьёй, Бернар решил зайти в архив для подбора необходимого материала, и тут ему в голову пришла мысль заглянуть в невзрачную пыльную папку. Вдруг в ней да найдется что-нибудь интересное? Чем Мать Магия не шутит? Заглянул... За первой папкой последовала вторая, затем журналист думать забыл о нудном задании, им овладел азарт... Вот оно! Сенсация!    Забегая вперёд скажу: во второй декаде июля "Парижский оракул" опубликовал статью под названием: "Темный Лорд Дамболдор". Начиналась статейка вполне мирно. Журналист сравнивал системы образования в Англии и во Франции. Естественно, эталонами в журналистком расследовании выступали Хогвартс и Шармбатон. Предметы, направления, количество мастеров в каждой из школ, успеваемость учеников и так далее, но дальше всплывают вопросы. А какие предметы были в школах пятьдесят лет назад? А сто лет назад? Почему и чем объясняли облегчение школьной программы? Почему одни предметы убрали, запретив эти направления магии и заклеймив их как черную магию, а другие оставили? Задавшись этим, Бернар копнул на век и на полвека назад. Тут и полезло со всех щелей. Магия крови, ритуалистика, боевая магия, темные искусства, стихийная магия, целительство, некромантия, бытовая магия - вот неполный список предметов, исключённых из программы за последние сто лет в Хогвартсе. Французы из выше перечисленного сумели сохранить целительство и бытовую магию. Что же дальше? Если магию крови, темные искусства и некромантию ещё можно отнести к темной магии и логически объяснить запрет на изучение, то с остальными, как ни натягивай, не налезает презерватив на глобус. Причём в Англии, всё, кроме магии крови, тёмных искусств и некромантии исчезло за последние пятьдесят лет при директоре Дамболдоре. Темная магия, как утверждает Альбус Дамболдор, калечит душу? Может быть, Бернар не берётся спорить со столь авторитетным магом, он лишь задаётся вопросом: если человек, изучающий запрещённые и убранные из школьных программ направления априори превращается в темного мага, то как тогда быть с Дамболдором, который всеми признан, как Светлый маг с большой буквы "С"? Копии аттестатов СОВ и ЖАБА юного Дамболдора, полученные французом по запросу из архива британского министерства магии, дают нам поразительный результат. Альбус никак не может быть светлым магом, так как изучал все выше перечисленные направления и, по результатам экзаменов за пятый и седьмые курсы, получил по ним "отлично". Если пользоваться логикой Дамболдора, то он темный маг, что темнее не бывает. Тогда сокращение школьной программы в Англии предстаёт совершенно в другом свете и получает чёткое логическое обоснование. Темный Лорд Дамболдор не дает возможности вырасти конкурентам и овладеть теми знаниями, которыми обладает он. Чтобы запутать общественность, он объявил себя светлым, хотя колером нисколечко не отличается от Того-кого-нельзя-называть. И дуэль с Гриндевальдом сразу вызывает множество вопросов, ведь всем известно, что нынешний Светлый и Гриндевальд дружили в юности. Ещё стоит разобраться, кто кого спихнул на кривую дорожку?    Статья в "Оракуле" вызвала широкий общественный резонанс, её перепечатали практические все магические издания континентальной Европы, только в Британии старику удалось перехватить инициативу и не допустить проникновения в магические средства массовой информации подрывных материалов. Хула и лай поднялись до небес. Голоса во Франции, Италии, Испании, Дании, Голландии и Нидерландах разделились практически поровну, где-то за Дамби, где-то против, зато Германия, Швеция и Восточная Европа ополчились против белобородого старца. Русские волхвы и маги хранили гордое молчание, своё мнение они высказали пятьдесят лет назад, но им не дали вздёрнуть Дамболдора на ближайшем суку. По требованию Германии двадцатого июля была созвана внеочередная сессия МКМ, на которой кресло председателя сменило местоблюстителя. Английский бородач получил смачного пинка под зад. В Англии у него тоже было не всё в порядке, но посты в Визенгамоте и в Хогвартсе Дамболдор сумел отстоять.    Главный бенефициар белобородого старца ничем не мог помочь своему протеже. Взбаламутив своей статьёй европейское болото, де Пуланжи заставил всплыть столько дерьма, что притопить его обратно единомоментно не представлялось возможным. Великий Алхимик разрывался на части, стараясь загасить многочисленные конфликты, его помощники не знали роздыху ни днём, ни ночью. Бернара взяли за цугундер и перетряхнули всю его память. Бедняга вспомнил чуть не цвет трусов папаши и фасон ночнушки матери перед его зачатием. Ментальное (хорошо, что не анальное) зондирование ничего не дало. Журналист был чист, как слеза младенца. За всем этим Фламель упустил из виду пропажу одного доверенного лица в Болгарии и смерть второго под колёсами маггловского автомобиля в Риме. Беднягу задавил севший за руль обдолбавшийся наркоман... Осторожней надо быть на дорогах...    В день, когда Дамболдор слетел с кресла председателя МКМ, мы с крестной вдвоём, отговорившись какой-то причиной, заперлись в кабинете и слушали колдорадио, по которому обещали сообщить результаты голосования. На радостях, Вальпурга впервые (!) сама (!) налила мне тридцать грамм марочного коньяка, себе она плеснула побольше. Закутавшись в мантилью и приняв у Кричера дамскую сигарету, вставленную в длинный мундштук, крёстная задумчиво уставилась на пламя, пляшущее на поленьях в разожженном камине. Несмотря на жаркое лето, Леди Блек почему-то всё время мерзла. Наш дуэт сработал чужими руками и чистее чистого, Салазару бы понравилось...          Сюжет второй: отдых и тренировки, тренировки и отдых от тренировок.       - Эванс, Дурсль, - Поль или как он сам разрешил называть себя: Павел, он же Павел Андреевич Немиров, сын полковника Немирова, служившего под началом генерала Деникина, в след за которым потом эмигрировал во Францию. Наш французский сэнсей, сосватанный одним шебутным дедком с фамилией Кояма, взмахом руки погнал нас вон со спортивной площадки. Проследив за следующим этапом тренировки, Поль-Павел, заложив руки за спину, всем корпусом развернулся к куцей шеренге англоязычной ребятни, выстроившейся около беговой дорожки:    - Так-так-с, юные леди и джентльмены, - длинный палец Немирова упёрся в Генри. - Десять кругов вокруг школы! Быстро! Быстро! Леди, не окажете ли вы мне честь полюбоваться вашим шпагатом? - Бекки сглотнула. - Я жду, леди.    Выйдя из поредевшей шеренги, Бекки принялась демонстрировать наставнику растяжку.    - Мисс, вы находите это смешным? - немигающий взгляд русского "варвара" буквально парализовал Асторию. - Предлагаю посмеяться вместе.    Как вы поняли, вся наша гоп-компания, с лёгкой руки вашего покорного слуги, угодила под бездушный славянский пресс. Павел Андреевич сдался перед напором одного юного англичанина и согласился "подтянуть" его друзей. Я, конечно, знаю, что ребята меня любят, но ненавидят они меня ещё больше. Что так, удивитесь вы? Элементарно, Ватсон! Первая фраза Павла, встретившего новых учеников, была не "здравствуйте", а "запомните сразу - пощады не будет, хлюпики могут убираться немедленно - дверь вон там". Милый и чуткий человек, само понимание и сострадание, в общем. Не удивительно, что именно его рекомендовал старый японец. Хитрый дед кинул нас на растерзание родственной душе. Свой свояка видит издалека. Хотя нас и плющило не по-детски: Дадли, Гермиона и я, в принципе, привычны к нагрузкам и прошли неплохую закалку у островного наставника и его дочки, а ребята попали по полной программе. Помолимся, братья, за упокой их невинных душ.    Детишки приехали отдохнуть и поваляться на песке. Что ж, валялись они больше, чем собирались. Возвращаясь из ада, рекомого тренировкой, гости доползали до песка или до газончика у бассейна и падали без сил. Старшее поколение с восторгом и ужасом одновременно, что сквозил в их взглядах, имело возможность наблюдать умильную сельскую пасторальную картину: залитый солнцем, сияющий яркой свежей зеленью газон, на котором усталыми тюленями или расплывшимися медузами распласталась группа детишек. Да, без слёз на данный пейзаж было не взглянуть. На измученных лицах юных созданий читалось нехитрое желание оказаться как можно дальше от Средиземноморья и Франции в частности, даже Хогвартс воспринимался измученными отпрысками недоступным благом. Эх, мечты-мечты...    Все попытки старшего поколения, сиречь родителей, вырвать родных кровиночек из лап палача и бездушного русского "убивцы" пропадали втуне. Воззвания к моей совести разбивались о сплошную стену непонимания и моральную глухоту. Не надо рисовать из меня монстра во плоти. У меня тоже есть сердце - кусок обледеневшего камня в груди. Моё каменное сердце обливалось кровью, хотя, сколько крови в том камне? Благо Гринграссы, на публику поскрипев зубами, провели с Лайоном-старшим, Каннингенами и О`Нилами профилактическую беседу, что ничего страшного с детьми не происходит. Лучше кланяйтесь в ножки мистеру Эвансу и миссис Дурсль, которая не жалеет времени на варку зелий и поит ваших чад чудодейственными составами. Месье Немиров настоящий специалист в своем деле, ему по плечу слепить из аморфной глины настоящих бойцов, способных постоять за себя. Глядите, как детишки воспряли духом, стоило им отпить ядовито-фиолетовой хрени из мензурок. Какие живчики, сейчас они плотненько покушают и добро пожаловать в имение Гринграссов на урок боевой магии. Портключи настроены, нечего отлынивать. Родители приглашаются за компанию, наверняка им любопытно узнать об успехах детей. Позанимаемся немного магией, не всё им руками и ногами махать. Иногда стоит работать головой и напитывать мозги мудростью ушедших поколений. Невольных учеников ожидают ритуалистика, стихийная магия, бытовые чары и прочие дисциплины, незаслуженно выкинутые из школьной программы, а вечером можно на море..., если младшее поколение не уснёт с устатку. Сара Лайон, мама Генри, неосторожно заикнулась, что сын приехал отдыхать, на что получила отлуп от Леди Деметры: мол, чада и так не перетрудились, они девять месяцев в школе волынку валяли. Вы поглядите на них, совсем от рук отбились и расслабились...    Через недельку "умирающие лебеди" оклемались, а ещё через одну перестали шататься от ветра и падать от усталости. У всех прорезался зверский аппетит и дети радовали родителей, лопая за себя и за того солитера в желудке. В общем, пошёл процесс.    На третий день после завершения операции с папарацци, крёстная спросила меня, ради чего я убиваюсь сам, и друзей заставляю рвать жилы? Лето, солнце, зачем превращать каникулы в школу по выживанию?    - Гложет меня что-то, - немного подумав и потерев щемящую грудь, ответил я. За ответом я невзначай упустил из виду ребят и их подобравшихся родителей. Дело-то происходило вечером, на открытой и обвитой плющом терассе, на которой присутствовал весь наличный контингент хозяев и гостей. Не весь, обманываю - отсутствовали старшие Гринграссы. Наши наставники по магическим дисциплинам сегодня портанулись в Англию, оставив дочек на попечение Вальпурги. Георгу кровь из носу надо было присутствовать на заседании Визенгамота, в отличие от крёстной он не мог отбрехаться плохим самочувствием и отправить вместо себя личного представителя. Открытая площадка с видом на сад и голубое зеркало бассейна удачно вписалась в роль столовой. Обедали и ужинали мы на свежем воздухе.    - Гложет? - Гермиона подсела поближе и взяла меня за руку.    - Да, предчувствие у меня нехорошее. Как подумаю о школе, сразу в груди щемит и в спине простреливает. Какая-то неявная угроза... не знаю, как описать. Что-то..., - я задумчиво похлопал ладошкой по столешнице, - мутно всё, но что-то произойдёт нехорошее.    - С кем? - не на шутку обеспокоилась Гермиона. Выпав из тяжёлых дум, я оглянулся. Что сказать, вечер у окружающих оказался безнадёжно испорчен. Дети и родители мои слова приняли слишком близко к сердцу. По их напряжённым взглядам становилось понятно, что сказав "А", придётся сказать и "Б". Так просто от меня не отстанут.    - Со мной, - глухо буркнул я, вырывая ладонь из пальчиков невесты. Выйдя из-за стола, облокотившись на перила и глядя на покачиваемые ветром кусты чайных роз, я пустился в пояснения:    - Я потому заставляю рвать жилы, чтобы вы смогли друг друга и себя защитить в случае чего. Я не знаю, с какой стороны прилетит: Дамболдор ли, Поттеры или откуда ещё, поэтому перестраховываюсь. Из-за меня вы все угодили в зону риска.    - А перевестись в другую школу? - озвучил вопрос Брайан.    - Мне родовой кодекс не даст, - покачал я головой, - а вам бы не мешало оформить запасной комплект документов, чтобы в случае чего экстренно перевестись в Шармбатон или Дурмстранг. К сожалению, с нашими аттестатами другие школы на континенте для нас закрыты. Можно сунуться в США, но там придётся год потратить на подготовительные курсы. Если уровень маггловского образования в штатах неуклонно падает, то этого совершенно нельзя сказать о магическом образовании. Салем далеко оторвался от Хогвартса, как по количеству дисциплин, так и по качеству даваемых предметов и материалов. Ещё сложней учиться в Японии и у русских, про Индию и Китай ничего не скажу. Если в первой полно, как открытых, так и закрытых магических школ: Дели, Калькутта, Бомбей, так сказать на любую касту и достаток, хотя выходцы из низших каст никогда не смогут попасть в Магическую Академию Дели, то китайские маги сами по себе закрытое общество с древними традициями и соответствующей мишурой. Вечно пыжатся, строят из себя невесть что, а сами постоянно огребались от японцев, англичан, немцев и русских, я уже не упоминаю о монголах и Тамерлане. Хромец в своё время нагнул все окружающие страны и через колено сломал индусов.    - Ты не первый раз упоминаешь про кодекс, - продолжал гнуть О`Нил, - разве сложно обойти ненужные традиции?    - Сложно, - с моего молчаливого согласия в виде кивка, ответила за меня Гермиона. - В Кодексе обязательно прописывается неукоснительное следование тем или иным правилам и обычаям. В упрощённой форме Кодекс можно рассматривать, как некий магический контракт, за нарушение пунктов которого по тебе бьёт откат. Став обладателем кольца Наследника или перстня Лорда, ты берешь на себя соответствующие обязательства.    - Лорд, это не только права, но и не менее тяжёлые обязанности. Как ваш сюзерен я несу за вас ответственность на уровне с вашими родителями, а кое-где даже больше, чем они. К примеру, реши вы выйти замуж или жениться, вы можете игнорировать мнение родных, так как они не являются магами, а от меня вы так просто не отвяжетесь. Без моего согласия и одобрения спутника жизни, брак вам заказан. И это не потому, что я такой сатрап и тиран, нет, я обязан учесть множество нюансов и обеспечить вам наиболее подходящую, скажем так, половинку, чтобы ваши магические векторы совпадали и усиливали друг друга. Ваши дети должны появиться на свет здоровыми, без родовых проклятий и унаследовать магические дары отца или матери, а в идеале, взять лучшее от обоих родителей. Жена или муж не должны вызывать отторжения и многое другое. Я обязан дать вам лучшее образование, прийти на помощь в случае беды и позаботиться, чтобы вы обрели место в жизни и нашли своё призвание.    Гермиона тихонько хмыкнула и повела глазами в сторону, обращая моё внимание на родителей вассалов. Похоже, Бекки, Генри и Брайан не довели до них сей немаловажный нюанс. Вассальный статус деток стал для взрослых сюрпризом, видно они думали, что богатенький "Буратино" от доброты душевной взял детишек под крылышко. Гермиона перевела многозначительный взгляд на Вальпургу. Невеста права, у крёстной появилась работа. После ужина и завтра ей предстоит примерить мантию учителя и просветить некоторых присутствующих о царящих в магическом мире нравах. Взрослым надо указать, что их дети и они сами влились в сословное общество, в котором без протекции или покровительства сюзерена карьеры не построить. Для современного человека законы магии архаичны, но поступиться ими, значит навлечь на себя самоиндуцируемое проклятие, а если пойти против магии и магических клятв, можно угодить в разряд парий с печатью предателей крови на ауре. В отличие от обычного мира, в магическом властвует тезис о неотвратимости наказания. Некоторые бородатые типы, типа того же Дамболдора, нашли способ обходить магические клятвы, подставляя под откаты других, но сколько верёвочке не виться...    - Знаете, - печально улыбнулась Бекки, - я сперва думала, что магический мир похож на сказку с феями и принцами на белом коне. Дни считала до Хогвартса, а там мне в первый же день открыли глаза...    - Страшноватая такая сказка, - ухмыльнулся я, - авторства Братьев Гримм. Вместо розовых пони и радуг, через каждый метр кровища, головы летят, ведьмы, яды, черная магия и волки, жрущие людей, а в довесок рабство, безнадёга и беспросветность. Сам в шоке.    - Гарольд! - крёстная закуталась в шаль. - Хватит нагонять жути, я так поняла, что ты опять впал в чёрную меланхолию и видишь мир в тёмном свете.    Вальпурга погрозила мне пальцем и пообещала просветить родителей юных магов об обычаях, а также развеять их страхи, которые возникли благодаря одному юному оболтусу. И вообще, беспросветные тренировки и учёба без перерыва плохо на нас влияют. Своей властью она отменяет завтра и послезавтра все занятия, с месье Немировым и лордом Гринграссом она договорится. Вместо них нас ждут Париж, экскурсии по памятным и историческим местам, отдых на море и шопинг. На последнем слове резко оживились дамы и дружно скуксились джентльмены. Дабы не портить вечер кислыми рожами, мужскую половину погнали прочь. Компания из мисс и миссис засела за обсуждением насущной проблемы: какие бутики и магазины посетить в обычном и магическом кварталах.    Минут через пять Кричер привел лорда и леди Гринграсс, завершивших дела в Англии. Деметра сразу же включилась в обсуждение и планирование похода по магазинам, а Георг переоделся и присоединился к мужским посиделкам у бассейна. С блаженным видом он плюхнулся в низенькое плетёное кресло, вытянул ноги и чпокнул крышкой бутылки с пивом, выхваченной из коробки со льдом. Мы, по молодости, пробавлялись коктейлями с мороженым, колой и русским квасом, на который я подсадил мальчишек. Вскоре от женского коллектива отбилась Астория и присоединилась к нашим посиделкам у бассейна. На улице стемнело, Кричер включил подсветку и декоративные светильники вокруг площадки с шезлонгами и зонтиками. Вода заиграла неоном, синие лучики разбивались о выложенные на дне мелкие зеркала. Лепота! Активированный магический купол защищал от кровососущей мерзости. Хорошо то как! Мерлин благостный, как мне все эти дни не хватало надувного матраса. Лежишь себе, потягиваешь коктейль, плюхаешь водичкой и ничего не делаешь. Всю жизнь бы вот так лежал, ей богу! Действительно, крестная попала не в бровь, а в глаз. Нервы надо лечить, а то я со своими страхами начинаю скатываться в чернуху. Надо видеть в мире добро и яркие краски. К примеру, как ауры Астории и Генри. Опустив ноги в воду, парочка сидела на краю бассейна. Размахивая руками, Генри рассказывал девочке о своём ученичестве у Помфри. По ходу рассказа он вспоминал и вставлял смешные и курьезные случаи из медицинской практики, свидетелем которых он успел стать за год. Астория заразительно смеялась, говоря, что тоже хочет стать целителем. Ауры детей переливались одинаковым цветом и резонировали. Мда... Полежав пару минут на матрасе, я потёр глаза и опять перешёл на магическое зрение. Картина не поменялась. Однако, не было печали... А ведь я раньше видел сполохи аур парочки стоило им приблизиться друг к другу, но не обращал внимания. Видел и не обращал внимания.    Так вставать не хочется, а придётся. Бабе делать было нечего, завела она себе порося. В моём случае место порося занимал Генри, рядом с ним приплясывали Бекки и Брайан. Разруливай теперь.    Разместившись в соседнем кресле с мистером Гринграссом, я лениво поинтересовался, есть ли у его лордства амулеты или прочие приблуды, позволяющие смотреть в магическом спектре? А может сам лорд Гринграсс владеет даром видеть ауры? Потоки магии он видит, вдруг и здесь подфартило? Лорд не обладал, в отличие от супруги. А соответствующие девайсы есть, как не быть. "Зеленотравчатые" семейство старинное, всякой хрени в закромах накопили, есть у них и должные вещицы работы Эбботов. На вопрос, зачем мне артефакт, пришлось уверять мистера Гринграсса, что мне он абсолютна незачем, а ему лично очень пригодится, ибо я хочу кое-что и кое-кого показать. Скептически хмыкнув, Георг вызвал личного эльфа и сгонял его за нужной предметом, который оказался копией известного многим волшебникам Британии монокля главы ДМП. Было бы замечательно пригласить леди Деметру, но тихо, чтобы присутствующие не отвлекались. По приказу хозяина, ушастик сгонял за матерью девочки.    - Вы хотели нам что-то показать, Гарольд? - великосветским тоном осведомился Георг.    - Вы правы, - грустно улыбнулся я, - Лорд, Леди, извините, что я к вам так фамильярно, но будьте добры воспользоваться моноклем и перейти на магическое зрение. Обратите внимание на мистера Лайона и вашу дочь. Прекрасная пара, не находите?    Несколько минут они во все глаза пялились на смеющихся детей. Первым молчание нарушил Лорд Гринграсс. Преувеличенно осторожно передав монокль эльфу, он промолвил:    - Ни за что!    - Дорогой! - медово пропела Деметра. Только я не знаю, чего было больше в голосе леди: мёда или яда.    - Я сказал - нет!    - Дорогой..., - всё же яд в чистой форме и улыбка... Б-р-р, до мурашек пробирает. - Это шанс! Один на миллион! Ты же сам видел, они магическая пара!    - Деметра, что я скажу Малфою?! - пошёл на попятный лорд Гринграсс. Ага, улыбочка жены не оставила его равнодушным. Мне бы так улыбаться.    - Но ведь мы ещё ни о чём не договорились и ничего друг другу не обещали, предварительные намётки не в счёт. Я в тебя верю, дорогой. Ты у меня умница. Что для тебя важнее, счастье дочери или призрачная выгода от договора с Малфоями? Ты ведь любишь Асти? - кнут и пряник, лесть и воззвание к светлым, возвышенным чувствам. Женщины страшные противницы. У Георга не было ни шанса. - Гарольд?    - Лорд, Леди, прошу извинить меня, но завтра, всё завтра! Обещаю, ни я, ни родители Генри никуда от вас не убегут. Спешка нужна сами знаете для чего. Мне бы сейчас на матрасик, в бассейн. Нервишки успокоить, коньячка бы выпить, жаль по возрасту нельзя.    - Умеете вы уговаривать, Гарольд. Я вас оставлю, мальчики, - предвкушающее улыбнулась Деметра. - Пойду, пошепчусь с миссис Лайон. Гарольд...    - Леди Гринграсс...    - Чаппи, принеси Огденского! Одна нога здесь, другая там! - обречённо вздохнув, приказал лорд Гринграсс.          Интерлюдия.       Средиземноморское побережье Испании. Летний домик семейства Гойл...          Сиеста. Время послеобеденного отдыха. Пора, когда жизнь замирает, боясь расплавиться под жаркими лучами светила. Твари земные и небесные, мечтая о прохладе, ищут укрытия от зноя и спасаются в тени.    Лорды Гойл и Кребб не были испанцами, что совсем не мешало им соблюдать обычаи той страны, в которой они находились в данный момент. Лениво отдуваясь после сытного обеда, джентльмены проследовали в курительный зал, чтобы в тишине и спокойствии обсудить некоторые деликатные вопросы. Лорд Гойл взмахнул палочкой. После замысловатого жеста и невербального заклинания в зале воцарилась благословенная прохлада. Невидимый щит, установленный волшебником, отсекал дневную жару, пытавшуюся прорваться в помещение через открытые створки широких окон. Нагретый безжалостным солнцем ветерок в бессильной злобе шевелил невесомые тюли, но пересилить колдовство не мог.    Сбросив пиджак на руки подскочившему эльфу, ослабив узел галстука и расстегнув верхнюю пуговичку безупречно белой сорочки, Лорд Гойл кивнул гостю на коробку с кубинскими сигарами и первым разместился в широком кресле, Джонатан Кребб последовал примеру друга, умащивая мускулистые, без единой жиринки, телеса в мягких объятиях старинной мебели. Некоторых особо внимательных читателей мог задеть диссонанс - Гойл и пиджак. Судя по всему маг предпочитает маггловский элемент верхней одежды. А где же мантия?    Вопреки установившемуся мнению и тщательно культивируемым слухам, господа Кребб и Гойл не являлись ярыми ретроградами магглоненавистниками. Отнюдь. Постоянно развивающийся мир диктовал новые реалии, и как бы не противились волшебники ползучей экспансии обычных людей и культуре магглов, постепенно попирающих устои тайного мира, скрытого за завесами и Статутом, но факты указывали на то, что каток изменений в первую очередь подминал тех, кто жил прошлым и не желал перестраиваться и изменяться. Это русским и китайцам хорошо, у них страны большие, есть где скрыться, да ещё волхвы сохранили секреты создания "закрытых территорий", бывших своеобразными отдельными карманами или выходами в другие миры. В своё время старцы утащили в другой мир Китеж. Сколько не бились маги Бату-хана и китайские наёмники, пытаясь взломать защиту волхвов и открыть дорогу к ненавистному городу, всё впустую. Через столетия набравшие силу волхвы вернулись и Золотая орда перестала существовать. Недолго продержались Казанское и Астраханское ханства. Волхвы, ведьмаки и ведуны в союзе с царями и православными клириками на корню давили сопротивление ханских шаманов. Ходят упорные слухи, что Китеж был не единственным "скрытым" городом. Говорят, будто бы русский князь Александр Невский создал на северных окраинах новгородских земель несколько тайных поселений, в коих нашли приют многие кудесники, гонимые скандинавскими ярлами и конунгами непокорные берсерки и ульфхеднары, люди-перевёртыши - маги, умевшие несколько ипостасей, чаще всего звериных. После смерти невского беглецы тихой сапой перекочевали под руку год от года усиливающейся Москвы. Кто-ж знал, что русские покорят шестую часть суши и волхвы у них войдут в союз с официальной властью? Хорошо им, а вот европейским магам приходится таиться от обычного мира. Особенно после Второй Мировой войны, спровоцированной Гриндевальдом. Опять же, ходят упорные слухи, что немцу на первых порах помогал некий светлый британский маг, Светоч, можно сказать. Да-да, Дамболдор тоже приложил к войне свою руку. "Шмель" увяз во всём этом по самые уши. До сих пор отмыться не может. Недаром его с "распростёртыми" объятиями ждут в Восточной Европе и в России. Люди просто жажду задать старику гору вопросов и получить на них не меньшую гору ответов. А коль сдохнет старик в допросной или пыточной, так у русских некроманты не в загоне: живо мертвечинку подымут и вытрясут до донышка. Ученички Кощеевы дело зело знают, ни один зомби не забалует.    Волдеморт - мордредов выродок (да не узнает Тёмный Лорд о "сердечных" эпитетах), разворошил осиное гнездо и взрастил паранойю британского министерства магии до невообразимых высот. Какого грязного снуфла ему были нужны рейды устрашения по магглам и магглорождённым? Засветиться перед правительством простецов? Засветились дальше некуда. Надёжные люди докладывали, что королева тайно снюхалась с Папским престолом и в протестантскую Британию чуть не нагрянули паладины Инквизиции, а эти выродки света совсем не ведают жалости. Лучше верхние уровни Азкабана, чем подвалы клириков, упаси Мерлин от подобной участи. Из тюрьмы хоть возвращаются... Спасибо мальчишке Поттеру, угомонил Хозяина. Лорд, сволочь безносая, сгинул, подставив последователей под удар магического правосудия. Тут уж аврорат, до этого поджимавший трясущийся хвост, развернулся во всю ширь, мстя за страх и унижения. Обыски и облавы следовали непрекращающимся потоком, темных магов загоняли словно дичь. Обладателей меток бросали в Азкабан по самому факту наличия метки на предплечье левой руки, и лишь потом разбирались: кого, за что и почему. Чаще всего разбирательства оканчивались сроками от пяти до двадцати лет соседства с дементорами. Ускользнуть из лап правосудия сумели немногие, Кребб и Гойл в их числе. Попав в трудное положение и в зависимость от Малфоя, боевые маги приложили немало сил, чтобы восстановить сильно пошатнувшееся материальное положение. И совсем из ряда вон выбивался факт вложения скудных финансов союзных семейств в маггловский бизнес.    Окружающим демонстрировалось, что древним магическим аристократам, скрепя сердце, пришлось наступить на горло собственной гордости и идти на контакт с обычным миром. В реале дела обстояли несколько иначе. Начиная с восемнадцатого века, в обстановке глубочайшей секретности, через посредников и подставных лиц, Гойлы и Креббы вкладывали небольшие суммы в акции маггловских компаний. Что же изменилось после исчезновения Тёмного Лорда? Компаньоны вывели часть инвестиций из тени, придав им общественный и официальный статус. Только и всего. Маленький шажок для двух магов и огромный шаг для всего британского магического сообщества. Официально и неофициально денег от проданных "семейных" артефактов было совсем немного, но их хватило чтобы "раскрутить" бизнес и начать получать прибыль ("легенда" прорабатывалась самым тщательным образом). Дальше - больше. Деньги есть деньги, они, как известно, не пахнут. Поэтому порицание "раскаявшихся" и взятых Лордом Малфоем на поруки Пожирателей, в среде бывших коллег..., тем более в среде бывших "коллег", было исчезающее малой величиной. Те, кто поумнее, понимал, что люди потратились изрядно и в большие долги влезли, попав к Малфою на крючок. То, что боевики рассчитались с Люциусом галеонами, которые гоблины конвертировали из долларов и фунтов, ставилось магам только в заслугу. И ничего, что им приходится показательно переступать через себя, изображая маггловских бизнесменов и инвесторов.    В абсолютной тишине лорды раскурили сигары. Ароматный дымок взвился под потолок и закружился лёгкими перистыми облачками. Солнечные лучи, врывающиеся через открытое окно, расчертили дым яркими полосами, в которых танцевали невесомые пылинки. Бесшумной аппарировавший эльф, учтиво поклонившись хозяину и гостю, водрузил на столик между кресел поднос с бутылкой коньяка и приземистыми снифтерами с широкой чашей.       Снифтер - коньячный бокал тюльпановидной формы с короткой ножкой и широкой чашей.       Ещё раз поклонившись, эльф разлил коньяк по бокалам после чего испарился. Настоящие ценители полагают, что коньяк стоит пить только в особенно тёплой и дружеской остановке. Можно ли встречу двух лордов назвать дружеской? Несомненно! Сколько лет вместе, плечом к плечу, и сыновья-наследники идут по пути грозных родителей    Выпустив колечко дыма, Якоб Гойл поднял снифтер на уровень глаз, всмотрелся в густой, насыщенный янтарный цвет напитка, характерный для старых коньяков и, прислушиваясь к запаху, повёл носом над бокалом. Коньяк порадовал придирчивого ценителя ванильными нотками, за которыми нагрянула цветочно-фруктовая композиция. Джонатан понимающе усмехнулся. Отпив из своего бокала, Кребб растер напиток по нёбу и расслабленно откинулся на спинку кресла. Хозяин повторил маневр друга.    Вскоре между лордами завязался вялый треп. Джентльмены, будучи истинными англичанами, обсудили погоду, котировки на бирже, затронули женщин, коснулись политики, как маггловской, так и магической. Только ленивый нынче не обсуждал непонятные движения Лорда Гринграсса и его сторонников в Визенгамоте. Что-то назревает. Постепенно, как полагается в таких случаях, обсуждение подошло к главной теме - к наследникам.    - Джонни, тебе не кажется, что наши мальчики слишком налегают на тренировки? - в очередной раз отхлебнув из бокала, первым озвучил скользкую тему Якоб Гойл.    - Якоб, - усмехнулся Кребб, - я не узнаю тебя! Напомни мне, кто из нас двоих ратовал за усиленные занятия?    - Я не отрицаю, - вяло отмахнулся лорд Гойл.    - Ты должен радоваться, а не проявлять беспокойство, тем более мальчики занимаются не в ущерб утверждённому плану и собственному здоровью.    - Я радуюсь, но знаешь, - Якоб перешёл на проникновенный тон, старательно выделяя его голосом, - парни явно пытаются что-то доказать сами себе. Настолько истово даже мы с тобой не занимались, а гоняли нас не в пример сильнее, понимаешь? Мы из-под палки рвали жилы, а они сами изнуряют себя. Сами!    - Хм-м, - затянулся сигарой лорд Кребб, - я тоже что-то такое заметил... Хм-м, и ещё кое-что...    - Судя по выставленной планке, мальчики стремятся кого-то переплюнуть.    - Не только, друг мой. На последнем подношении крови Родовому алтарю Эби (миссис Эбигейл Кребб) подметила одну деталь, ускользнувшую от нашего с тобой внимания. Ты же знаешь, у неё иногда просыпается такая способность, а в алтарном зале сам Мерлин и Боги велели...    - Ну-ка, ну-ка?!    - Вассальный поводок на Винсе.    - А что с ним?    - Его нет! На Гобелене связь не отмечается, я специально посетил сейф в Гринготтсе. Подозреваю и Грегори освободился от служения отпрыску Малфоя.    - И как давно ты знаешь и когда планировал сказать мне? - взъершился Якоб Гойл.    - Остынь, - свернул глазами Кребб, - третьего дня новость. Трепаться о таком в Англии чревато, сам понимаешь.    - Так-так, - от волнения Якоб замахнул коньяк одним глотком.    - Не дёргайся, я принял меры. До выяснения подробностей Эби навела на мальчиков чары иллюзии, никто чужой ничего не заметил.    - Хорошо, - появившийся по щелчку пальцев эльф наполнил снифтеры, - надо выяснить: им помогли или они сами избавились от "удавки".    - Сами? Шутишь?!    - Какие тут шутки, Джонни, я боюсь узнать цену помощи и чего стоила мальчикам "овчинка". Как бы лекарство оказалось не страшнее болезни. Дуппи!    С тихим хлопком перед лордами материализовался гойловский эльф-мажордом.    - Что прикажете, Хозяин? - Дуппи протёр ушами пол и раболепно уставился на Якоба.    - Немедленно приведи Винсента и Грегори.    - У юных мастеров тренировка, - склонился в поклоне эльф.    - Я что-то непонятно сказал?! - прорычал Лорд Гойл. Эльф, не разгибаясь, аппарировал.    Через пять минут двери залы отворились, впуская в помещение распаренных, пахнущих потом парней, за спинами которых переминался с лапки на лапку Дуппи. Левое ухо мажордома покраснело и опухло, не иначе успел прижечь его утюгом.    - Звали, отец? - почтительным тоном осведомился Грегори, остановившись за три шага до родительских кресел и на пару с Винсентом обозначив поклон.    Нацепив на нос пенсне и, сложив руки на животе, Лорд Гойл медовым тоном Дамболдора, спросил:    - Вы ничего не хотите нам рассказать, мальчики? - стёкла пенсне сверкнули совсем, как половинки-полумесяцы на длинном носу директора Хогвартса.    - Со всем уважением, отец, - быстро переглянувшись с Винсентом, ответил младший Гойл, - мы ничего не сможем вам рассказать, не узнав, о чём бы вы хотели услышать.    Тут уже переглянулось старшее поколение и вновь принялось сверлить подрастающую смену требовательно-заинтересованными взглядами:    - Лорд Кребб и я хотели бы услышать занимательную историю о том, как их сыновья перестали считаться сквайрами юного Наследника Малфой. Ещё раз повторяю: вы ничего не хотите нам рассказать?    Парни ненадолго задумались:    - После непреложного обета, отец, - гордо вскинув подбородок, выдал Грегори.    - Даже так? - синхронно усмехнулись родители.    - Только так! - вернули усмешку сыновья.    - Принимается, - покладисто согласился Якоб, и после короткой паузы выставил встречное условие:    - Думаю, будет справедливым пригласить леди Эбигейл и леди Кэтрин, дабы во второй раз не повторять рассказ вашим матерям. Как вы считаете?    - Полагаем, будет лучше принести омут памяти.    - Дуппи!    - Дуппи понял, Хозяин!    Расторопный домовик приволок омут, имевший функцию проектора, и установил два дополнительных кресла для ожидаемых дам. К счастью, приглашённые леди не заставили себя ждать и через десять минут под сводами зала отзвучали требуемые клятвы. Винсент и Грегори принялись извлекать из висков серебристые нити воспоминаний. Не всё, многое не давал поведать непреложный обет, принесённый Эвансу, но чтобы сложить полную картину родителям должно хватить предоставленных обрывков: тайные тренировки Эванса и Грейнджер, куски подслушанных разговоров, собственные выводы, обливейты накладываемые на Драко, демонстрации молний из рук Эванса (Винс потратил не один подсматривающий артефакт). Опять Грейнджер и её драка с белобрысым Малфоем, рассказ о теплицах, особый акцент на развод покупателя втюхиваемого неликвида. Дафна Гринграсс в свите магглокровки и многое другое. На коллективный просмотр и краткие пояснения ушло более трёх часов.    - Эванс, значит, - резюмировал лорд Гойл. - Везде его уши.    - Ты не прав, дорогой, - пальчики леди Кэтрин коснулись руки мужа. - Вы, мужчины, не привыкли обращать внимания на мелочи и упускаете поведение мисс Грейнджер. Как она говорит, вышивает и чьи жесты и слова непроизвольно копирует.    - И чьи?    - Это же очевидно, дорогой!    - Кэтрин, душа моя, избавь меня от лишних хлопот.    - Леди Блек!    - Думаешь?    - О, Моргана, разуй глаза, Якоб!    - Хорошо-хорошо, дорогая, мы верим тебе, ты и Эби лучше нас понимаете в женских штучках, я не оспариваю вашу правоту, я пытаюсь понять. Мордред меня задери, я всё равно не понимаю, что за магией они пользуются! Эти молнии, прыжки, броски предметов, спарринги. Невербально, без палочки! В двенадцать лет... Невозможно!    - Это не магия, - вставил пару пфеннигов Винсент.    - А что?    - Они называют это Силой, а себя считают ситхами.    - Силой? Ситхами? Эванс не похож на индуса.    - Причём тут индусы, - скривился наследник Гойл. - Ситхи - это адепты тёмной стороны Силы.    - Стоп, пояснения потом. Как мальчишка и грязнокровка связаны с Блеками?    - Отец, не вздумай так сказать при Эвансе. Убъёт. Это на самом деле страшно, отец. Он тёмный и нам кажется, что он уже убивал, временами от него так и веет жутью вперемешку со смертью. Стоит, улыбается, а вокруг воздух вымерзает, и стены покрываются инеем и жутко, как на погосте, на котором поднимали инферналов. Он над этой Грейнджер трясётся, как наседка над цыплятами, хотя она сама кого угодно из первого и второго курсов в землю по самые ноздри вколотит. Девочки шептались, что они помолвлены. Доказательств нет, но наши сходятся во мнении, что это Эванс отправил декана и директора в больничное крыло, когда те пытались отлегилементить школьников в Большом зале. Уизли из апартаментов Помфри, вообще, не вылазят и с Квиреллом нечисто. Никто ничего доподлинно не знает, а Эвансу словно плевать! Так не бывает и в глазах у него мелькало пару раз... торжество такое кровожадное, как у кошки, поймавшей мышь.    - Не много ли вы навешиваете на бедного мальчика? - улыбнулась леди Кэтрин.    - Мама, ты просто не знаешь Эванса!    - Мы отклонились от главного, - лорд Кребб не дал увести разговор в сторону. - Леди Блек и Эванс, как они связаны?    - Моргана Прародительница! - воздела руки леди Эбигейл. - Через гоблинов и синематограф! Блек и Дурсли в одной упряжке, вы что, газет не читаете?    - Эби, - улыбнулась Кэтрин, - эти газеты и журналы мужчины действительно не читают. Им неинтересно читать про тряпки, моду и гламурную жизнь. Наследницу Блек несколько раз видели в Ницце в компании Эванса, Грейнджер и его кузена. Петуния Дурсль, тетка Эванса, снималась в "Волшебниках", а деньги на съемки дали гоблины и Вальпурга Блек, об этом на одном из приёмов проговорился Малфой. Он пытался влезть в бизнес, но в Гринготтсе ему тонко намекнули, что Леди Блек крайне не любит, когда ей переходят дорогу. С чего бы гоблинам покрывать Блеков? Не с чего, если они не вложились в совместный проект. Сынок, мальчики, я догадываюсь, что вассальную связь с Малфоем разрушил Эванс и могу предположить, что он с вас потребовал. Присматривайте за его невестой. В оба глаза присматривайте! Джонатан, Якоб, я не так опасаюсь мести Блеков, как этого мальчишку, что-то подсказывает мне, что из него вырастет достойный соперник Тёмному Лорду и Дамболдору, а я привыкла доверять своим чувствам. Его отметила сама Смерть! Мальчика изгнали из Рода, по полному ритуалу с выжиганием крови Поттеров! Он теперь наполовину Блек, через бабку и Эванс через мать, а та была очень сильна для магглорождённой, да ещё эта Сила. Сдаётся мне, все фокусы, которые они показывают на тренировках лишь верхушка айсберга! Пыль, которую пускают в глаза. Мальчики, вы обязаны осторожно выяснить у Грейнджер и Эванса подробности, тем более он сам, по неосторожности, дал вам в руки повод втереться ему в доверие. Под маркой присмотра за его невестой можно провернуть многие вещи, главное, чтобы Малфой не догадался, что вы играете против него. В августе возобновим занятия в театральном кружке. И не спорьте!    - Кэти, - проведя ладонью по подбородку, отмер лорд Гойл, - ты намекаешь, что Леди Блек сколачивает третью сторону в Визенгамоте?    - "Клуб старых клуш" только прикрытие и первая ступень. Теперь Гринграсс задёргался, Дамболдора все собаки облаивают, в Министерстве волнения, попечители Хогвартса на ушах стоят, всё это звенья одной цепи. Блек здесь как бы ни причём, но это её рук дело. Точно вам говорю!    - Так, резюмируем, парни, вам задача понятна? До сентября времени много, вам требуется разработать подробные планы по втиранию в доверие. За девчонкой бдите в оба глаза, не дай Мерлин с неё хоть один волос упадёт! Мальчишка выдал вам аванс, вы и сами понимаете это. Далее, чары сокрытия: ни одна собака не должна догадаться, что Малфои над вами больше не властны. Эби, Кэти, чары на вас, дополнительно проработайте линию поведения с Наследником Малфой. Клятвы Люциусу лишают нас свободы манёвра, Джонни и я скованы по рукам и ногам, поэтому вся надежда только на вас, что нам не полагается знать, мы знать не должны, к вечеру возьмёте с нас дополнительные обеты, тщательно продумайте формулировки, они не должны конфликтовать с вассальной клятвой. Третье: Блеки, здесь тоже на ваше усмотрение, я и Джонни вынужденно умываем руки. По возможности осторожно прозондируйте почву по снятию меток Тёмного Лорда. Ни за что не поверю, что снятие метки у Беллы это единичный случай. Аккуратно потрясите Вальпургу на приёмах. Старая ведьма знает больше, чем говорит. Ищем способ сбросить ярмо. Винсент, Грегори, на вас двоих ложится громадная ответственность, не оплошайте, парни...       Конец интерлюдии.       Сюжет третий: боевики на экране и в жизни.    Испания. Провинция Андалузия, магический замок Ла Калахора.       Тридцать первое июля, бывший, день хеппибёздынья, ядрить его в кочерыжку и Мерлином по кумполу. Полночь - время ведьм, различной нечисти и тёмных тайных дел, которые не терпят света и публичности. Как всё совпало, однако. Приникнув к каменной кладке, потрескивающей после дневного зноя, я тихонько сплюнул вниз. Между зубцов мелькнула тень стражника. Человек, если верить чувствам и ориентироваться на эмпатию.    Снизу мелькнула приглушенная красная точка лазерной указки. Есть, сигнальные чары и сторожевой контур взломаны, Гермиона и лорд Гринграсс не подвели. Гермионе спасибо за то, что буквально на коленке рассчитала параметры "пробоя", Гринграссам за инструментально-артефакторный комплекс. Ну, и слава древним богам, Перуну, Вечной Леди и семарглу, да-да, сегодня кто-то умрёт... Определённо. Время! Надвинув черную маску на глаза и кивнув Дадли, я птицей взлетаю по стене. Да поможет мне Сила. Кузен повторяет восхождение.    Мать, откуда он взялся?! У будки, расположенной у надвратной башни, скромно притулился один стражников. Черт, этот мудила сейчас поднимет тревогу.    - Э-э, брат, не угадал ты, - тихо прошипел я на серпентаго, стремительно ускоряясь и хватая горло охранника "захватом". Осторожно, главное никакой враждебной магии, мы же не хотим нарушить покой хозяев, мы хотим их упокоить с миром. Я, по крайней мере. Не берусь утверждать за остальных.    Выпучив глаза и засучив ногами, стражник попробовал сбросить невидимую удавку. Крепкий, зараза. В руке обречённого человека мелькнула волшебная палочка. Хруст кости, сломанной телекинезом, и палочка, ударяясь о камни, покатилась вниз по лестнице, охранник глухо взвыл. В какой-то момент уровень магии просел на порядок: понятно, сдох один из амулетов, которых на человеке было навешано, как шаров на новогодней елке, из-за чего я его не заметил в ментале.    - У-у-у, - стражник дёрнулся в последний раз и вывалил наружу язык, в открытых, но неподвижных глазах отразилась луна.    Мордред, перестарался, грохнул я его с перепугу. Хотел же живым взять и поспрошать маленько. Подхватив заваливающееся тело, аккуратно укладываю его в тенёк за будочкой и машу брату. Дадли с трудом сдерживает рвотные порывы. Того гляди стошнит, я же ничего не чувствую - терминатор во плоти, бездушная машина убийства. Ничего, откат будет потом, я знаю. Будут метания, будут стенания и истерики, а пока я не имею права на сантименты. Я - ситх, но наверно неправильный ситх, так как сейчас неукоснительно следую кодексу противной стороны.    В голове должна быть ясность и холодный разум. Гнев, ненависть, страсть сейчас нам не помощники, поэтому: нет эмоций - есть покой, нет страстей - есть ясность мысли. Гнев и страсть пригодятся потом, когда я доберусь до хозяина местного гадюшника. Справившись с собой, кузен скидывает с плеча моток с веревкой и, закрепив за ближайший зубец, стравливает её вниз. Не прошло и минуты, как наша компания пополнилась Гермионой и бойцами лорда Гринграсса. Хорошо иметь на службе профессиональных боевиков, по-хорошему и мне стоит озаботиться личными дружинниками. Преданные вассалы это замечательно, но и о других аспектах не стоит забывать. А неплохие ребятки, аж завидки берут. Присев, один из бойцов извлёк из кармашка на поясе снайперскую винтовку с магическим прицелом, совмещённым с маггловским ноктовизором. Несколько бесшумных плевков, и стражники на соседней башне проваливаются в крепкий здоровый сон, их теперь из пушки не разбудишь. Я же, между делом, скрутил ещё одного часового. Оглядевшись магическим зрением, обнаруживаю чистый от сторожевых плетений участок. Тыкаю "Первому" и "Второму" в нужном направлении. Парни моего союзника имели позывные "Первый", "Второй" и почему-то "Семёрка", бойцы проследили, куда телекинезом перемещается тушка вражины. Короткие кивки в ответ, миг,и они бесшумно спускаются по лестнице. Я, используя Силу, плавно планирую к пленнику. "Семёрка", Дадли и Гермиона остаются на стене. Кузен и, по-моему это всё-таки дама (из тех, что слона на скаку остановят), как силовая поддержка, Герми, как оператор магической глушилки перемещений порт-ключами и антиаппарционного барьера.    За вырезами балаклав лиц бойцов не видно, если честно, не нужны они были мне. Хватало того, что наёмники оказались настоящими профессионалами и некогда служили в различных маггловских спецподразделениях. Так что опыта у них до жопы - вагон и маленькая тележка. Приятно, когда тебя страхуют знатоки своего дела. Оказывается, не один я такой умный. Другие тоже задумывались над опытом другого мира и не впустую, между прочим. По намёкам я понял, что Георг пособирал по закрытым госпиталям нескольких ветеранов, прошедших огонь, воду и медные трубы и не понаслышке знакомых с магическим миром. Ещё бы им не знать о магах, если сами из сквибов. Короче, Георг, вернул увечным спецназовцам здоровье, взамен взяв с них клятву служения. В официальных бумагах появились сухие строки о безвременной кончине того или иного человека, а в скрытом поместье в шотландских горах прибавилось жильцов. Новые лица, новая биография - магия, порой, творит настоящие чудеса.    В закутке обездвиженному часовому спаивается порция веритасерума и, поигрывающий кинжалом "Второй", раскалывает струхнувшего мужика до донышка. Фу, скажите мне, откуда берутся такие засранцы? Дышать же невозможно. Сверкая бельмами перепуганных глаз, захлёбываясь слюной и соплями, горе-охранник, умоляя сохранить ему жизнь, выложил планы замка и подземелий как на духу, он де пятый год у графа в услужении, успел тут каждый камень изучить, только не убивайте! Думаю и я бы раскололся, взгляд у "Второго" был уж больно впечатляющим, скользившее в нём обещание пробирало до самых печёнок, да и я смертью подфанил слегонца, аж навоз в штанах мужика льдом сковало. Лёгкое воздействие Силой приводит допрашиваемого в бессознательное состояние, натуральные верёвки и кляп довершают картину. Спеленатый, как гусеница, охранник укладывается в приямок водостока. Дождя не обещали, авось не захлебнётся. Жизнь мы ему сохранили, а там куда кривая выведет.    "Семёрка" по рации, адаптированной к высокому магическому фону, передаёт, что проход к донжону и подвальным помещениям зачищен, один спящий "двухсотый", двое "трехсотых", защита взломана окончательно, барьеры установлены. Ни одна волшебная палочка не сравнится с прокаченным грамотным артефактором винтарём, так-то, братцы... Подкравшись к двери, убираю ментальные щиты и сканирую пространство. По чувствам бьют страх, боль, ужас и безнадёжность. Отдышавшись и утерев непроизвольно выступившие слёзы, прислушиваюсь повторно, на этот раз тщательно фильтруя поступающий "эмоциональный пакет". Стража обнаруживается в пяти метрах от двери. Один охранник прямо по коридору, второй за углом. Рисую на земле схему. "Второй" знаком показывает, что берёт на себя ближайшего сторожа, я ставлю крест на его напарнике. "Первый" приоткрыв дверь, бросает в коридор несколько усиленных магией световых гранат. Вспышка! "Второй" и я рыбками влетаем в помещение, один из ослепших сторожей, схлопотав от наёмника метательный нож в горло, падает навзничь. Его товарищ по несчастью ненадолго пережил собрата, треск ломаемых в "захвате" шейных позвонков будет преследовать меня не одну ночь. На моём личном кладбище добавился ещё один крест. Знаком показываю напарникам, что мне необходимо отдышаться, мужики, едва слышно усмехаются. По их понятиям я желторотый неоперившийся птенец, по недомыслию высших сил и прихоти обезумевших богов затесавшийся в компанию к взрослым дядям. Мальчик только что кончил двоих и благо, что не верещит, как профурсетка. Хотя оба понимают, что без меня и Дадли они бы не прошли дальше крепостной стены. Ну, у каждого из нас свои задачи. Я - сенсор, они - ликвидаторы, хотя провидение думает иначе и регулярно подсовывает мне кандидатов в жмурики. Это они ещё о нашем возрасте не знают, боюсь, они бы вовек не сыскали своих челюстей. Восстановив окклюментивные щиты, показываю, что можно двигаться дальше, до Ребекки, по моим грубым ощущениям около пятнадцати метров вниз по мрачным подземельям замка. Граф де Мендоса мне крупно задолжал, дайте только найти Бекки и её родителей, а там я эту богадельню по камушку разнесу, а графа подвешу за яйца вниз головой. Пусть магических туристов развлекает видом экзотической казни, падла.    Не думал, не гадал, что поездка в Испанию обернётся таким образом. Знал бы где упасть, соломки бы подстелил, и ни за что не отпустил бы Бекки одну в Андалузию. Как одну, с родителями. Захотелось им экзотики, понимаешь. Интересно, а вонючие подземелья магического замка сойдут за экзотику? Или меня пошлют куда подальше с не вовремя выступившим сарказмом? А что, антураж средневековый, ржавые цепи, настоящие палачи и пыточная с жаровней, камеры и плешивые крысы, как в замке Иф. На всю жизнь память: и захочешь забыть, да не получится.    Пока мы крадёмся, как тати, позволю себе отвлечься и пояснить, какие бастионы штурмует ваш покорный слуга со товарищи. Многие туристы из моего теперь уже несостоявшегося прошлого или будущего, наверняка слышали о замке Ла Калахора, располагающемся на юге Испании в провинции Андалузия. Исторические места, сотни лет назад европейцы здесь мерялись силой с маврами, ломали копья и проливали кровь. Сам замок построен на развалинах мавританских укреплений и долгое время служил оборонительным сооружением. Как повествуется в легенде, вторую жизнь крепости подарил Дон Родриго де Мендоса, перестроивший его в роскошный дворец. А всё почему? Потому что благородный дон влюбился в не менее благородную донью Марию де Фонсека. Влюблённые тайно поженились, но королева Изабелла аннулировала брак, заключила Дона де Мендосу в тюрьму, а его жену отправила в монастырь. Так бы и сгнили влюблённые в застенках да в разлуке, если бы не взошедший на престол Филипп I, разрешивший им соединиться. Обретшие счастье молодожёны удалились в Ла Калахору, превратив её в настоящий дворец любви.    Так оно и было на самом деле, но мало кто из посвящённых знает, что у знаменитого замка есть магический брат-близнец, возведённый в складке пространства, скрытой от посторонних глаз. В исторических хрониках нет ни строчки о второй ветви знаменитого семейства, лишь узкий круг посвящённых лиц знает, что у Родриго и Марии родился сын, который владел магическим даром. Пусть охота на ведьм в Испании лютовала не так сильно, как во Франции и остальной Европе, но хвастаться сыном магом было не принятом. Педро де Мендоса, получивший имя в честь деда, в пятнадцать лет нашёл недалеко от отцовского дома пространственный карман, сооружённый колдунами мавров. Что за сооружение стояло посреди кармана и по сей день осталось неизвестным, но магический источник в его центре был по-прежнему жив. После обучения в магических школах и десятилетнего путешествия по миру, повзрослевший Педро вернулся в родные пенаты и сумел ритуалами привязать источник к себе, тем самым дав начало магическому Роду де Медоса. Ещё десять лет он потратил на возведение замка, который в точности повторял отцовский. За почти полутысячелетнюю историю магический Ла Калахора несколько раз перестраивался, так как в тысяча семисотом году он был почти до основания разрушен врагами де Мендоса, а ещё через сотню лет восстановленный замок сильно пострадал от огня. Что это было, последствия неудачного эксперимента или боевого заклинания никто сейчас не знает. Мощный выброс из потревоженного источника основательно затёр следы. В замке погиб средний сын хозяина, слывший записным экспериментатором, поэтому причину и следствие списали на него. Сам хозяин с женой и двумя остальными детьми в это время гостил у родственников в Толедо. С того времени род основательно захирел, источник наполовину потерял силу, и теперь, скорее всего, грядёт очередная перестройка, если останется кому и что перестраивать...       Важное отступление, повествующее о том, о чём хотелось бы знать, но не успели сказать...       - Бекки, солнышко, - укоризненно глядя на дочь, всплеснула руками миссис Каннингем, - вот скажи мне, зачем тебе нужен домовик?    - Мам, как ты не понимаешь, - надулась девочка, потрясая магическим изданием "Толедского вестника", - смотри, здесь домовики стоят всего пятьдесят галеонов! Понимаешь?! Пятьдесят! На Косой Аллее за самого заморенного и захезанного просят не менее двухсот, а "чистого", не привязанного ранее к какому-нибудь роду ты дешевле четырёхсот не сторгуешь.    - Дочка, а ты уверена, что с этой лавкой и рекламой всё в порядке? - неприкрытый скепсис из мистера Каннингема так и лился. - Если магические слуги типа Кричера настолько востребованы, как ты говоришь, то разница в ценах между Англией и Испанией не может быть столь разительной. Не нравится мне это, помяните моё слово. Да ещё это, - мужчина ткнул пальцем в одну из статей, - последнее время в округе Толедо, Барселоне и Мадриде участились пропажи магглорождённых волшебников и волшебниц из малообеспеченных семей. Местные авроры, вместо поисков, лишь пожимают плечами. Что здесь творится, чёрт побери?!    - Па-а-ап, - обиженно протянула Бекки, - я же не прошу непременно купить мне домовика. Что плохого случится, если мы зайдём, приценимся и, если газета не врёт о распродаже и ценах на необученных домовиков, купим себе одного. Всё же Испания давно растеряла своё могущество, и местное магическое сообщество считается в Европе задворками мира, соответственно и уровень цен здесь намного ниже, чем дома или в той же Италии, или Франции. Туристы тут ещё пока редкие птицы. Стоит им прослышать о низких ценах на магических слуг, как их стоимость взлетит до небес, в три дня раскупят, поверьте мне.    - Хорошо-хорошо, - уводя разговор в сторону от опасной и неприятной темы необъяснимых пропаж детей, пошла на попятный мать девочки. - Если ты так просишь, мы готовы пойти на уступки, но после рынка сразу же возвращаемся во Францию.    - Спасибо-спасибо-спасибо! - повиснув на шее матери, радостно заверещала Бекки.    - Мисс Каннингем, вы уже взрослая девушка, - сдвинув брови, преувеличенно строго сказал отец. - Ведите себя на людях подобающим образом.    Отлипнув от матери, девочка состроила виноватую мордашку, продолжая постреливать в родителей хитрыми глазками из-под съехавшей на них чёлки.    - Дочка, ты не расскажешь нам, когда вы с Генри умудрились стать вассалами Гарольда? - направив стопы в сторону магического квартала Толедо, взяв дочку за руку и подхватив супругу под локоток, задал невинный вопрос мистер Каннингем.    - Ну-у...    - Конечно, если это какой-то секрет, ты можешь не говорить, но всё равно обидно, что ты не посоветовалась с нами. Мы тебя не осуждаем, Гарольд и его родственники очень приятные люди и в школе он вас защищает и оберегает, но только ты не находишь, что твой поступок касается всей семьи и узнавать о нём постфактум от чужого человека не очень приятно. Ты нам с мамой настолько не доверяешь?    - Мама, папа, простите меня, но вы не знаете всех реалий магического мира. Магглорождённые в нём это люди второго сорта, пропагандируемое равенство волшебников всего лишь фикция и красивая сказочка для олухов и магов, родившихся в обычном мире. Что в Англии, что в Испании. Да не будут авроры искать пропавших детей грязнокровок, как они говорят. Брехня это, что аврорат направил на их поиски целый криминальный отдел, отпишутся, тут к гадалке не ходи. Всем на них плевать, это не сыночек какого-нибудь известного гранда, оцарапавший на королевском приёме коленку. Впрочем, дома, в Англии, ещё попытаются сделать вид или изобразить какую-нибудь деятельность, пошлют пару патрулей по рабским рынкам и лавчонкам Лютного, здесь же, как говорила Леди Блек, даже муха лишний раз не почешется. Ох, о чём я..., о вассалитете. Понимаешь, пап, даже у нас простому смертному практически невозможно получить ученичество, мастерство или какую-нибудь престижную профессию. Магический мир по-прежнему остается закрытым сословным сообществом со всеми его заморочками, в котором первую скрипку играют чистокровные рода и кланы. По крайней мере в Англии и Шотландии. Чтобы мне после Хогвартса достичь чего-нибудь или занять должность в Министерстве магии, пришлось бы вставать перед невеликим выбором.    - Это каким? - Вздёрнув бровь, колко вставил отец девочки.    - Либо лечь под влиятельного чиновника, либо удачно выйти замуж за старика-вдовца, имеющего входы-выходы в различные структуры и то не факт, что после этого я поднялась бы выше второй помощницы третьего разносчика бумаг или секретарши начальника второстепенного отдела министерства. За мной ни силы, ни влияния, а раздвигание ног или золотая клетка в древнем мэноре это не то, о чём я мечтаю.    - Господи, - тихо промолвила миссис Каннингем, поражённая откровениями дочурки, которая предстала перед родителями в ином свете. Чуть ли не впервые в жизни Каннингемы столкнулись с откровенно взрослыми рассуждениями своей маленькой девочки.    - Не ожидал, что наш маленький пупсик так быстро повзрослеет, - с натугой выпустив воздух из-под плотно сжатых зубов, качнул головой отец. - Может тебе не стоит возвращаться в Хогвартс, а доучиться в обычной школе? Как я понимаю, жизнь там не сахар.    - Не сахар, - согласилась Бекки, - но ничего не получится, пап. По закону я обязана получить образование, так что ни мне, ни Генри не отвертеться от магов и Хогвартса, если только переехать в Америку или в Австралию. К тому же не забываем об ученическом контракте со школой и репрессиях к нарушителям. Вы хотите, чтобы вам стёрли память? Нет? Я тоже не хочу. Гарольд и Гермиона описали нам будущие перспективы со всеми подробностями и предложили хорошенько подумать. К тому же Гермиона сама магглорождённая, она врать не будет. Гарольд - лорд древнейшего Рода, благодаря его покровительству и вассалитету я автоматически избегаю многих ловушек, и обретаю возможность получать образование и будущую профессию по выбору, сообразуясь с личными дарами, наклонностями и предпочтениями. Передо мной открываются все двери магических академий на континенте, вплоть до России, у Гарольда и там есть связи. Да, есть минусы в виде Дамболдора и присных, но это временно, ещё в активе клятва в любой момент придти по зову сюзерена и непреложный зарок никогда не выступать против его и его рода и не делать ничего, что могло бы негативно сказаться на чести сюзерена. С другой стороны Гарольд обязан защищать нас, ну... и прочее. К тому же я почти свободна в выборе супруга, хотя мой будущий муж обязан пройти одобрение у Гарольда.    - Как у вас строго, - добродушно ухмыльнулась миссис Каннингем.    - Да, - согласилась дочь, - по-другому нельзя. Налево, пап, вход в магический квартал во втором переулке.    Через пять минут семейство из Туманного Альбиона, стараясь не шибко ловить ртами ворон, вырвалось из сутолоки и толкотни центральных рядов магической ярмарки и завернуло в тихий тупичок с лавкой, в которой, согласно газетной рекламе, сегодня должна была состояться распродажа "чистых", то есть не привязанных к хозяевам, домовых эльфов.    Не успели Каннингемы переступить порог, как на звук серебряного колокольчика, подвешенного над дверью, выбежал пухленький, коротконогий, толстогубый продавец, похожий на снеговика на ножках. При виде возможных покупателей на круглолицем лице с мясистым носом и маленькими заплывшими глазками расплылась подобострастная улыбка. Постоянно кланяясь, продавец сорокой застрекотал на испанском.    - Извините, мистер..., - прервал стрекот отец Ребекки.    - Хуан Антонио Кампос, - моментально перешёл на английсткий язык торговец, - чем могу служить, уважаемый сэр?    - Синьор Кампос, - мистер Каннингем показал продавцу разворот газеты, - нас интересуют домовые эльфы, и правда ли о чём говорится в газете?    - Истинная правда, - складывая подбородки друг на друга, из-за чего они напоминали сжимающиеся и растягиваемые меха гармони или аккордеона, быстро закивал хозяин лавки. - Всё, как в газете, упаси Святая Дева Мария, мы не обманываем. Пятьдесят галеонов за эльфа, но, извините, мы не торгуемся. Цена и так снижена до предела, чуть ли не в убыток себе работаем, - разведя коротенькие ручки в стороны и картинно вздохнув на публику, пожаловался торговец. - Затраты бы отбить.    - Синьор Кампос, - выступила вперёд Бекки, - как же так, эльфы всегда были ходовым товаром.    - Истинно так, синьоритта, истинно так, - заискивающе улыбнулся продавец, - но кому, скажи мне, захочется приобретать необученного эльфа? Не каждый владелец мэнора в Испании может позволить магическому паразиту, будем откровенными, присосаться к источнику родовой магии. Те, у кого уже есть эльфы, неохотно обновляют контингент слуг, а на слабых источниках эльфы не так расторопны и быстро чахнут. А его же, паразита, ещё обучать надо и не один день, а месяца три, если задуматься. Или вы, синьоритта, разрешите эльфу пить вашу магию? Такое тоже возможно, но тогда ваш резерв просядет на четверть минимум, уж извините, не каждый маг согласится на такой размен, дураков нет. Прошу прощения. Вот поэтому, синьоритта, у нас такая смехотворная цена. Скажу вам по секрету, по дешевке достались, по дешевке и продаю, ниже вы нигде не найдете. Пятьдесят галеонов это почти даром! Зато выбор на любой вкус, не желаете взглянуть?    Отец и дочь переглянулись, и Бекки отрицательно повела подбородком. Она мечтала об эльфе, но не в таком ракурсе.    - Вынуждены отказаться, синьор Кампос, - озвучил решение мистер Каннингем.    - Жаль, очень жаль, - лицо у продавца сморщилось, как высушенная на солнце слива. - У вас слабый источник? Понимаю.    - У нас нет источника, - сказала Бекки.    - Да? - неподдельно удивился продавец. - Вы очень респектабельные клиенты, и не производите впечатление магглорождённых волшебников.    - И, тем не менее, это так, - отрезал мистер Каннингем.    - Очень интересно, - открыто улыбнулся торговец, масляные глазки блеснули в предвкушении. - Как я понимаю, синьор, синьора, волшебница у вас дочь? Девочка очень сильна, я даже подумал, что вы из старого рода. Такое случается сплошь и рядом. Позвольте полюбопытствовать, как вы оказались в наших краях? Не часто нас балуют покупатели с островов.    - Как обычно, через Францию, по туристической визе, - не чувствуя подвоха, ответил мистер Каннингем.    - Ах, - рассмеялся торговец, - простите покорно, я всё-таки забываю о маггловском транспорте и простых туристах. Синьор, синьоритта, я вижу, что вы таки хотели бы купить эльфа и, у меня есть, что предложить, кроме обычного товара, но если вас спросят, где вы взяли эльфа, вы меня не видели, я вас не знаю, и клятву вы дадите, что никому не разболтаете.    - С контрабандой не связываемся!    - Что вы, что вы! - замахал ручками торговец. - Товар законный, но за накопитель-расходник маны для подпитки эльфа я отвечать не собираюсь, хоть их и делает мой сын, но он не состоит в гильдии, понимаете? - замялся синьор Кампос. - Желаете взглянуть? Неужели у вас не найдется жалких пятнадцати галеонов на накопитель? Право слово, тогда старый Хуан совсем перестал разбираться в людях и ему пора на покой. Синьор, синьора? Прошу за мной на задний двор, простите, держать эльфов в клетках на витрине я считаю неправильным, у меня респектабельное заведение и хозяйственный двор со специальным вольером. Прошу, проходите. Не понравится предложение, вы просто развернётесь и уйдете, а так сделаете рекламу старому Хуану, какой-никакой прибыток, - Хуан подмигнул покупателям.    Торговец посторонился, пропуская покупателей к проходу на задний двор. Воровато оглянувшись, он извлёк из широкого рукава волшебную палочку. Легкий взмах изменил табличку на входной двери с "открыто" на "закрыто", неслышно щелкнула щеколда, а в спины чете из Англии ударили мощные оглушалки. На девчонку первая оглушалка не подействовала, Хуан моментально скастовал ещё две, и только после третьей мелкая тварь шлёпнулась бревном.    - Педро, - взревел лавочник, - тащи сюда свою ленивую задницу!    - Чаво разорался, - почесываясь и зевая, на крик явился здоровенный длиннорукий детина. Проглотив зевок, он во все глаза уставился на картину маслом. - Старик, ты не охренел?    - Запри хайло. Шевелись, скотина. Этих упакуй отдельно от девки. Хозяину понравится товар, сильна, чертовка, и не скажешь, что англичанка.    - Ты что творишь, пердун старый?!    - Силенцио! Работай, пока я тебя не кастрировал, не бойся - это грязнокровки, маггловские туристы, их искать не будут.    - М-м, м-м!    - Могу круцио добавить.    - М-м-м!    - То-то, фините. Аккуратно, увалень, синьор Мендоса не любит попорченный товар, ладно, бабу можешь полапать, но в трусы ни-ни, ты меня понял? - угрожающе махнул палочкой торговец.    - Понял, - сплюнул на пол Педро. - Мне жопастые нравятся, а это, тьфу! Хотя молочная ферма ничего так.    - Шевелись, бычок, я пока свяжусь с замком.          Педро сноровисто, что выдавало немалый опыт в подобных делах, обшарил одежды пленниц, срывая с них всё сколь-нибудь ценное. Широкие грабли, выдаваемые по недоумию руками, несколько дольше, чем это положено, задержались на волнующих выпуклостях миссис Каннингем, девочка привлекла не столь много внимания, щупать там ещё было нечего. Равнодушно сорвав с тонкой шейки золотую цепочку замысловатой вязки с кулончиком и сдёрнув серёжки из ушей, на этом верзила остановился. Хитрая малявка, Педро ощерил в ухмылке частокол давно нечищеных зубов, прятала золотишко за чарами невидимости, но и он не пальцем делан - умеет кое-что. Не забыв набросить на дам связывающие чары и добавив по ещё одной оглушалке, он профессионально прошёлся по карманам отца семейства. Добычей мародёра стало портмоне с тремя сотнями песо и пятьюстами фунтами стерлингов, а так же гоблинский сквозной кошелёк. В нагрузку шли дорогие наручные часы известной швейцарской марки и обручальное кольцо в пару к снятому с руки женщины. Покрутив бесполезный для него сквозной кошелёк, Педро откинул его в сторону - эту вещь лучше сразу сжечь, зелемордые коротышки блюдут интересы клиентов, поэтому взломать чары не получится. Жаль, как видно, деньги у богато одетых лаймиз водились. Сложив цацки и портмоне на стол - дон Хуан давно отучил двоюродного племянника воровать, верзила взвалил мужчину на плечо и перенёс его в секретный каземат в подвале. Дядя сам распределит, кому сколько, при этом старый купчина не страдал излишней прижимистостью. В след за отцом вскоре отправились дочь и жена мистера Каннингема. Через час их перевезут в замок. За работой Педро не обратил внимания, что серебряный кулон на золотой цепочке почернел, через несколько минут его цвет вернулся к прежнему, но это уже не имело для Педро и Хуана никакого значения. Пусть с задержкой, вызванной обильным букетом барьерных чар, сигнал ушёл на север...          - Выпустите меня! - колотя по решётке выковырянным из кладки камнем, кричала Бекки. - Выпустите меня! Мама! Папа!    Бесполезно, никто её не слышит. Девочка отложила камень в сторону и в три погибели скрючилась на охапке прелой соломы, брошенной в углу "заботливыми" тюремщиками.    В этом каменном мешке, размером два на два метра, она очнулась примерно три часа назад. Отсыревшие каменные стены, забранное решёткой маленькое окошко на двухметровой высоте и толстые, испещрённые рунами прутья, отделяющие камеру от коридора. И мёртвая тишина, нарушаемая гулкими ударами падающих с потолка на пол капель. Охапка соломы и деревянное ведро для оправления естественных надобностей. С момента, как девочка пришла в себя, её никто не навестил. Ни охранники, ни тюремщики, ни похититель - никто. Последнее, что она помнила, это луч оглушающего заклинания и резкий рывок в пупке от портключа, замаскированного под простую девичью фенечку. Аппарация не удалась, над лавкой проклятого Мерлином торговца стоял мощный барьер, блокирующий все способы магического перемещения, в том числе домовых эльфов, если они действительно продавались в этом проклятом богом заведении. Всё, на что хватило аварийного ключа - скачок на метр вперёд, а следом в плечо Бекки врезалась вторая оглушалка, и сознание померкло окончательно. Вляпалась, мамочки-мамочки..., папа, мама, как они? Что с ними сделал этот разбойник? Где они? Бекки каждые пять минут возвращалась к этому вопросу и каждый раз ей становилось страшно. За себя она боялась намного меньше, чем за родителей. Если её не убьют, Гарольд непременно найдет и освободит. Где бы она не находилась, хоть на северном полюсе, хоть в песках Сахары. Гарольд не бросит её..., не бросит..., найдёт..., Бекки разрыдалась. Хрустальные слёзы прочертили солёные дорожки на грязных щеках.    На улице смеркалось, солнце перестало играть в крестики-нолики через решетку в окошке и медленно завалилось на облачную перину за горизонтом. В коридоре загорелся тусклый магический светильник. Дряблый, едва трепещущий огонёк не разгонял тьму, он её оттенял. Светлый глазок с мелькающими тенями насекомых, которые выныривали из ночного мрака, тишина и жуткий грохот бьющих о каменный пол водяных тамтамов, выбивающих ужасающий ритм беспросветной тьмы. Когда у беки не осталось сил даже плакать, свет в коридоре засиял намного ярче, разом осветив узкий каменный мешок и длинную кишку с решётками камер по бокам. Девочка напряглась, тлеющая в груди интуиция подсказывала ей, что идут за ней. Верещащее дурниной чувство опасности, предавшее её днём, не ошиблось. Не прошло и минуты, как перед камерой остановилось два здоровенных, похожих, как братья-близнецы, мужика в камуфлированных костюмах армейского образца. Всё отличие между камуфлированными составляли широкий рваный шрам на подбородке первого и простая серьга в левом ухе второго. Хриплой ржавчиной простужено щёлкнул замок. Шрамоносец, как котёнка, сгрёб девочку за загривок и волоком потащил из камеры. Понимая, что сила не на её стороне, Беки не сопротивлялась. Ничего, придёт её время, не зря Гарольд и Гермиона столько дней гоняли её на тренировках.    - Шевели ногами! - с ужасным акцентом рявкнул конвоир, встряхнув девочку, которая, изображая насмерть перепуганное существо, пыталась достучаться до Силы.    Второй конвоир что-то сказал товарищу по-испански и весело загоготал. Шрамоносец выплюнул несколько фраз, не забыв как следует встряхнуть безвольную куклу. Потакая тварям, Бекки ойкнула и расплакалась. Увальни засмеялись. Внезапно сердце девочки захолостнуло и забилось в несколько раз быстрее, а дыхание сбилось. В двух крайних камерах содержались самые важные для неё узники - мама и папа. Видимо родители ещё не пришли в сознание, так как они даже не пошевелились, когда мимо их камер проволокли родную дочь.    - Мама! - забилась Бекки. Шрамоносец пинком открыл дверь, за которой скрывалась винтовая лестница, опускавшаяся с высоты башни в глубокие подземелья. - Мама!    Конвоир что-то злобно сказал и тыльной стороной ладони ударил девочку по лицу, разбив ей губы в кровь. На глаза малышки опустилась красная пелена, а кровь вскипела от бешенства и ненависти.    - На-а!    От филигранно исполненного "толчка", шрамоносца снесло на пару метров и перекинуло через хлипкие перила.    - А-а-а! - мгновением позже снизу раздался глухой шлепок.    - Perra! - взревел напарник или брат убитого конвоира, уклоняясь от молнии, невидимый кулак чувствительно приложил его в грудь и на мгновение выбил воздух из лёгких. На этом девчонка выдохлась.    На Бекки посыпался град ударов от забывшего о волшебной палочке мерзавца. Ученица Гарольда, не могла противостоять превосходящим силам взрослого человека, поэтому она просто уворачивалась от пролетающих мимо кулаков. Не теряя духа, девочка выжидала момент, чтобы пнуть гада острой туфелькой по колену или в место, расположенное выше берцовой кости, точнее, между двумя костями... Как ни крути, здоровяк пока ещё не её уровень и долго бегать не получится. Как оказалось, в боевых искусствах он нисколько не уступает ей, а по опыту превосходит на несколько голов и лишь удача и неимоверная гибкость спасали от встречи с каменным кулаком или железной ногой. Наступит момент, пройдет кровавый угар, и он вспомнит о палочке или Бекки не сможет увернуться и пропустит удар, которого ей хватит за глаза. Сила отзывалась неохотно, ведь до этого она неслабо потратилась на первого конвоира, сбросив тушу в две с половиной сотни фунтов в лестничный пролёт и послав молнию во второго, тем самым заработав истощение.    Точку в плясках со смертью поставил появившийся из воздуха домовой эльф в грязной наволочке. Щелчком пальцев заморозив девочку, он схватил её за руку и аппарировал. Матерящийся конвоир рванул вниз по лестнице.       Perra - "собака женского роду" (исп.);    две с половиной сотни фунтов - около 100 килограмм.       - Господин, эта мелкая убила Диего! - ворвался в ритуальный зал запыхавшийся конвоир.    - Силенцио, круцио, - лениво отмахнулся высокий, можно сказать сухопарый, черноволосый волшебник и потер бородку а-ля дон Кихот. - Фините.    - Спасибо, хозяин...    Волшебник запахнул ритуальную мантию и повернулся к каменному алтарю, отделанному растительным барельефом, в котором угадывалась рука мавританских магов. На ледяной каменной поверхности лежала девочка с разбитыми губами и глазами, горящими незамутнённой ненавистью.    - Как интересно, - на английском языке протянул черноволосый маг. - Маленькая мисс обагрила свои руки кровью. Теперь понятно...    - Круцио...    - А-а-а! - вновь дурниной заверещал конвоир.    - Гарсиа, разве я вам разрешал бить нашу гостью? Из-за вас, олухов, она сейчас пуста, как барабан и бесполезна для меня. Ритуал завершить не удастся. В то время, когда я в полушаге от триумфа, вы подкладываете мне свинью. Круцио... Фините.    - А-а-а, хозяин, она убила Диего!    - Ты хочешь сказать, что девчонка голыми руками запросто уделала взрослого волшебника? Ба-а, да ты не шутишь... Выходит, что твой брат был настолько жалок и беспомощен, что позволил прикончить себя ребёнку? Мои поздравления... Гарсиа, скажи мне, от тебя тоже стоит избавиться, раз от тебя нет никакого проку? Ответь мне, почему наша гостья истощена?! Почему, я тебя спрашиваю?! Или мне тебя возложить на алтарь вместо неё?    - Хозяин..., - распластавшись ниц, затрепетал от страха Гарсиа.    Оставив дрожащего слугу лежать на полу, маг вернулся к алтарю.    - Так-так. Ну, ничего. Сегодня я привяжу вас, юная мисс, к магическому источнику замка, а послезавтра мы завершим ритуал. Да, так будет лучше всего. Мисс отдохнёт, подкрепится, восстановит силы. Негоже оставлять за спиной недоделанные дела, не так ли? - елейным голосом говорил волшебник, расставляя свечи. - Надеюсь, мисс, вы не откажетесь от участия в следующем ритуале? Он, чтобы вы знали, должен быть сугубо на добровольной основе. Мисс, вы же не огорчите нас неразумным отказом? - сюсюкал маг.    - Подонок! - вывернула шею Бекки и плюнула в волшебника. Как не удивительно, попала, влепив тягугей, окровавленной слюной прямо в глаз ублюдка.    - Ах, какая горячая штучка могла бы вырасти из вас, мисс. Не судьба, - оттирая батистовым платочком харчок, сказал волшебник. - Да, не судьба, такой материал пропадает. Послезавтра вы не узнаете себя, мисс. Да-да, - сухо рассмеялся маг, - не узнаете. Вы примете из моих рук долголетие и будете преданно и безропотно служить роду Мендоса.    - Лучше сдохнуть!    - Ну, что вы, мисс, скажу вам откровенно, будет непозволительной роскошью тратить такой драгоценный ресурс, как вы, моя девочка.    - Я ни за что не соглашусь, - горя ненавистью, ответила Бекки.    - Ой-ли, моя дорогая? Согласишься, не будь такой букой. Порой дети такие капризные. Тебе не жалко маму и папу? Я могу отпустить их восвояси, а могу отдать Гарсие. Гарсиа, скажи, что ты сделаешь с той англичанкой?    - Вырежу ей заживо печень и заставлю папашу сожрать, - затрясся от вожделения Гарсиа.    - Вы не посмеете, - испугалась Бекки.    - А кто меня остановит? - усмехнулся Мендоса. - Делай, как я скажу, малышка, и твои родители не пострадают. Почистим им память, они и думать забудут, что у них когда-то была дочь. Все довольны и при своих. Хорошо я придумал, правда?    - Я не забуду и отомщу, клянусь!    - Пустые клятвы, моя дорогая. Домовик не может навредить хозяину.    - Какой домовик?    - Разве я не сказал? Покорно прошу извинить за оплошность. Видите ли, мисс, замок, в котором вы имеете честь гостить, стоит на источнике, которым пользовались ещё мавры и магрибские маги. За века он чуть истощился в плане силы. Алтарь под вами - это их рук дело, как и каменные барельефы в подвале, глиняные таблички времён Ассирии и Шумера и пергаменты с записями магрибцев, которые я нашёл под алтарём. Можете меня поздравить, мисс, я расшифровал пергаменты и клинопись и нашёл способ раскачать затухающий родовой источник. Чтобы вы знали, первые домовики были призваны из мира духов, а потом люди сумели скопировать их магическую структуру... Вижу, мисс, вы начали догадываться, о чём я пытаюсь вам сказать. Домовики питаются магией мэноров или волшебников. Шумерцы нашли способ превращать людей в магических слуг..., долгое время их знания считались утерянными, пока не попали в руки некоего магрибского мага, тот восстановил ритуал, пустив под нож сотни пленников и ставя на них опыты. У него ведь не сразу получилось, часть табличек не сохранились, превратившись в песок времён, но маг не останавливался на достигнутом и плевал на неудачи, таки добившись своего. Правда ему пришлось в спешке бросать нажитое, но это совсем другая история и нас она не касается ни коим боком. Касаемо вас, мисс, сейчас я напрямую свяжу вашу магию с магией замка и Родового источника Рода де Мендоса, а послезавтра, во время специального ритуала, вы отдадите ему свою магию, превратившись в домовика. Источник получит последнюю каплю подпитки и вернёт себе изначальную силу, а я обзаведусь симпатичной прислугой. Я не буду превращать вас, мисс, в страшную ушастую тварь с выпученными глазами, а сделаю симпатичной домовушкой с человеческой внешностью, но за убийство Диего и непочтительное обращение к Хозяину, накажу самыми грязными работами по чистке нужников и выгребанию навозных ям.    - Вы - монстр! Подонок! Убийца! - внезапно Бекки замолчала, прекратив призывать громы и молнии на голову мерзавца. Она широко распахнутыми глазами уставилась на волшебника. - Те необученные домовики - это..., это украденные дети...    - Грязнокровки, - сморщился маг. - Мне пришлось долго раскачивать источник, а домовики..., вот скажите, мисс, зачем мне столько магических паразитов, питающихся от магии замка? Солить? У меня тоже не сразу получилось, между прочим. Пришлось стирать всем домовикам память и отлучать от источника. "Чистые" стоят дороже и вопросов по ним задают меньше. Грязнокровок же никто искать не будет, кому они нужны, и так весь мир заполонили. Не беспокойтесь, вас я оставлю себе, вы необычайно сильны для простой грязнокровки, но, прошу прощения, ничего личного.    - Ты - труп, - успокоившись, ледяным голосом выплюнула Бекки и отвернулась. Про Гарольда и вассалитет она благоразумно предпочла умолчать. - Ты ещё этого не осознаешь, но ты уже мертвец.    - Не стоит быть настолько безапелляционной, мисс, - усмехнулся де Мендоса, полоснув по руке девочки кривым атамом, и вливая магию в пентаграмму. Яркая кровь потекла в специальные каменные углубления. Разом вспыхнули свечи, под Бекки завибрировал алтарь, и она почувствовала, как в её разуме загорается яркая искра связи с замком. Она видела его весь целиком: от подвалов до шпилей громоотводов на башнях, все комнаты и закоулки, всех жильцов и пленников в казематах. Чувствовала своего мучителя, его жену и детей в покоях, касалась разумом эльфов на кухне и хозяйственном дворе, ощущала пыль на старинных доспехах и картинах в картинной галерее.    Сколько длилось это чувство, девочка не знала, она потеряла счёт времени, подневольно сконцентрировавшись на крепнущих нитях связи с замком и землями вокруг. Вспыхнув последний раз, искра притухла, а над алтарем склонился хозяин замка.    - Замечательно, получилось лучше, чем я надеялся. Из тебя выйдет замечательная домовушка. Что ж, на сегодня, пожалуй, закончим. Гарсия, отведи нашу гостью в, хм-м, апартаменты и проследи, чтобы её как следует кормили. Спрошу лично, если с её головы упадёт хоть один волос.    - Я не буду есть...    - Будешь, империо! Ты будешь послушной девочкой и скушаешь всё, что тебе дадут. Не дерись и слушайся дядю Гарсию, он, хе-хе, плохого не посоветует.    Два дня прошли, как в тумане. Бекки ни на секунду не прекращала попыток скинуть "империо", но не получалось. Проклятие оказывалось сильнее. В этот раз её заперли в камеру размером побольше и с минимальными удобствами: топчан, дубовый стол, отгороженный ширмой угол с нужником, рваное одеяло и писк мышей в углу каменного узилища. Противно было глядеть на себя стороны и наблюдать, как безвольное тело сметает всё с тарелок. Несколько раз приходил Гарсиа и принимался рассказывать, что он сотворит с миссис и мистером Каннингем, если девчонка начнёт гоношиться и отказываться от ритуала. Ублюдок буквально смаковал сцены пыток и нагонял жути на девочку, которой наложенное "империо" не давало пнуть гада по "бубенчикам" и выцарапать ему глаза. Бекки исходила беспомощными слезами и всей душой просила Гарольда поторопиться...    Томительное ожидание закончилось в ночь со второго дня на третий. Появившийся в камере дрожащий от страха домовик, укутанный в грязную наволочку, схватил узницу за руку и аппарировал. Гарольд не успел...    - Ну, мисс, - самодовольно улыбнулся хозяин замка, - продолжим. Надеюсь, нас не побеспокоят.    Приковав Бекки к алтарю, он приказал эльфу испариться и не появляться в зале до конца ритуала. Кто его побеспокоит, тому он лично снимет шкуру и натянет её на барабан. Домовик исчез, как не бывало, а де Мендоса приступил к расчерчиванию на полу вокруг алтаря сложных геометрических рисунков.    Незаметно время перевалило за полночь. Завершив "чертёжные" работы, маг утер платком выступивший на челе рабочий пот, удовлетворённо хмыкнул и призвал к себе ящик со свечами. Расставив свечи одним взмахом руки, он удовлетворённо потер ладони:    - Ну-с, мисс, приступ...    Бах! Не так - БАХ! Под ужасающий грохот толстенная дубовая дверь сорвалась с запоров, пролетев немаленькое помещение со скоростью пули, и врезавшись в противоположную стену, рассыпалась в щепу. В зал вкатился хрипящий и сучащий ногами Гарсиа.    - Что за..., - выхватил палочку хозяин замка.    Жест по установке щита остался незавершённым, сначала в лорда ударил поток молний, заставив его истошно заорать от боли, а потом палочка, будто живая, вырвалась из рук владельца, описала в воздухе стремительный полукруг и с чмокающим звуком вонзилась ему куда-то пониже спины. Волшебник выпучил глаза, захрипел и схватился за шею. Неизвестное заклинание прижало хозяина замка к стене и под его истошные крики развело руки и ноги в стороны, над столом зависло текущее и изгибающееся железо, превратившееся в грубые скобы и обручи. Переступив порог, в алтарный зал вошёл невысокий человек в обтягивающих чёрных одеждах, не сковывающих движения. Со взмахом руки, затянутой в кожаную перчатку, скобы и обручи, как в масло, вонзились в камень, намертво приковав владельца недвижимости к холодной стене. Полуночный гость установил на полу плетёную из серебряной проволоки пирамидку и активировал непонятный артефакт, после чего нарочито медленно стянул с головы вязаную шапку с прорезями для глаз.    - Мальчишка! - ошеломлённо прохрипел хозяин замка.    - Гарольд! - радостно выдохнула Бекки.       Сюжет третий, часть вторая: боевики на экране и в жизни. Хэппи энд и последствия операции по спасению рядовой Каннингем или уже не Каннингем.    Испания. Провинция Андалузия, магический замок Ла Калахора.       - Привет, Бекки! - сказал я, подхватывая девочку и телекинезом срывая с неё оковы. - Не шевелись, я тебя так перенесу.    - Дернется кто, - обернулся я к "Первому", вошедшему следом за мной, - можешь отстрелить ему башку и вышибить мозги.    Захрипев, вскочил охранник, обрез ствола штурмовой винтовки "Первого" окрасился световой вспышкой. Пораскинув мозгами, стражник пришёл к выводу, что стоило прислушаться к доброму совету и не дёргаться, прожил бы подольше.    Что-то я подустал за сегодня, Сила мне в помощь. Ребекка, будто панночка из гоголевского "Вия": кроваво-красные губы, горящие глаза, распущенные волосы, свободная рубаха до пят, поднялась над алтарем и, не повредив линий пента... и прочих "грамм", перелетела ко мне.    - Далеко же тебя занесло, крошка. Говорил я тебе: "не ходите, дети, в Африку гулять".    - Ты пришёл! - стараясь не глядеть на свежий труп, Бекки всем телом прижалась ко мне и разрыдалась.    Нагрудник моментально промок от слёз. Сырость, вот что в первую очередь чувствуют все спасители, мать их так и перетак.    - Ну, всё, всё. Кончилось всё. Хорош разводить сырость, а то мальчики любить перестанут. Красные заплывшие глаза, опухший нос - красота! - говорил я, отстраняясь и утирая зачарованным платком слезы с лица девочки. Белая ткань оставляла за собой чистую, свежую кожу. Глаза и носик вернулись к нормальному состоянию. - Так-то лучше, а то все зеркала напугала бы.    И предваряя вопросы, сказал:    - Не беспокойся, твоих родителей уже освободили, сейчас за ними присматривают "Второй" и Гермиона с Дадли.    - Как ты меня нашёл?    - Да уж, пришлось побегать...    Побегать действительно пришлось. Сигнал "sos" застал нас на тренировке. Мгновенно нагревшийся на груди кулон и высветившееся в воздухе имя попавшей в беду девочки никого не оставило равнодушным. Сборы в Испанию были недолгими. Спасательная экспедиция в составе вашего покорного слуги, Гермионы, Дадли, Вальпурги и Георга Гринграсса аппарировала в Толедо через два часа. Ещё через час, ведомые маячком в аварийном кулончике Бекки, мы добрались до приснопамятной лавки.    Синьор Хуан Антонио Кампос был сама любезность и велеречивость, заливая гостей патокой лести и медом комплиментов. Чай не каждый день к тебе в лавку заявляются настолько родовитые покупатели.    На осторожный окольный вопрос Леди Блек, не встречал ли хозяин заведения недавно британскую семейную чету, торговец состроил честнейшие глаза и заявил, что видеть не видывал, слышать не слыхивал. И, вообще, раз многоуважаемые волшебники ничего не желают покупать, он тонко намекает покинуть заведение. Лавка закрывается.    - Нехорошо обманывать, - ответил я на эскападу торговца и раздробил поганцу телекинезом колено. За сим в труху рассыпалась волшебная палочка, так не вовремя извлечённая подлецом. Старый Хуан заверещал раненым поросёнком. В протянутую руку прилетел призванный манящими чарами кулон на цепочке. - А сейчас, не припоминаете?    - Гарольд! - Леди Блек предприняла попытку призвать меня к порядку, но Георг Гринграсс прикосновением руки остановил крёстную, и изящным жестом наложил обездвиживающее заклинание на прибежавшего на истеричные визги верзилу.    - Леди Блек, не забывайте, Ребекка личный вассал Гарольда, он в своём праве.    - Ух-ты, Леди Блек, взгляните на этого молодого человека, - я наклонился над поверженным верзилой и снял с его запястья швейцарские часы. - Часики-то знакомые, не находите?    Проделав процедуру освобождения мародёра от чужой собственности, я чуть задумался, многозначительно хмыкнул, и на пальцы с заскорузлыми, обгрызенными ногтями, со всего маху опустился подкованный каблук армейских берц. Из припозднившихся покупателей никто не поморщился, лишь Гермиона взглядом намекнула, что вторая рука осталась без высочайшего внимания. Хруст повторился. От осознания размера надвигающейся на него ж..., неприятности, торговец моментально перестал орать белугой и покрылся холодным потом.    - Дон Хуан, - присел на корточки я перед замершим купчиной. - Будем говорить? Молчим, ясно, добром, значит, не хотим. Выбирайте, правый или левый локоть? Или вы предпочитаете и дальше мужественно молчать? Позволю напомнить вам, дон Хуан, что в человеческом скелете около двухсот костей. За каждую минуту молчания я буду ломать вам по одной кости.    Хрусть, мизинец и безымянный пальцы на левой руке похитителя маленьких девочек, сами собой выгнулись в суставах на девяносто градусов. Ледяные руки смерти коснулись сердца перетрусившего колобка.    - Осталось сто девяносто восемь костей, так какой локоть, дон Хуан?    - Нет! Не надо! Я всё скажу, только не убивайте! Не надо!    Торговец запел на зависть всем курским соловьям - не остановишь. Размазывая сопли и слёзы, он выложил всю подноготную, не скрытую непреложными обетами и клятвами на крови.    Поход в лавку завершился вирой. Я обобрал торгаша до нитки, а ведь мог и убить. Чтобы ушлёпки не проболтались, с них взяли несколько хитрых обетов. Эльфы были освобождены из клеток и переданы на поруки и обучение Кричеру. Попозже мы найдем им хороших и порядочных хозяев. Через час после посещения лавки, подвешенный на торговца маячок высветил координаты где-то на Пелопоннесе в Греции. Быстро толстая тварь сделала ноги. Посланный в замок к дону де Мендосе полномочный представитель от Лорда Гринграсса вернулся ни с чем. Испанский гранд класть хотел на англичан. Тогда в действие вступил план "Б". И вот я стою в сердце любого мэнора и магического замка - в главном ритуальном зале, мою грудь орошает слёзами счастья хорошая девочка, а главный плохой злодей повержен принцем на белом единороге и намертво прикован к стене. Ляпота! Дайте две.    - Ты знаешь, кто я? - прохрипело тело на стене.    Очень хотелось ответить в русском народном стиле, предполагающем упоминание мужского детородного органа, но вслух прозвучало другое:    - Без пяти минут труп.    - Мальчишка, не знаю, кто ты, но ты поднял руку на Лорда де Мендоса! Ты хочешь получить в кровники старинный род? - ух какой апломб, уже боюсь.    - Бекки, - в неприкрытом удивлении я воззрился на девочку, - ты не сказала несчастному, что имеешь честь состоять в личном вассалитете у Лорда Слизерина? Упущеньице надо исправлять. Ладно-ладно, позволь мне самому довести до сведения л-о-о-о-рда Мендосы, - ернически протянул я, - этот маленький нюанс и уведомить его официально, что твоим похищением он сам добился вендетты. Бекки, что он хотел с тобой сделать?    Срываясь на плач, Ребекка, без утаек, поведала миру свою грустную историю, и какую участь приготовил для неё смертничек на стене.    - Понятно, - совсем недобро, с гневом в душе, протянул я. Если бы я мог взглянуть на себя со стороны, то удивился жёлто-красным ситхским зрачкам и пылающим холодной яростью глазам. Тут в голове лампочкой дневного света зажглась одна интересная идея, и не сходя с места я приступил к её претворению в жизнь. - Как твой сюзерен, Бекки, я не могу поступить иначе и оставить похитителей без наказания. Род де Мендоса будет вырезан до последнего человека, а замок сравняют с землёй и засыпят солью. Если до вас ещё не дошло, ло-о-орд, замок, как и все ваши родные, в моих руках. Желаете из первых рядов взглянуть на казнь жены и детей, лорд?    - Ты этого не сделаешь! - взорвался криком поверженный хозяин замка. - Нет!    Конечно не сделаю. Я темный, но не мразь и не подонок, как некоторые, но знать ему об этом незачем. Продолжаем играть роль очень плохого и очень злого мальчика, всем естеством жаждущего невинной крови. Заговорщицки подмигнув Бекки и "Первому", возвращаюсь к пленнику.    - А кто мне помешает? - со всего маху влепив ему по скуле, задал вопрос я и тут же начал прессовать его психологически. В прошлой жизни, да и в этой, приходилось мне читать о некоторых способах ломки, проверим теорию на практике. - Вы сами, лорд, объявили меня кровником, а оставлять мстителей за спиной последнее дело. Мелких в том числе, они потом вырастают.    - Убей меня, но не трогай их.    - Объявленную кровную месть, о которой произнесено в главном ритуальном зале, ты тоже просто так отменишь? Как ты говорил Ребекке: "ничего личного"? Что же теперь ты хочешь с нас? Пожалеть кровников, а потом, ведомые словом лорда, они придут за нашими жизнями и жизнями наших детей?    - Я прошу, молю..., нет, Изабелла, Люсия, Педро..., они ни в чём невиновны, они не знали о моих опытах.    - Даже так, - вновь подойдя к пленнику, я схватил его за подбородок, - ты прав, детей убивать грех, но месть может отменить только новый лорд или леди, связанная с и источником замка и магией Рода. Есть подходящие кандидаты? Нет, так я и понял, - отворачиваюсь и вижу, в глазах "Первого" загорелся огонёк понимания задуманного мною, пару минут назад он собственными ушами слышал рассказ Бекки и сделал правильные выводы. - "Первый", можешь пристрелить его щенков.    - Будет исполнено! - так же, как и я, "Первый" никого убивать не собирался, но подыграл он просто мастерски. Я аж сам поверил.    - НЕТ! Есть, есть, твой..., твоя вассал связана с магией источника и Родом, я передам власть ей. Да-да, она станет новой Леди рода де Мендоса и не будет вендетты. Поклянись, что не тронешь после этого моих детей и жену.    Хорошо, просто великолепно. Признаюсь как на духу, я - зло, но зло обаятельное, признайте. Спасибо, спасибо, спасибо! Я извлёк из кобуры волшебную палочку и произнёс соответствующую клятву.    - Мне нужна чаша, - сказал бывший лорд...    Через пять минут всё было кончено, новая Леди пыталась не проблеваться после испитой крови бывшего лорда. Магия Рода на глазах меняла тело девочки. Добавился рост, посветлели волосы, в глазах стало больше сини. Откашлявшись, Бекки Каннингем де Мендоса, произнесла формулировку отмены вендетты, да и не мог личный магический вассал по всем магическим законам мстить сюзерену.    - Хорошо, что хорошо кончается, - с чувством выполненного долга отряхнув руки, сказал я. - Но у нас осталось одно незаконченное дело.    - Какое? - удивилась Бекки.    - А вот такое!    Из стены выпали скобы и обручи и бывший лорд, подхваченный телекинезом, влетел в им же приготовленную пентаграмму. От влитой мной магии вспыхнули свечи и аргоновым светом засветились линии на полу.    - А-а-а! - заверещал волшебник на алтаре.    Действительно, для восстановления былой силы, источнику требовалась последняя капля. Его мощь выросла на порядок, а тело на алтаре скукожилось, ссохлись руки и ноги, выросли уши-лопухи.    Через пять минут буйство магии прекратилось. У замка и Рода теперь был сильный, обновлённый источник и мощный камень рода - алтарь, на котором лупал шарообразными глазёнками крупный домовик. Поверхностная легилеменция, на глубокую я пока неспособен, выявила бушующую пустоту в пространстве между ушами эльфа. Ясно, мозг родившейся магической тварюшки девственно чист. Тоже неплохо.    - Дай ему каплю крови, - сказал я Ребекке.    - Зачем?    - Привяжешь его к себе, и будет у тебя личный домовик. - Бекки уколола палец протянутым ножом и капнула кровью на губы домовика. Вспышка, на бедрах эльфа появилось белое полотенце с гербом рода. - Дай ему имя.    - Пусть будет Граффи, как напоминание о бывшем титуле. Гарольд, но зачем?    - Бекки, никогда не оставляй врагов за спиной! Никогда! Запомни и заруби себе на носу. Для тебя это сейчас тем более актуально.    - Э-э-э?    - Вы теперь чистокровная и завидная невеста, Леди де Мендоса. Ладно, ты как хочешь, а я до койки и спать. С наследством и наследниками предлагаю разбираться завтра и на свежую голову. Зелье для сна без сновидений дать?    - Давай.    - Ладно, беги к родителям. Э-э, постой, дай разрешение на аппарацию в замок Кричеру.    Бекки дала разрешение. К появившемуся по моему зову домовику Блеков я подтолкнул лопоухого товарища:    - Кричер, вот тебе новый ученик и можешь с ним не церемониться, учи его как следует, особенно уважать хозяев и покорности.    На губы Кричера выползла устрашающая акулья улыбка, он выкрутил ухо нового подручного и испарился вместе с ним.    - Теперь точно баиньки.       Сюжет четвёртый. Короткий, мирный и завершающий каникулы: Воркаут и пляж.       - Так, ещё один подход. К снаряду! - сверкнув акульей улыбкой, Франсуа Гийом, наш тренер-инструктор, нажал кнопку пуска на японском двухкасетнике.    Дадли сплюнул на золотистый песок тягучую слюну, подпрыгнул и ухватился безымянными пальцами за перекладину центрального турника...    - Слышь, мелкий, - "мелкий" это ко мне, - готовься, после конкурса я тебя буду убивать... медленно, очень медленно, чтобы ты сдох в мучениях.    - Разговорчики! - Франсуа остановил воспроизведение. - Ну-ка, мальчики, изобразите "флажок"! Не стоим на месте, дружненько. Я что ли за вас буду элементы показывать? Шевелим "батонами"!       "флажок" - удержание тела в горизонтальной плоскости при хвате руками за стойку турника.       Делать нечего, Дадли и я синхронно сплюнули. Ухватившись за стойки, мы изобразили и "флажок", и "знамя", так как кузен крупнее меня и шире в кости, поэтому он на флажок не тянет, он и флаг по габаритам перещеголял.    - Я тебе припомню, - обливаясь потом и чуть ли не трепыхаясь от ветра - крепкий такой бриз, продолжал бурчать Дадли. - Это ты, гад, во всём виноват.    Ну да, каюсь, виноват! Как тот Вася, который во всём виноват. Что интересно, десять дней назад братец считал, что это хорошая идея принять участие в соревнованиях по уличным видам спорта. До соревнований на пляже Ля Нартель в Сент-Максиме оставалась неделя, а программа у нас до конца не отработана...    Что-то меня опять потянуло в сторону от основного повествования. Натура - вторая привычка или как-то так. Позвольте по порядку и с кратким экскурсом в историю.    Спецоперация по освобождению невинных дев рыцарями и валькириями верхом на белых единорогах увенчалась полным успехом. Дева освобождена, злодей наказан, сочувствующие и переживающие обзавелись не одним седым волосом. Отец Гермионы, когда узнал, что его "маленькая девочка" махалась со здоровенными мужиками, направо и налево насаждая добро и причиняя справедливость, чуть не поддался шестому греху, зовущемуся "гневом" и едва-едва не нарушил заповедь "не убий". И плевать родителям, что крошка, при нужде, голым кулаком крошит валуны. Надеюсь, уважаемым читателям не стоит пояснять, на кого был направлен гнев мистера Грейнджера и кто чуть не стал невинной жертвой? Стоп, про "невинность" это я загнул, хватанул лишку, но согласитесь, грустно умереть в костедробительных объятиях почти родственника, до этого уцелев в холодных казематах старинного замка. Хорошо, что всё хорошо закончилось. Крёстная и лорд Гринграсс двумя бульдогами с мёртвой хваткой повисли на "папа-ин-лав", что обозначает "тесть" в переводе на "великий и могучий", сумев погасить первую и самую страшную волну гнева. Потом мы разобрали операцию по пунктам и по "косточкам" и выяснили, что родной кровиночке лондонских стоматологов ничего не угрожало и даже выпили совместно по капле виски со льдом в знак примирения, но осадочек, как говорится, остался. Напоследок мистер Грейнджер продемонстрировал внушительный кулак, пообещав открутить "цыплячью головёнку". А что я? Я ничего! Клялся и божился, что больше никогда и ни в жизнь... до следующего раза, благо кровь и магия в свидетели не призывались. Умудрённым людям известно, что дорога жизни от рождения до смерти прямая, как стрела, но до ужаса горбатая, да с семью загибами на версту, а я не привык давать пустых обещаний.    Простая английская девочка Бекки, в одночасье ставшая леди и примерившая графскую корону с девятью зубцами, попала в церкие руки крёстной и леди Гринграсс. Бекки, превратившейся в аристократку голубых кровей, требовалось узнать и выучить до фига и больше, поэтому коллективным решением высшего женсовета она была отстранена от тренировок у месье Немирова. То, что девочки в магическом мире впитывают с молоком матери, требовалось впихнуть в малышку за месяц, пусть не весь объём, хотя бы малую часть. Обучение это полбеды, Ребекке пришлось вникать в дела Рода де Мендоса. Принцип: назвался груздем, изволь соответствовать, никто не отменял. Её родители уволились с прежнего места работы и переехали в Испанию, запущенное хозяйство требовалось поднимать из руин.       графские короны имеют девять зубцов.       Да-да, предвижу ваш вопрос касаемо жены и детей бывшего главы рода и хозяина замка. Рассказываю. Отоспавшись, я, как сюзерен личного вассала, пригласил новоиспечённую Леди и консультантов в лице Леди Блек и Лорда Гринграсса и направился в жилую часть замка. Под магическую клятву о правде и только правде, Изабелле, далее много имён и, в конце концов, де Мендоса, было объявлено о смерти мужа. Тю-тю, никакого подвоха, господа, не забываем, что ночью на алтаре почил человек. Почил-почил, не сомневайтесь, домовой эльф Граффи человеком не является ни с какой стороны - магический паразит, этим всё сказано, одна надежда, что из школы выживания имени Кричера выйдет полезный магический паразит. На вопрос, как умер супруг? Я вновь поклялся магией, заявив, что синьор де Мендоса поднял руку на ребёнка и мало того, он хотел жестоко убить с помощью ритуала девочку, напрямую связанную с магией родового источника и родом де Мендоса. Заметьте, нигде ни слова лжи. К тому времени Бекки была связана с замком крепче родственных уз. Не вся правда? Да кто ж вам всю правду скажет, наивные. Результатом необдуманных действий стала смена главы рода. Нигде не соврав, я заложил в прелестную головку креольской красавицы мысль об откате за нападение на члена рода. Несовершеннолетнего члена! Граф нарушил непреложный запрет, за что и пострадал. А то, что юная мисс родилась в Англии, так уважаемым предкам не надо было разбрасываться кровью и семенем. Даже детям известно, что девяносто девять процентов магглорожденных на самом деле наследуют кровь магов и сквибов, изгнанных или самовольно ушедших в маггловский мир. Бекки именно такой случай. Изабелла и далее много имен, всплеснула руками и в страхе покосилась на Ребекку и сурового меня, Леди Блек и Лорд Гринграсс почему-то такого страха ей не внушали. Ага, белые и пушистые..., крёстная однажды призналась, что на родовом алтаре в подвалах Гриммо, 12 лично зарезала не одного маггла и пару магов, присовокупив к телам отягощённую убийствами и насилием криминальную составляющую. В целом, в мире стало легче дышать. Мистер Гринграсс лично никого не резал, по крайней мере в нарушении заповеди не сознаётся, зато его головорезы, к слову, с ног до головы в крови и ливере. В общем, дети внушали недетский страх. С чего бы, а? Что увидела Изабелла в детских глазах? Жалость? Именно жалостью там не пахло... Пришлось бывшую хозяйку отпаивать успокаивающим зельем. Боялась она ни сколько за себя, сколько за детей. Бекки, подученная крёстной, под сурдинку, взяла с перепуганной женщины дополнительную клятву лояльности, данную за себя и за детей, опекуном которых она являлась. Лично с моей точки зрения, фрондировать против главы рода это такой экзотический способ самоубийства. Впрочем, лишний раз перестраховаться не помешает, в своей-то голове не знаешь, что творится, а женская так вообще потёмки. Далее девочка объявила, что вдова с детьми бывшего хозяина отныне выделяются в отдельную младшую ветвь рода. Содержания они не лишаются, наоборот, затраты на подрастающее поколение будут увеличены (виру, взятую с торговца, я целиком и полностью передал Ребекке, а сумма там была очень приличная, старый Хуан без штанов остался и ещё благодарил Богородицу, что не без головы), дети должны учиться в лучших школах и получить лучшее образование. Как глава рода, Ребекка разрешает проживать новообретенным родственникам в замке в старых покоях, взамен Изабелла обязана посвятить девочку во все нюансы ведения хозяйства, а к леди Блек и к Лорду Гринграссу она обращается с просьбой подыскать грамотного и толкового управляющего. Домой мы возвратились с победой.    После были усиленные тренировки, в том числе по отработке группового взаимодействия. Здесь нас гонял "Первый", вот уж у кого жалости ни на грош - монстр, но как наставнику ему цены нет. Первого августа у "Первого", заботами работодателя образовалось некое дело в юго-восточной Азии и тренировки были отменены. Подозреваю, в мистере Гринграссе проснулись совесть и жалость или супруга, устав смазывать наследницам зельями и вытяжками ссадины, синяки и мозоли, мужу все мозги выела, дабы бесчувственный чурбан хотя бы дочек пожалел... Как итог, август объявили месяцем без тренировок. Море, пляж, прогулки и экскурсии, уроки и задания на лето для тех, кто недоделал. Дня четыре ваш покорный слуга честно наслаждался ничегонеделанием, на пятый у него засвербило в интересном месте. И тут на беду ему попалось объявление о грядущем празднике спорта на пляже Ля нартель. Честно говорю, не помню, как обстояли дела в прошлом мире, а здесь уличный спорт оказался в фаворе у молодёжи. Некоторые дисциплины давно переросли масштаб двориков, домов и кварталов, в международном олимпийском комитете поставили на голосование вопрос о включении паркура в программу следующих олимпийских игр. Воркаут на турниках был на очереди... Вот мне и загорелось поучаствовать, так сказать, показать удаль молодецкую и вывести дисциплину на новый уровень. Высоко беру, спрашиваете? Отнюдь. Закопавшись в местную профильную литературу, я нигде не нашёл упоминания о музыкальном сопровождении выступлений спортсменов данного направления. В прошлой жизни мне посчастливилось, иначе не скажешь, стать зрителем зрелищного выступления молодой компании, создавших тематический номер. На волне интереса был прочёсан интернет, бескрайние богатства которого выдали замечательные номера участников конкурса по поиску талантов.    Взяв на вооружение честно сворованную идею, я насел на Дадли, который тоже сходил с ума от безделья. Вдвоём мы проели плешь Вернону и насели на месье Немирова. Последний почесал тыковку и свёл нас с Франсуа.    Отнекивался француз недолго, оценив наши фигуры и продемонстрированные на турниках "копьё", "офицерский выход", "флажок" и прочие, он согласился помочь в воплощении идеи, за что мы записали его в соавторы. К вечеру Гийом подобрал забойную роковую тему и началась отработка связок, присоединившиеся к действу девчонки засыпали нас дельными советами. К концу первой недели непрерывных репетиций, совмещённых с тренировками, стало вырисовываться нечто вроде фигурного катания на турниках. Боевой танец, перетекающий в дуэль на мечах и поединок на перекладинах - красиво и необычно. Франсуа чуть ли кипятком не писал от восторга. Неизвестно, возьмём мы первое место или нет, но фурор публики гарантирован. На волне интереса я хотел привлечь к участию Гермиону, но та ловко отмазалась, мотивируя отказ необходимостью занятий с Ребеккой. Под завистливый вздох Франсуа, Герми чмокнула меня в щёку, пообещав "болеть" и держать кулаки за жениха. Отмечу, моя несравненная невеста к своему тринадцатилетию уже начала обзаводиться волнующими холмами и впадинами, фигурка у неё была что надо, на зависть многим - спортсменка, комсомолка и просто красавица! Дафна тоже за лето из котёнка превратилась в вальяжную пантеру с грациозной походкой. Хищница - мужская погибель! Не раз и не два я подмечал взгляды кузена, бросаемые им на Ледяную принцессу Слизерина. Почему принцессу? Потому, что королевский трон занимала другая слизеринка... Давай, Дафна, жги на полную! Покажи класс, бортани Беллу! Георг Гринграсс тоже не страдал слепотой и начал осторожно подбивать клинья к тете и дяде Вернону. Взрослые несколько раз закрывались в кабинете для приватной беседы. Лично я совсем не против породниться...          Та-дам! Да здравствует долгожданный праздник спорта! Ух, сколько здоровья мы на него угробили, не приведи Мерлин.    Настал тот день, настал тот час,    Когда зависит всё от нас,    Остановить кровавый спор,    Войну, лишенья и террор.    Как-то так, за минусом двух последних строчек. Нет, за минусом последней. Или двух? Дадли подраться и пустить кровавую юшку ни разу не дурак. Я кузена одного не брошу, Гермиона засядет на замаскированной позиции со снайперской винтовкой, Дафна разработает план войсковой операции, Бекки, Генри и Брайн обеспечивают тыловое прикрытие... Нам акулы нипочём... да, мы акулу кирпичом, кирпичом...    Эх, ещё бы дрожь в коленях унять. Нет, вы неправильно подумали, мы не очкуем, мы мандражируем. Франсуа уже ногти до локтей сгрыз, кто бы его тормознул или навернул по голове чем-нибудь тяжёлым вроде подарочного издания "Истории Хогвартса". Надоел, сил нет, сотый круг вокруг нарезает. Я его сам прибью. Вот уйму дрожь и прибью. Толпа на пляже беснуется, такое впечатление, будто сегодня сюда съехалась вся Европа. Кого тут только нет: немцы, итальянцы, бельгийцы, французы, там вот соотечественники с островов затесались, испанцы мышцами поигрывают. Девчонки: блондинки, брюнетки, рыжие, все фигуристые, спортивные, загорелые и с минимумом одежд - юные нимфы, под отвязную музыку трясут соблазнительными телесами. Наши юные леди гордо задирают носики и обливают распутниц презрительными взглядами, хотя Герми и Дафне уже очень даже есть, чем потрясти... очень, очень даже и фигурки у них после тренировочного лета многим дадут сто очков форы. Не знаю, как по мне, так закрытые пуританские купальники и лёгкие парео на девчатах выглядят намного сексуальней жалких треугольных тряпочек на вытанцовывающих прелестницах.    Перед началом выступлений уличных спортсменов на временном амфитеатре, обращённом к морю, организаторы праздника устроили выбор Королевы вечера. Десятки писаных красавиц дефилировали перед турниками под звуки музыки и весёлое улюлюканье зрителей. Вскоре определилась фаворитка выступлений - длинноногая блондинка с пышной гривой волнистых волос, распущенный веер которых прикрывал округлую аппетитную попку.    Ведущий вечер орал в микрофон, вызываемые на подиум девушки принимали соблазнительные позы. Толпа, на девяносто процентов состоящая из молодых людей, неиствовала. Мир медленно и верно сходил с ума, утопая в море гормонов и умело поддерживаемом адреналиновом угаре. Наконец определились финалистки, одной из которых оказалась давешняя синеокая блондиночка. Леди и джентльмены, теперь я знаю, как развлекаются французские магические аристократы в свободное от работы время... Да вы не напрягайтесь, правильно некоторые догадались. Да-да, сногсшибательная блондиночка, вознамерившаяся примерить королевскую корону, скрывалась под фамилией Делакур. Если быть точным и добавить имя - Флер Делакур. Вейловский шарм валил наповал, некоторые мускульные особи чуть ли не арену выскакивали, во всё горло крича слова поддержки и напоказ играя мускулами.    Как ни странно, никого из моей команды Флер не зацепила. Я и Генри окольцованы, Дадли тоже вот-вот примерит колечко, Лорд Гринграсс таки продавил помолвку по полному магическому обряду и плевать он хотел, что жених дочери "презренный" сквиб. Будущий тесть смотрел на дело и оценивал перспективы, а Дадли успел наглядным примером показать, что чего-нибудь да стоит, и за дешево его не возьмёшь, а просчитав магические векторы и совместимость будущих супругов, "Зеленотравчатые" чуть не кипятком от радости в потолок писали. Младшенькая пристроена за полным магическим партнёром и с поступлением в школу попадёт в руки Помфри, а та уже ни за какие коврижки не отдаст Дамболдору на растерзание будущего целителя с раскрывающимся даром. Старшенькая тоже пристроена, пусть не за магической парой, но это мелочи по сравнению с тем, что Дадли Дурсль по сути Слизерин. Леди Гринграсс уже вожделенно предвкушала реакцию бомонда, когда правда выльется наружу. Ух они и взовьются... Тщеславие не чуждо и скромным леди, прячущимся за пуританскими масками.    Брайан. Ирландцу было пофиг на худосочный французский "суповой набор", как он сам выразился. Наш друг оказался почитателем другого типа фигур. Однажды Дафна развела нашего ворчуна на откровенность, после чего шепнула Гермионе, а та поведала мне, что глазки О`Нила масляно блестят при виде наследницы Буллстроуд или когда мимо проходит Николь Стоун, теперь уже третьекурсница с факультета воронят. Обе девушки обладали героическими пропорциями. Кто бы сомневался, лично не я, но Дафна сумела подписать почитателя ИРА на несколько мелких услуг за обещание посодействовать знакомству... Я больше, чем уверен, тот ещё и должным останется.    Между тем выбор королевы медленно, но верно подошёл к своей кульминации. От музыки и криков я начал глохнуть, причём громче всех разорялась группа поддержки, состоящая из эффектной дамы с тугим узлом золотистых волос на голове и белобрысой девчушки, прыгающей рядом и размахивающей руками на манер лопастей вентилятора. Глядя на даму сразу, можно было сказать в кого превратится юное создание на подиуме через десяток лет, и какой станет младшее поколение. Девочке, на мой неискушённый взгляд, было около десяти лет, в пределах плюс-минус один год. Вот ещё одно расхождение с каноном, в котором Габриель мелькнула совсем уж малолеткой. Здесь она явно постарше. Чуть в стороне от семейства стоял улыбающийся широкоплечий мужчина в свободной футболке и пляжных шортах - Жан-Поль Делакур собственной персоной, как позже выяснилось один из спонсоров сегодняшнего действа. Обаяшка, меценат и просто душка, крепящий связи с обычным миром. Скоро во Франции выборы, я имею ввиду магическую её часть, Жан-Поль один из кандидатов, ну, вы понимаете...    Наконец объявили королеву. Сказать фамилию или в сложившихся обстоятельствах это моветон? Примерив венец, Флер величественно покинула площадку, на которую вызывались спортсмены. Ведущий с приклеившейся на лицо улыбкой, объявил жеребьёвку. Так как Дадли выглядел более солидно, то именно он получил направляющий пинок и отправился тащить из вращающегося барабана номерок с очередью выступления. Практически на месте крутанув сальто, он взлетел на помост, толпа приветствовала эффектный выход. Раскрутив барабан и перемешав шарики, он остановил вращение и отодвинул заслонку...    Нам достался "хвост", после нас было ещё три выступления, а дальше судьи, учитывая мнение зрителей, объявляют победителя. С одной стороны это хорошо. Как говорил Штирлиц, человек лучше всего запоминает конец разговора, вот и мы в конце имеем неплохие шансы учесть ошибки оппонентов. С другой стороны, не очень, Франсуа рискует не пережить сегодняшний вечер, а я могу угодить в тюрьму за убийство. Кто бы его конфудусом приложил?    На улице резко стемнело. Юга, что с них взять? Это в средних широтах солнце закатывается на боковую постепенно и вальяжно, одаривая ушедший день протяжными сумерками, а здесь будто кто лампочку выключил. Чпок, и стемнело, благо человечество додумалось до уличных фонарей и разного типа гирлянд, которыми пляж был увешан, что новогодняя елка. Ни зрители, ни спортсмены не заметили наступившего вечера. По моему света ещё и прибавилось.    - Осталось три выступления и ваша очередь! - заскочила под навес Гермиона. - Готовы?    Насчёт готовности я не уверен, а вот притомились мы точно. Правда невесту расстраивать не стал, а просто изобразил гимнаста обычным перетеканием из сидячего положения в стойку на руках.    - Разминайтесь, - кивнула Герми, - а мы пока подтащим к площадке реквизит.    Из реквизита у нас на выступление был магнитофон с усилителем, микшером и мощными колонками, факелы, накидки и мечи - настоящие двуручные цвайхендеры с затупленной кромкой. Двуручники мы одолжили у клуба реконструкторов, ребята из которого помогали обелить тетушку Петунью. Сейчас полтора десятка молодых и постарше людей высвистывали на трибунах, ожидая обещанного выступления молодых да ранних талантов.    - Краска не размазалась? - скептически осматривая себя насколько позволяла шея, спросил Дадли.    - Нормально, а у меня?    - На жопе влажное пятно, - буркнул кузен. Ещё бы ему там не быть, я от волнения успел пропотеть. Соленая влага, стекая по спине, устремлялась в ягодичную ложбинку, оттого и пятно на обтягивающих шортах.    - Не коричневое? - хохотнул я.    - Вроде нет, загнись, понюхай.    - Ага, себя в зад поцелуй. Шутник ты, однако.    По замыслу мы изображали стихии-противоположности. Дадли - огонь, я - лёд и воду. Чтобы соответствовать образу, нас с ног до головы разукрасили языками пламени, льдистыми снежинками и водяными завитками соответственно.    - Мальчики! На выход! - под тент заскочила возбуждённая Астория.    - Ну, Дад, ни пуха нам, ни пера!    - К чёрту! - сплюнул кузен, взваливая на плечо свой клинок. Таскать "железо" добровольным статистам мы не доверили. Сами, всё сами. С Генри и Брайана хватит колонок и усилителя, Бекки главная над факелами, Дафна отвечала за магнитофон, Астория за общий хаос, Гермиона за попытку справиться с первородной стихией.    - А теперь своё мастерство нам продемонстрируют Дадли Дурсль и Гарольд Эванс! Встречайте настоящих рыцарей с Туманного Альбиона! - разорялся в микрофон комментатор. - Судя по приготовлениям на площадке, они обещают показать нам что-то новенькое! Дамы и господа, я весь трепещу в ожиданиях. Я понимаю, что отобрал слова у нашей королевы вечера, надеюсь, она и уважаемая публика простят мне маленькую слабость.    Франсуа, занявший место за пультом, вставил кассету и поднял вверх сжатый кулак. Раздвигая плечами зрителей, мы заняли перед помостом с турниками противоположные друг другу места. Готовность номер "один". Бекки подпалила фитиль, связывающий расставленные по периметру факелы, живая искра пробежала по шнурку. Вспыхнули огни, огненные цветы придали площадке сказочный налёт таинственности. Франсуа разжал один палец - шаг на ступени, второй палец - мы встали с клинками на изготовку, три - над пляжем поплыли первые аккорды тяжёлой дроби на ударной установке. Два вихря выметнулись перед турниками и заплясала сталь. Народ заорал ранеными носорогами, казалось, будто нас сейчас захлестнёт живой вал. В барабанную дробь вплелась бас-гитара и ритмичный перебор клавишных. Призрачно светилась красная и синяя люминесцентные краски на наших боках и спинах, клинки, высекая искры, ритмично втягивались в задаваемый музыкой тон. Не забывая обмениваться ударами, мы вытанцовывали вокруг друг друга, и вот уже со стороны кажется, что не люди пляшут в ритмичном танце, а древние стихии столкнулись в вечной битве и не будет ей конца. Но тут, на второй минуте сражения, на поле брани врывается легконогая девушка в воздушной накидке и между враждующими сторонами падает белый платок. Клинки втыкаются в песок, сражение ни жизнь, а на смерть забыто, но противостояние никуда не делось и мы, продолжая кружить, синхронно хватаемся за перекладины. Бой продолжается: огонь порывист и стремителен, вода текуча. Огонь исполняет фигуры резко, будто пламя, пожирающее сухостой, вода плавно перетекает из связки в связку, из фигуры в фигуру. Сражение продолжается и здесь. И вот мы уцепились за стойки, изобразив "флажки". Стихии касаются друг друга босыми ногами. Из колонок вновь раздаётся тревожный бой ударной установки, а мы, перехватываясь руками, кружа и не отрывая ног от напарника, скользим вверх и вниз по стойкам. Перехват, синхронный выход на перекладины. Наша группа поддержки размахивает флагами и транспарантами, парни-реконструкторы свистят и выбивают ритм не переставая. Народ в экстазе. Перед площадкой мечется младшая Делакур и что-то кричит нам, но я не слышу слов, полагаю, Дадли тоже отдался во власть музыки. Для нас сейчас главное не сбиться с ритма и синхронно выполнить завершающий каскад фигур. Ведь война в прошлом, мы теперь одно целое: огонь и вода породили пар, маховик, вал машины... Завершающий аккорд, исполнив сальто, приземляемся перед турниками. Финиш.    - Я сражён наповал! - орёт диктор. - Это... это было феерично, браво, брависсимо!    Я оглох от рёва, воющая публика была наша от мала до велика. Франсуа за пультом находится в священном трансе - это его звёздный час. Победили мы или нет, уже не важно. Важно, что выступление навсегда врезалось в память всем присутствующим, и он оказался прямо причастен к вечной славе первопроходцев на их тернистом пути. Любой, кто в следующий раз выступит под музыку, лишь повторит наш выход, у кормила которого стоял Франсуа. Осталось узнать оценку судей, но с этим придётся немного повременить, за нами ещё три выступления, хотя по лицам парней видно, что для себя после нас они уже ничего хорошего не ждут.    Меня сметает верещащий вихрь, Дадли вовремя принимает на руки Дафну, иначе его тоже бы опрокинули на песок, а я даже не пытаюсь оторвать от себя Гермиону, так и ухожу с площадки со счастливым, раскрасневшимся довеском на шее. Каким-то периферийным чувством замечаю неприкрытое огорчение в глазах и эмоциях у младшенькой Делакур. Блондинка чуть ли не в яви мечтала поменяться местами с моей невестой. Упаси Мерлин, только этого мне для полного счастья и не хватало... Бекки и парни споро убирают факелы и передают мечи реконструкторам.    Возбуждённые до предела, всей компанией нетерпеливо ожидаем завершения выступлений и окончательного вердикта судей. К нам подходят, хлопают по плечам, поздравляют. Люди сплошь и рядом незнакомые, но искренние. Черт возьми - приятно, хоть сил улыбаться и лениво махать руками в ответ изображая признательность не осталось никаких. Три минуты на перекладине, а по ощущениям тридцать три часа "солнышко" крутили, устали и перенервничали как бы не больше, чем при штурме испанских замков...Лапы ноют и хвост отваливается, благо адреналиновая накачка удерживает от позорного падения мордой в песок. Ждём. Блин, нет ничего хуже, чем ждать и догонять...    Наконец "откатал" программу последний спортсмен. Судейская коллегия взяла небольшую паузу, а зрители и непосредственные участники действа замерли, ожидая объявление результатов. И вот загорелось цифровое табло...    Вторые... Дуэт Г.Эванса и Д.Дурсля обосновался на втором месте. На вершине пьедестала разместились компаньеро из страны, славной тюльпанами и свободой нравов. Голландцы Питер Ван Дрейк и Ян Ван Хольм принимали поздравления друзей и болельщиков. Что ж, не всё сразу и не всё коту масленица. В принципе, Дадли и я не сильно-то и расстроились. Справедливости ради отмечу, конкуренты отработали программу на "ять", четко, без сбоев и ошибок, показав настоящее мастерство - плод долгих и тяжких трудов, работы над собою.    Между тем, ведущий продолжал неистово насиловать микрофон, исторгая сладкую патоку славословий:    - ...чуть-чуть, совсем немного не хватило до заветного золота нашим юным дарованиям, открытию сегодняшнего вечера, сезона и, не побоюсь этого слова - дворового спорта в масштабах нашего маленького голубого шарика, но я предлагаю и думаю, что все присутствующие со мною согласятся во всеуслышание объявить Гарольда и Дадли народными чемпионами! Ура! Виват! Да здравствуют народные чемпионы! Парни, вы обрели нечто большее, чем приз и медали высшего достоинства, вы покорили наши сердца и завоевали самую искреннюю любовь! Что может быть круче? Ни-че-го! Эх, будь я девчонкой, я бы вас расцеловал. Да-да, облобызал бы с ног до головы, но нельзя, нельзя, иначе моя девушка сожрёт меня с потрохами, но я не буду запрещать ей поцеловать вас в щёчки, конечно, если ваши подруги не будут против, а то вон как глазками сверкают. Прямо фурии, настоящие валькирии, держите меня семеро! Мужики, я вам даже завидую, поделитесь, где можно отхватить таких девчонок? Откройте секрет.    - Самим мало! Где взяли, там уже нет! - усмехнулся Дадли, народ одобрительно взревел. Наши боевые подруги мило покраснели и дружно потупили взоры. Кавай!    Награждение описывать смысла нет. Коллективным решением пять тысяч франков призовых было решено просадить в ресторане и парижском Диснейленде, благо выход в Париж стоял в планах на завтра. Голландцы, от щедрот спонсоров и месье Делакура, отхватили десять кусков, номинированных во французских маггловских "тугриках", бронзовые призёры довольствовались чеком на три тысячи.    Быстро отмывшись в море от краски и вернувшись под навес за вещами, мы столкнулись с семейством Делакур в полном составе наведавшемся в наши пенаты. После традиционного представления сторон (девушки, Генри и Брайан, пока мы с кузеном отмывались, успели познакомиться). Небрежным взмахом руки Апполин Делакур - супруга Жан-Поля и мать двух прелестных дочек, повесила над компанией чары отвлечения внимания. Между юными леди и леди постарше завязалась непринуждённая, ни к чему не обязывающая беседа на отвлечённые темы. Погода, море, впечатление от состязаний. Обе стороны не пренебрегали этикетом и манерами. Аристократия за века и тысячелетия наработала технологию болтовни ни о чём и обо всём сразу, поэтому дамы чувствовали себя, как рыбы в воде. Даже Бекки не терялась на общем фоне, к тому же учитывая отсылку на титул при знакомстве... Наставницы испанской графини не зря кушали свой хлеб. И тут, в какой-то момент, глава семейства и по совместительству Лорд Делакур, он же главный спонсор состязаний, выставил мне и Дадли претензию, что мы пользовались магией во время выступлений. Не спортивно, мол, ребятки. Меня как обухом по голове навернули. Нихрена себе предъява! Услышав несправедливое обвинение, Дадли чуть язык от обиды не проглотил, а девушки резко прервали увлечённый разговор с "просто Апполин" и Флер. От Габриэль и матери семейства донеслось сдавленное шипение, они шестым чувством уловили обиду и праведное возмущение невинно оскорблённых. Видимо месье Делакур или его супруга, а может, оба вместе, планировали через нас навести дружественные мосты с английским политическим бомондом в лице Леди Блек и Лорда Гринграсса (секрета из кинематографического тандема Петуния Дурсли - Леди Блек никто не делал, просто связь не афишировалась на публику, умным людям достаточно намёка, чтобы сложить очевидное и вероятное), а тут такой неаккуратный прокол. Повлияла неверная оценка. Делакуры оказались не первыми, кто поймался на искусно выстроенную леди Блек удочку и погорел на подобной ошибке. В своих расчётах гости отталкивались от того, что Дурсли, поднявшиеся на волне синематографа и получившие всемирную известность, с племянником-магом, как некие нувориши, присосались к старинной аристократии и вьются вокруг леди Блек. В данную картину удачно вписывались сестры Гринграсс, скорее всего, по мыслям блондинов, они были за старших и верховодящих в компании молодёжи. И опять неверная оценка, по некоторым характерным жестам и мимике, выяснилось, что наследница Гринграсс не на первом месте, и даже не на втором, хотя и входит в тройку лидеров. Судя по направленным на него взорам, возглавляет "шайку-лейку" мальчишка Эванс, которому отеческое порицание, высказанное месье Делакуром, пришлось совсем не по душе. А глядя на то, как открытые лица девчат вмиг превратились в непроницаемые вежливые маски, умудрённые жизнью, взрослые догадались о том, что они дважды непростительно лопухнулись. Одно неосторожное слово и далеко идущие планы махом полетели в тартарары. То-то, Апполин в ментале чуть не взорвалась, про себя костеря длинный язык мужа на чём свет стоит. Флюиды возникшего дружеского расположения в одночасье развеялись.    Мгновенно между нами и гостями опустился невидимый железный занавес отчуждения и будто бы похолодало. Каюсь. Не будто. Действительно похолодало, но я взял себя в руки. Не будь я уставшим до дятлов, долбящих стальными клювами по ноющим суставам, и не вымотан морально, я бы постарался обернуть всё в шутку, а так первой мыслью было: "Да как он смеет!"    Ага, вижу по глазам и лицам друзей, аналогичная мысль успешно обосновалась и в их головах. Что ж, дураки и умные мыслят на одной волне. Надеюсь, мы не совсем дураки. Осознав промахи, Жан-Поль совсем не картинно смутился, но что-либо предпринимать было поздно, шлея успела попасть под хвост некоторых товарищей (не будем показывать на них пальцем).    - Магией клянусь, ни вовремя тренировок, ни во время выступления мы не использовали магию, - сказал я, распрямляя ладонь. Яркий свет, как от вспышки фотоаппарата, резанул по глазам. Клятва засвидетельствована. - Дадли Дурсль, к вашему сведению, месье Делакур, не владеет волшебной палочкой. Он - сквиб.    Сказав, что хотел, я развёл пальцы в стороны и между ними побежали мелкие разряды, в следующую секунду над ладонью повисла искрящая шаровая молния. Магию я не потерял, личную магическую силу продемонстрировал во всей красе: невербально, без палочки. Глядя на лиловый шарик, Делакуры замерли, как кролики перед удавом. Не ожидали они от гряз... маглокровки подобных демонстраций. Я же внутренне усмехнулся, демонстрируемый электрический "шарик" преследовал одновременно несколько целей, одной из которых оказалось посеянное зерно сомнений в магглокровности некоего Г.Эванса. Пусть думают. Думать иногда полезно. Покрасовались, хватит. Молния втянулась в руку, гости отмерли и вспомнили, как дышать. Осталось добить, обернув чужой промах против его владельца:    - В политике, мистер Делакур, двойные стандарты применяют направо и налево, не взирая на лица. Это всем известно и всеми принимается за правила игры. Свои, даже если они черней черта, всегда хорошие, чужие, будь они хоть ангелы во плоти, априори из плохих парней. Даже если кто-то из своих является настоящим сукиным сыном... да, он сукин сын, но он наш сукин сын. Вроде так, я ни в чем не ошибся? Применительно к нам, в данном конкретном случае ваш поступок и оскорбительную фразу можно назвать одним емким словом. Лицемерие! Вы можете, поклясться, что ваша дочь Флер не пользовалась шармом и выборы королевы были кристально честными? Нет. Не думайте, я ни в чём её не обвиняю. Ваша дочь - вейла и пользоваться шармом для неё, как дышать для обычных людей. Это её природа, от себя никуда не деться.    - Флер вейла на четверть, она квартеронка, - опять ляпнул Делакур, не подумав, видимо привык, что английские маги в массе своей не отличаются образованностью и воспользовался привычным застарелым штампом, который всегда проглатывали без хлеба и соли.    - Нельзя быть чуть-чуть беременной, месье Делакур, - ответ заставил французов скривиться, - как нельзя быть вейлой всего лишь на четверть. Вейлой можно быть или не быть совсем. Прошу извинить нас, но у нас ещё остались дела. Габриэль, Флер, леди Апполин, было приятно познакомиться.    Делакуры старшие принесли извинения за необдуманные слова, прозрачно намекнув не таить обиду. Понятно, все устали, на нервах. С кем не бывает.    Я поочередно раскланялся с дамами. Дабы окончательно не рвать возникшую нить, тем паче знакомство может пригодиться в будущем, а таким не разбрасываются из-за одной личной неприязни, подсластил горькую пилюлю размолвки и оставил возможность взаимной реабилитации:    - Надеюсь ещё не раз увидеться с вами в другом месте и продолжить наше общение. Лорд Делакур...    Надеюсь, резкость суждений спишут на молодость и усталость после соревнований, при извинениях оппоненты сами кивали на сии факторы, так что мне сам Мерлин велел. Взрослые люди должны понимать, что молодости свойственна категоричность и резкие контрасты. Молодёжь не понимает и не принимает полутонов. Возможность для манёвра я оставил. Распрощались мы без ругани. Ну, ляпнул большой дяденька с горяча, ну, рубанул пацанчик с плеча. Ответил, так сказать, уколом на укол. Не полез же он в бутылку, разрулил ситуацию миром и без существенных потерь для сторон.       Интерлюдия.    Средиземноморское побережье Франции. Сент-Максим, поместье Рода Делакур.       - Габри, - лениво ковыряясь вилкой в салате, Апполин Делакур обратилась к младшей дочери, наградив её строгим взглядом. - Скажи мне, что ты себе позволяла?    Отложив вилку в сторону и промокнув салфеткой губы, Габриэль вздёрнула крылатую бровку в немом уточнении вопроса.    - Юная мадемуазель, не гримасничайте! - одёрнул дочурку отец. Флер тихо хихикнула в сторону.    - Я не поняла сути вопроса, мама. Уточни, пожалуйста!    - Всё ты поняла, Габри, не паясничай. Объясни мне, почему ты вела себя, как отпетая магглокровка, и что это за взгляды на молодых людей, которые ты себе позволяла? Тебе ещё рано думать о мальчиках!    - Нормальные взгляды, - буркнула девочка, отворачиваясь.    - Габриэль Жаклин Делакур! - повысила голос Апполин.    - Я не хотела, - щеки и уши девочки налились вишнёвым цветом. - Оно само!    - Само? - стало ясно, у кого дочь переняла характерный мимический жест бровями.    - Само! Я не знаю, мне так тепло и уютно было рядом с ним, а он на меня даже не смотрел. Несправедливо...    - Хи-хикс, - на Болтушка влюбилась, подначила сестру Флер.    - Он и на тебя не смотрел, - тут же отбрила Габриэль, - нужен ему твой шарм, он даже не почесался.    - Так, дочь, ещё раз, кому из молодых людей ты так рьяно выказывала знаки внимания и строила глазки? - решила внести ясность Апполин. Глава семейства до поры до времени благоразумно не вмешивался в разборки женской половины. Отложив вилку, он весь превратился в слух, старательно подмечая мелкие нюансы в поведении дочери.    - М-а-а-а-м!    - Я тебя внимательно слушаю.    - Ну, мам!    - И тем не менее, я жду ответа. Юная леди, не тяните резину. Кто этот мерзавец, разбивший сердце моей дочери?    - Это Гарольд Эванс, - выдала Габриэль, словно с головой нырнув в омут с ледяной водой.    - Доченька, я разочарована, тебе десять лет и ты должна уже понимать, что магглорождённый волшебник, как бы знаменит и силён он не был, тебе не пара.    - Я понимаю, но...    - "Но"?    - Меня тянуло к нему и в груди, вот здесь, - девочка коснулась тонкими пальчиками груди в районе солнечного сплетении, - солнышко загоралось, и было так тепло...    - О, Господи! - осела на стуле Апполин будто с неё разом выпустили весь воздух. Закрыв лицо руками, она сдавленно простонала. - Не может быть... только не это...       Конец интерлюдии.            

Логово света.

      Школа, школа, мы не скучали...    1 сентября. Чемодан. Вокзал. Хогвартс...       Вагончик тронется, перрон останется. Пронзительный паровозный свисток заглушил прощальные слова родителей и родственников. Дети гроздьями высовывались в открытые окна, размахивая руками и что-то крича в ответ. Гул стоял, как на побережье во время шторма. Дверь, подхваченная телекинезом, отделила купе от коридора. Сразу сделалось на несколько тонов тише. Опередив меня на мгновение, Дафна взмахнула палочкой, тусклое свечение развернувшегося заклинания окончательно избавило нашу компанию от постороннего шума.    Платформу заволокло паром, звонко клацнув автосцепками, Хогвартс-экспресс начал медленно набирать ход.    - Поехали, - пробормотал Генри, провожая удаляющийся вокзал тоскливым взглядом. - Гарольд, это правда? Про МакГонагалл...    - Правда, - буркнул я.    - Хреново, - высказал Генри всеобщее мнение.    - Манеры, молодой человек. Следите за манерами, - изрек замечание я. - С нами дамы.    - Сюзерен, вы не обидитесь, если я вам укажу маршрут движения прямиком в заднепроходное отверстие? Леди, нижайше прошу извинить меня за портовый лексикон. Я в печали, сюзерен.    - Не ты один, и да, топай сам туда.    Присутствующие в купе дамы молча сносили пикировку на грани фола.    Учебный год начинался совсем не весело. Бородатая скотина, я имею в виду директора, ловко разыграл карты. Он тянул до последнего, подогревая страсти в Визенгамоте и в Совете попечителей Хогвартса, прилюдно сдавая одну позицию за другой, а на самом деле выстраивая стратегию удара по политическим противникам. За две недели до начала учебного года он нанёс удар по попечителям и хогвартской оппозиции. Кто-то из чистокровных ровенкловцев, во время одного из традиционных летних приёмов в Малфой-мэноре, слил информацию о практикуемых с прошлого года дополнительных услугах, касающихся аренды кладовок и личного меню. Узнаю, кто - сверну шею и оторву тупую головёнку. "Горячий пирожок" не мог проскочить мимо уха Малфоя-старшего, а тот не придумал ничего лучше, чем стакнуться с крёстным папашей своего сыночка. Сидящий в подземельях декан змеек , по совместительству, новоназначенный заместитель директора, оказался не в курсе аферы Филча и МакГи. Получив противоречивую информацию, он потянул за "ниточку", сдав "нарытое" бородатому патрону, а тот до поры до времени придержал компромат при себе, нанеся в августе удар по строптивой шотландке. Хитрый паучара вывернул всё так, что МакГи кубарем скатилась с должности декана Гриффиндора. Дед попытался навешать на Минерву обвинение в денежных махинациях, но у него не прокатило. Филч блюл бухгалтерию строго, на каждый сикль у него был подколот чек или расписка, в бухгалтерских ведомостях оборот средств отражался чётко, комар носа не подточит. Попытки наложить лапу на незадекларированный источник дохода тоже не прокатили, в договорах, составленных на весь период обучения, чёрным по белому были прописаны мистер А.Филч и миссис М.МакГонагалл, они же отвечали за распределение выручки. Последнего светлый старец простить никак не мог, распоряжением по школе он отобрал у завхоза обязанности по ведению бухгалтерии и лишил его права на заключение новых договоров. Филч лишь глумливо скалился в ответ, папка по кладовкам и услугам оставалась у него, здесь директор сделать ничего не мог, аннулировать магические контракты ему оказалось не под силу. Угадайте, на кого оказались спущены обязанности по составлению смет и бухгалтерии? Да-да, Снейп за что боролся, на то и напоролся, крыса слизеринская.    Слетев с должности, Минерва демонстративно отошла в сторону, Аргус Филч занялся ревизией имущества, с высокой колокольни плевав на пополнение складов и кладовок провиантом и расходными материалами для проведения занятий. В то же самое время, заручившись поддержкой аврората, Дамболдор пропихнул через попечителей постановление об увеличении предметов и расширении школьной программы. Под сурдинку он принял на работу преподавателей основ артефакторики, боевой и стихийной магии, ввёл и закрыл вакансии ассистентов по чарам, ЗОТИ, дуэлингу, трансфигурации и зельеварению. Нашёл нового декана в Гриффиндор. Ах, да, хотите прикол? Угадайте, кого взяли на должности профессора ЗОТИ? Правильно! Трижды у"улыбку месяца", кавалера ордена Мерлина III степени, несравненного, мужественного разбивателя женских сердей - Гилдероя свет Локхарта. В данном случае канон остался неизменным, исключая покупку опусов писаки. Книги мы лениво полистали и оставили продавца без выручки, а Локхарта без дохода.    За десять дней до 1 сентября, попечителям, которых поставили перед фактом кадровых перестановок, ничего не оставалось, как подмахнуть представленное обновлённое штатное расписание. Ни Вальпурга, ни "клуб старых клуш" элементарно ничего не успели сделать. Малфой-старший, являющийся председателем Совета, до поры до времени придержал информацию. В очередной раз прогнувшись перед Дамболдором, он инспирировал голосование с минимальным кворумом без "выживших из ума старух". Что ему обещал директор, осталось неизвестным. Причём на должность профессора боевой магии старик пропихнул Блека, а мой бывший папашка, якобы по состоянию здоровья, на год оставил работу в аврорате, заняв вакансию ассистента профессора трансфигурации. Учитывая напряжённые, если не враждебные, отношения последних, это был унизительный щелчок Минерве по носу. На остальные должности тоже, как вы могли догадаться, попали протеже белобородого старца, преданные лично ему. Люпин окопался ассистентом ЗОТИ, одноглазый и одноногий Грюм присобачился к боёвке. Дингл занял кресло в кабинете основ артефакторики, некая Алиса Харп прописалась в бывших покоях МакГонагалл, ей же, кроме деканства, вменили ведение занятий по трансфигурации у первых, вторых и третьих курсов. Молоденькая деканша в марте защитила степень магистра трансфигурации, поэтому ей вменялось разгрузить подуставшую, заслуженную трансфигураторшу всея Британии. Так как Дедалус Динг магистром не являлся, то основы артефакторики, не мудрствуя лукаво, перевели в разряд факультативов. Накат на Флитвика и Спраут тоже имел место быть, но в более мягком варианте, оставляя им время на размышление и на второй шанс.    Светлейший маг Британии обожал давать вторые шансы, опутывая при этом паутиной долгов. Добром от него ещё никто не уходил. Он бы додавил МакГонагалл и асфальтоукладчиком наехал на Флитвика, но те за лето стали грандмагистрами в своих областях. Оба имели по когорте официальных учеников, которые не стояли на месте и не почивали на лаврах, успешно защищая учёные степени. Приставку "гранд" давали когда магистр доводил до своего уровня девятерых учеников. Особый цимес и пикантность ситуации придавал тот факт, что Алиса Харп, выпускница Хогвартса восемьдесят третьего года, тоже была ученицей Минервы, разругавшись с ней в пух и прах в конце мая. Причиной конфликта, как не трудно догадаться, стал директор, промывший девочки мозги. Теперь старец, забавляясь, стравливал свою марионетку с наставницей. Сам "Шмель" восседая сухопарой задницей на нескольких креслах, учёной степени и приставки "гранд" не имел. Не сподобился за сто лет. По сути, вся его слава была дутой. Ну, работал он с Фламелем, что-то там открыл, отметился в зельях и трансфигурации, а выхлоп где? Работы, монографии, научные статьи? Где ученики, спрашивается? Нет их.    Задвинув Минерву и припугнув остальных, он не стал нарываться на конфликт с Гильдиями и Международной магической академией, с тех бы сталось отыграться на рейтинге и престиже Хогвартса, а подобных вывертов британский политический бомонд не простит. Порвёт на сотню маленьких дамбиков и помочится на могилку.    Единственной фигурой в общешкольном раскладе, которую не коснулись репрессии, оказалась Поппи Помфри. Имея за спиной Сметвика и госпиталь Святого Мунго, она могла чувствовать себя достаточно уверенно. За наезд на Мунго могут порвать на тысячу дамбиков и былые заслуги не спасут, тем паче под крылом мадам обосновался будущий колдомедик с даром целителя, а тех по всей Англии по пальцам одной руки пересчитать можно. Плюсуем сюда мелкий нюанс: с нового учебного года количество дарований удваивается. Астория Гринграсс самим фактом своего существования и наследственным даром превращает Поппи в лицо неприкосновенное. Два ученика - целителя это вам не фунт изюму слопать! Перед Поппи отныне открыты любые двери на континенте, в самых престижных клиниках её примут с распростертыми объятиями. Стоит только директору на неё косо посмотреть... и колдомедик свинтит на пару с учениками.    Такой вот не презентабельный расклад, рассказанный взволнованной Вальпургой за три дня до отъезда в школу. Неутешительные новости. Как вы понимаете, ехали мы в неизвестность, в логово озверевшего света - зверя, можно сказать. Настроения это нам ни капли не поднимало. Не знаю, как другие, в школу я собирался, как на похороны. И то, что Дамболдор со Снейпом "зашились" в хозяйственных делах и пошли на поклон к Люциусу, дабы тот поспособствовал в разрешении затруднений (Филча Дамби отстранил, тот и рад пакостить по мелкому и отлынивать от обязанностей, позже дед сообразил, что зря рубанул сгоряча, ведь закупать надо весь ассортимент, от пуговиц, до усиков жуков-скарабеев, а завхоз не у дел. Пришлось начальству самому крутиться), утешало мало. Директор не упустит возможности взять инакомыслящих под колпак. Чует мой седалищный сигнализатор, что белобородый мразматик забудет о чём и о ком угодно, только не обо мне. Светлейший давно лелеет планы на подрастающего тёмного мага.    С Визенгамотом дедуля не стал изобретать велосипед, применив старую испытанную тактику с анонимными доносами в аврорат. На Гринграсса и крёстную кляуз не поступило, всё же они фигуры первой величины, зато остальные несогласные с политикой лагеря светлых сил и примкнувших к ним малфоевских клевретов (сам блондин демонстративно самоустранился и не отсвечивал, понимал, гадёныш, что Леди Блек размажет его в кровавый фарш, а так с него взятки гладки - упустил, недосмотрел) угодили под паровой каток правосудия. Штурмовые пятёрки переворачивали мэноры в поисках запрещённой литературы и темномагических артефактов. Играл Дамболдор грязно, но ему было не привыкать, не измазав ног ходить по дерьму. Потеряв кресло в МКМ, директор укреплял позиции в Визенгамоте, а тут все средства хороши: запугивание, доносы, подкуп, физическое устранение неугодных. Внезапно активизировавшиеся банды оборотней и отбросов общества напали на несколько мэноров. Аврорат, как заведено освящёнными традициями, прибывал к шапочному разбору. Осмелевшие было обыватели притихли. Министерство магии, подсаженное на финансовый крючок, молчало в тряпочку. Поголосишь тут, когда краник могут перекрыть в любой момент. Тут не до жиру, быть бы живу.    Вот так, переиграл дед нас. Пересидел по-стариковски, потом ударил в самый неподходящий (для нас) момент. События конца августа как никогда показали, что ваши тактические победы не означают стратегического поражения противника. Опыт не пропьёшь, на данном этапе враг оказался хитрее и стратегически сильнее.    Что нас ждёт в школе, на словах и на деле ставшей оплотом "света"? Мрак и ужас, гонения и унижения. Поттеры не упустят возможности покуражиться, с-су... нехорошие люди. Вот же грёбаное регентство. Не могу я открыть карты. НЕ МОГУ! Обложили, сволочи, как волка. Со всех сторон флажками завешали. Наверняка папашка и Блек ни шагу свободно ступить не дадут. Не стоит списывать со счетов рыжих предателей крови и младшего Поттера. Эти шавки с радостью будут таскать поноску за старшим поколением директорских жополизов и мстить за прошлый год. Близнецы так точно подкинут проблем. Ладно, переживём, у нас есть, чем ответить.    Лично меня больше всего волнует вопрос крестражей. Всплывёт или нет дневник? У кого он всплывёт? Рыжая-бесстыжая в игре или нет? Змейкой в подземельях жертвовать ой как не хочется. Фамилиар предка, как-никак. Опять планы с Тайной комнатой накрываются медным тазом, Мерлин Дамбика задери.    Но не всё так плохо в нашей жизни, иногда случаются события куда хуже. Нет-нет, не подумайте ничего плохого, просто ко мне вернулся один старый вассал или вассалка, не знаю, как тут правильно выразиться. Да-да, вы правильно догадались... Из-за моря, из-за гор... не показывал мужик топор... Вечером двадцать восьмого августа распахнулись двери парадного входа дома по Гриммо, 12. Из-за того самого моря, называемого Атлантическим океаном, вернулась Белла. В связи с вечерней тренировкой я как раз отсутствовал. Мистер Кояма (а я упоминал, что мы вернулись на наш промозглый остров? Нет? Напоминаю...) вознамерился проверить, чего мы достигли за лето, отдыхая во Франции... Его чёртовая бамбуковая палка активно выколачивала пыль из наших боков и дурь из голов. Дадли шипел и матерился, я матерился и шипел, а старик, обогащая словарный запас, развлекался за наш счёт... Зарабатывая на орехи, мы пропустили знаменательное возвращение блудной красавицы, которой хватило часа на ознакомление с главными новостями. После тренировки Дадли отправился домой, а я - дурная голова, решил забуриться в библиотеку крёстной. Забурился на свою голову...    То, что Белла не стала сходу бросаться авадами и круцио уже само по себе огромный прогресс, но скандал и бабскую истерику она мне и крёстной закатила. "Концерт по заявкам" в первом, втором и третьем отделении длился больше часа. Посуда и китайские вазы разлетались на черепки с ужасающей скоростью, таким темпом Белла скоро до голов эльфов доберётся... Вашего покорного слугу обвиняли во всех грехах, самым главным из них являлось то, что я не уберёг кузена от помолвки и кольца на пальце.    Я стоически терпел, в конце концов не сдержавшись и высказав истеричке всю правду-матку в лицо: обещание не вмешиваться я сдержал! Могу поклясться магией, что ни словом, ни делом не подталкивал Дадли и Дафну друг к другу, а вам, уважаемая мисс Блек, следовало вести себя скромнее, а не мелькать в желтой прессе, которая со смаком обсасывала новых кавалеров ветреной красотки, пустившейся во все тяжкие. Конечно, мы люди понятливые, понимаем, что такова судьба и стезя звёзд экрана, никакой личной жизни - одни публичные сплетни. Хотя о чём мы. Мисс Блек, вы могли бы взять пример с тети Туни, она звезда величиной побольше, чем вы, но почему ни одна собака, акула пера и пиранья чернильницы не тявкает в её сторону? Почему вам на месте не сидится? Почему кое-кто постоянно ищет приключений на пятую точку? Кузен и так долго терпел все выходки предмета обожания, а та только хвостом перед ним крутила. Вот и докрутилась.    Тут у Беллатрикс крышу-то и сорвало. Я уже приготовился к использованию сто первого приёма пограничника: измотание противника бегом, но вместо гнева Белла впала в другую крайность. Из глаз роковой брюнетки неожиданно хлынули потоки слёз.    - Пустота, почему тут пустота? - рухнув на колени и ткнув себя в грудь, выдавила она через непрекращающиеся всхлипывания. - Она грызёт меня изнутри, как проклятие. Грызёт и грызёт! Чего только я не пробовала! Даже к проклятому Морганой психотерапевту ходила! Уроды, все они уроды, лезут грязными лапами в душу, топчутся там, ковыряются, а помощи как не было, так и нет! Почему?! Чем я прогневила Мать-магию и Вечную Леди? Чем, Гародьд, чем?! Я... я схожу с ума... Я не та, какой должна быть! Я не та! Я хочу заполнить её или забыть, что что-то уже забыла! Я больше не могу так! - Тут она вскочила на ноги и, полубезумно блестя возбужденными глазами, подбежала ко мне:    - Ты можешь, можешь, да... да, можешь, - на страшной грани шипения, шёпота и, как бы безумно это не звучало - срывающегося крика, быстро-быстро зачастила Белла, тряся меня на манер груши или яблони. - Ты знаешь, как вернуть их, как убрать пустоту! ВЕРНИ ИХ! - завизжала Беллатрикс во всё горло. - Верни мне воспоминания! Верни их! ВЕРНИ! Я чувствую, ты знаешь, как, Гарольд, умоляю, Гарольд! Прошу, верни их... верни...    Рухнув на пол, она с неимоверной силой вцепилась в мой ноги, обняв их под коленями и перехватила заведённые за спину ладони, сжав их до посинения пальцев. Глотая слёзы, Белла силой дёрнула мои руки к себе и начала покрывать их поцелуями. Крёстная, дрожа всем телом будто осиновый лист, тяжело привалилась к дверному косяку у входа в столовую, в которой разворачивалась семейная трагедия. Я малодушно отступал назад, но Белла, продолжая цепляться за меня и целовать руки и полы пропахшей потом спортивной куртки, на коленях ползла за мной. Ледяной камень стены, в который упёрлись лопатки, сказал, что отступать больше некуда.    Интуиция Беллы не ошиблась, я действительно знал, точнее, догадывался, как вернуть ей воспоминания. Вот только способ избавления от амнезии был из разряда смертельных номеров, на которые не отважится ни один циркач или каскадёр. Мда, не каждый решился бы на него.    - Ты должна умереть, - закрыв глаза, как перед прыжком со стометровой скалы, выдохнул я.    - Что? - отпустив мою руку, переспросила Белла.    - Смерть лишила тебя куска памяти. Чтобы вернуть её, ты должна умереть. Только поход за Грань вернёт то, что забрала Миледи.    - Но, как? Почему?    - Вечная Леди ничего не должна живым... Живая ты не сможешь войти в её чертоги.    - Но если я умру... Как тогда... зачем... зачем мертвой воспоминания? Я хочу жить, но без пустоты. Маги не умеют... не оживляют трупы.    - Маги - нет.    - А кто?    - Ты сама должна найти ответ, как умереть и вернуться обратно. Сама.    Потеряв ко мне всякий интерес, Белла сжалась в компактный комочек. Качая головой из стороны в сторону, прикусив пальцы, она, как заведённая, повторяла:    - Смерть... смерть... смерть... Не маги, не маги. Нет... смерть..., не маги. Маглы! МАГЛЫ! - сбив Вальпургу с ног, Белла пулей выскочила из дома. Отправленный вдогонку Кричер схлопотал "остолбеней". Оказавшись на пороге, беглянка аппарировала в неизвестном направлении.    - Гарольд! - накинулась на меня крёстная.    - Идём к гобелену, - не позволив сбить себя с настроя, холодным, не терпящим возражений тоном, сказал я.    - К гобелену? К какому гобелену?    - К семейному! Крёстная, мы теряем время, - подхватив Вальпургу под руку, я направился в подземелья с ритуальным залом и гобеленом с генеалогическим древом Блеков. Через пару минут мы ворвались в искомые покои. - Осталось только ждать, крёстная. Белла отправилась умирать...    Не знаю и знать не хочу, в какую клинику аппарировала Белла и как уговаривала медперсонал: империо, круцио, конфудус или жесткая легилеменция с заменой приоритетов и воспоминаний, но через полчаса ожиданий, показавшиеся нам вечностью, вокруг листа с её именем образовалась черная рамка с датой смерти. Вальпурга, побледнела, часто-часто задышала и всем телом повисла на мне. Через три минуты рамка исчезла, а у меня из головы всё не выходил фильм "Коматозники". В Роду Блек прибыло тех, кто при жизни имел сомнительную честь заглянуть за грань. Прошло ещё полчаса, мы по-прежнему тупо глядя на лист с именем сумасшедшей девчонки, сидели напротив гобелена.    - Я её лично выпорю, - сжала кулачки крёстная. Вальпурга успела успокоиться, повторно накрутить себя, вновь взять чувства под контроль и дать им свободу, - вожжами, розгами по голой заднице! Кричер!    - Да, Госпожа! Кричер слушает!    - Приготовь розги и лавку с ремнями в малой пыточной! Быстро! - перед тем, как испариться, домовик низко поклонился. - Я её на хлеб, на воду! - грозила в потолок Леди Блек.    Тихо скрипнула входная дверь. Виновато опустив глаза долу, в комнату вошла растрёпанная Белла. Поход за грань оставил след на буйной гриве не менее буйной волшебницы. Белоснежная прядь дюймовой ширины торпедным следом змеилась по смолянистым кудрям красавицы, но поражало не изменение причёски, а взгляд, который перестал цепляться за гранитные и мраморные плиты пола, устремившись на присутствующих. Доказательств того, что Балла вернула память, не требовалось, ибо в её глазах их хватало с избытком. Только прошедшие, огонь, воду, медные трубы и Азкабан имеют такой взгляд. В абсолютной тишине, выражая полное смирение, Белла сложила ладони "лодочкой" и припала на одно колено. Вальпурга тихонько подтолкнула в спину... Старинные своды, сложенные из грубого отёсанного камня засвидетельствовали магический оммаж.    - Мой господин, - глухо пророкотала Белла, - нижайше прошу Вас выйти. Я должна смиренно принять заслуженное наказание. Леди Блек, я в вашем распоряжении. Кричер!    В углу комнаты материализовалась лавка и ведро с замоченными в солёной воде розгами. Кивнув крёстной, я прикрыл за собой дверь. Незаметно подвешенное заклинание "слухач" принесло шелест снимаемых одежд и тихое поскрипывание лавки, принимающей тело виновницы. До этого момента женщины не произнесли ни слова.    - Считай! - прорычала Леди Блек. Свист и звучный шлепок.    - Раз! - свист... - Два...    Свист. Удар. Свист. Удар, по звуку я определял, куда Леди Блек приложила непутёвую племянницу: по заду, спине или по шее.    - Двадцать...    - Достаточно! В следующий раз ты так легко не отделаешься, запорю до полусмерти. Одевайся. Зелья и мази использовать запрещаю.    - Слушаюсь, Леди Блек!    - Приводи себя в порядок, ужин через тридцать минут, из-за тебя он и так задержался.    Вот так состоялось "возвращение блудного попугая". Неестественно прямая Белла явилась в столовую ровно через тридцать минут. Учтиво раскланявшись с присутствующими, она осторожно присела на край пододвинутого мною стула. В ментале я ощущал её боль, но маска на лице женщины трещин не давала. Наутро я уговорил крёстную на ослабленную версию заживляющего бальзама, но радость Беллы от послабления режима разбилась о новость, что она должна сопровождать сюзерена в Косой переулок и Тёмную аллею...          Под воспоминания о минувшем лете, полный учеников состав постепенно добрался до Хогсмида.    Разбудив Гермиону, прикорнувшую на плече жениха, я и остальные парни вышли в коридор. Пары минут припудрить носики и поправить причёски девушкам хватит, лезть в самую давку и толкотню не имело смысла. Один цыганский табор Уизли чего стоит. Затопчут и не заметят. Мелкая Седьмая носилась по вагону бодрым коником, не зная, то ли ей бежать за братцами и Поттером, то ли топать на край перрона, где башня в лице Хагрида собирала первокурсников. У спуска, ведущего к каретам мы разглядели профессоров, встречающих учеников. Сегодня нам выпала честь первыми поприветствовать МакГонагалл и Кара. Топая к каретам с фестралами, мы не слышали занимательный разговор. Говорил больше Кар, но, тем не менее, остроты беседа не теряла ни грамма.    - Минни, ты видишь то, что вижу я? - сотворив беспалочковое заклинание "мостик", передающее шепот собеседнику, спросил Бернард Кар землячку.    -Не понимаю, о чём ты? Объясни, что я должна видеть?    - Три градуса левее. Ориентиры Эванс - второй курс Гриффиндора и Грейнджер от "змеек".    - Магия всеблагая, ты это тоже видишь?!    - Ага, мне становится интересно, где они провели лето и кто их наставник?    - Кузен, поправь меня, но это...    - Ага, готовая штурмовая группа. Забавно, да? Эванс - штурмовик и главная ударная сила, Гринграсс и О`Нил - поддержка, мисс Каннингем и остальные на позиции тылового прикрытия и медобеспечения, а мисс Грейнджер тянет функции снайпера и тактико-стратегического планирования. Детишки словно на войну собрались. Держат друг друга в поле зрения и на полном автомате контролируют окружающую обстановку. Не идут - плывут! Ни одного лишнего движения. Минни, мне уже не терпится посмотреть на них на физподготовке. Предупреди оказией, чтобы не палились столь явно. Прихвостни директора тоже имеют глаза, а Грюм и Поттер не один год в аврорате проработали.    - Я переговорю с мистером Эвансом. Можешь на меня положиться.    - Ох, Минни, это предложение? Ты ещё та конфетка, я бы положился...    - Куда тебе, старый развратник. Положился бы он, только обещаете, а к как до дела доходит, так сразу все инвалиды умственного труда, - вогнав Кара в краску, вернула остроту МакГонагалл. - Все по каретам расселись? Проверь "поисковиком" состав, а то вдруг кто-нибудь спит или в купе заперли кого? Чисто? Хорошо, я в Хогвартс, а ты помоги Хагриду, "светляков" по дороге наколдуй.    - Ты не передумала?    - Нет, Дамболдор ничего не ожидает, тем более ограничивающих рамок мы не пересекаем.    - Коварная кошка!    - Бойся меня! Топай, давай. Хагрид сейчас поведёт детишек на лодочную станцию.          - Леди и джентльмены, - обратился я к друзьям, - пока наши кожистокрылые и зубастые кони апокалипсиса не миновали арку с барельефами и статуями свиней и не доставили пассажиров в школу имени "Подсвинка", я хочу в последний раз уточнить у вас, все ли вы подписали присланные накануне документы?    Дождавшись от набившихся в карету детей подтверждающих кивков, продолжаю:    - Итак, если события приобретут неблагоприятный оборот, не геройствуем, активируем портключи и сваливаем со школы. Все меня поняли? Акцентирую особо - не геройствуем! Бросайте всё и эвакуируйтесь, вам оформлены запасные аэродромы в Шармбатоне и Дурмстранге. Интуиция подсказывает мне, что имеется большой шанс ухнуть в пропасть, события могут покатиться под откос в любой момент. Фокусом напряжения, как бы мне этого не хотелось, выступаю я и, в какой-то мере, Джейс Поттер. Дамболдор расставляет фигуры перед очередной шахматной партией. Если моему бывшему брату отведены белые фигуры, то ваш покорный слуга стоит на позиции черной пешки.    - И чО? - лениво зевнул Брайан. - Терпим и не нарываемся?    - Разве я сказал терпеть? - проводив взглядом мою взметнувшуюся вверх бровь, О`Нил усмехнулся. - Ни в коем случае. Резко менять поведение тоже не стоит, это может привлечь к нам не нужное внимание. Действуем наверняка. Вежливость и только вежливость. Как говорят на Слизерине - не попадайся! Если попался, то всё отрицай. Не получается отрицать - дави интеллектом. Виноваты другие. В школе у нас есть несколько союзников, готовых, в случае чего, прикрыть нам спины, но лучшим вариантом считаю тактику частичного игнорирования некоторых личностей. Подставлять сочувствующих преподавателей ни к чему. Зацепили - отвечаем, ударили - бьём в ответ и бьём сильно, чтобы в другой раз неповадно было. Уизелы и Поттер мои. Тренировки не прекращаем, для разбора заданий заочного маггловского обучения выделяем вторник и субботу.    Колеса, перестав отбивать ободами ритм по булыжникам мостовой, затормозили бег. Качнувшись, карета остановилась, едва слышно всхрапнули фестралы, запряжённые в антикварное транспортное средство. Приехали. Проводив Гермиону и Дафну до слизеринского стола, возвращаюсь на закреплённое с первого курса место за столом красно-золотых. За время шатания по залу спину между лопаток так сверлит от прикипевших к ней взглядом. Отражение в натёртых до зеркального блеска доспехах показывает как минимум четырёх "сверлильщиков": бывшие папашка с крёстным, Сней и Грюм. Волшебный глаз боевого инвалида не отрывался от меня до момента входа в зал первокурсников.    Нет, таким мелким я в прошлом году не был, занятия спортом и палка мистера Коямы сделали из меня человека, но восторженный блеск в глазёнках и открытый рот - это было. тщательно скрывалось и маскировалось каменным покерфейсом, но что было, того не отнять. Хм-м, нарочно или нет, или так Судьба подыграла, но Астория нетерпеливо приплясывает рядом с ещё одной фэндомной блондинкой. Как я про неё мог забыть? Луна Лавгуд, х-м, х-м. Аура у девочки очень интересная, выделяется от остальных первоклашек, как пятисотваттная лампа на фоне стоваттных огоньков. Даже Асторию затмевает. Не сильно, но разница видна невооружённым взглядом. Таки наша юная целительница сейчас где-то в районе четырёхсот ватт.    В этом году ведение церемонии распределения доверили вести Помоне Спраут. Выставив на возвышении колченогий табурет с поющей шляпой на сидушке, преисполненная важности декан барсуков развернула свиток с фамилиями поступающих. В отличие от суровой МакГонагалл, Помона по-матерински улыбалась каждому садящемуся на табурет малышу. Дети от светлой, открытой улыбки волшебницы переставали дрожать и пугливо оглядываться по сторонам. Вот и Астория...    - ...Гриффиндор!!! - сорвав шляпу, девочка вприпрыжку побежала к нашему столу. Бросив в сторону слизеринского стола извиняющийся взгляд, я жестами показал удушение одной нежной шейки. Ничуть не смущаясь грозного потомка одного из основателей Школы, блондинистая язва с шилом в попе показала ему язык и плюхнулась на лавку по левую руку от жениха и принялась что-то увлечённо щебетать на ухо порозовевшему от смущения Генри.    Наследник Малфоев, сидевший лицом к ненавистным грифам, пошёл красными пятнами. Ревнует, немочь белобрысая. Малфои строили на младшую Гринграсс матримониальные планы, но не обломилось. Теперь у Драко добавилось поводов ненавидеть грифов в целом и отдельных представителей факультета Годрика, в частности. За преподавательским столом заинтересованно блеснули стёклышки очков-полумесяцев. А вот это нам ни к чему, как-нибудь без зоркого глаза Дамболдора обойдёмся.    - Генри, с утра первым делом дуете к Помфри.    - До завтрака? - задал глупый вопрос будущий целитель.    - Не тупи, хватаешь свою дурную невесту в охапку и семиметровыми скачками мчишься в больничное крыло, ты меня понял?! Бекки, проконтролируй, чтобы эта стрекоза в шесть утра была как штык. Тори, детка, мы о чём договаривались? Не напомнишь, а то я забываться стал.    - Ну-у, - пряча глаза, виновато протянула девочка. По планам у нас был Слизерин и только Слизерин, под крылышками старшей сестры и Гермионы.    - О, Мерлин и Моргана, дайте мне сил не придушить сегодня одну грешницу. Ладно... проехали, но больше никакой самодеятельности, иначе я за себя не отвечаю! - для пущего усвоения материала и серьезности демонстрируемых намерений на край стола обрушивается ментальный удар. Головы в плечи втянули все. Осознав глубину проступка, Астория спряталась за спину Генри. - Тори?    - Я поняла! - давление исчезло.    За приведением оступившейся паствы в "лоно церкви" упускается момент определения специалистки по реликтовым магическим тварям и волшебным эндемикам на факультет Ровены. Также за преподавательским столом незаметно нарисовались Кар и МакГонагалл. Минерва показательно тепло приветствует Флитвика, Помону и Слизнорта. Новичкам дамболдоровского пула достаётся холодное презрительно-высокомерное "драсти". Вон как Поттер и Блек скривились. Умеет МакГи грязью облить, новый декан грифов и бывшая ученица Минервы, попав под ледяной душ взгляда наставницы, пытается сохранить лицо, но получается у неё не очень. Белобородый старец на золотом троне показательно не замечает пикировки профессорского состава. Отыгрывая маску благодушного старого маразматика, дедушка глупо улыбается и сверкает очёчками во все стороны. Произнеся приветственную речь и представив требовательной публике новых профессоров, директор объявляет пир:    - Ешьте!    "Ешьте" из его уст звучит, как "жрите". Пожелание тут же находит исполнителей. Рыжий "Нумерос шесть" за лето растерял остатки манер и страха. Пожалуй, свиньи у корыта ведут себя приличней некоторых человеческих особей. Размахивая зажатой в руке куриной ножкой, чавкая и пытаясь разговаривать ртом, набитым сосисками с томатным соусом, рыжий был отвратительным зрелищем, отбивающим всякий аппетит. Моё чувство прекрасного не выдержало. Когда Рон, облизав ложку, потянулся к очередному блюду, посуда, подхваченная телекинезом, с силой впечаталось в веснушчатую физиономию. Близнецы и некоторые гриффиндорцы радостно посмеялись над удачной с их точки зрения шуткой. Пуская из гневно раздувающегося носа пузыри, Рон вымелся из-за стола и выбежал из большого зала. Ну да, заклинаниям чистки мама нас не учила. Позорище. Невидимые эльфы мигом навели порядок, вислоухие трудяги убрали рукотворную помойку и поменяли блюдо. Глядя на непотребство, творящееся за столом любимого факультета, Дамби осуждающе покачал головой, но мер к наведению порядка не принял. А кого обвинить? Следящие заклинания факта применения магии не выявили. Облом-с. Сила на палочке следов не оставляет, тут я спокойней удава - не подкопаетесь.    Долго ли, коротко ли, пришло время десертов и заключительных объявлений, за которыми следует гимн Хогвартса и отправка на боковую, я со товарищи приготовился пропустить слова директора мимо ушей, но тут, задвинув Дамболдора, в ораторы выбилась МакГонагалл. Что-то новенькое... Что-то сейчас будет.    Под соусом того, что за последние годы уровень образования в Хогвартсе несколько понизился и престиж лучшей в мире школы магии пошатнулся. В целях обретения полного доверия у молодого поколения и несомненной передачи знаний от наставника ученикам, а так же для исключения случаев намеренного причинения вреда юным волшебникам, Минерва МакГонагалл предлагает ввести с этого года позабытую за тленом веков традицию ежегодного принесения клятвы преподавателя. Когда-то профессора каждый год приносили магические обеты учить на совесть и оберегать детей, доверенных им. Пора бы вернуть в жизнь хорошую традицию, а так как она выступает инициатором, то ей первой и читать клятву.    Выйдя на середину Большого зала, Минерва развернула старинный свиток с потрескавшейся от времени сургучной печатью и развесистой обтрёпанной кисточкой на правом нижнем углу. Дамболдор если и хотел одёрнуть вышедшую из повиновения женщину, то время оказалось упущено. В полной тишине звучит древняя клятва и золотистая вспышка, окутавшая заслуженную трансфигураторшу, закрепляет принесённый обет. За Минервой на середину зала просеменил Флитвик. За Флитвиком Помона Спраут, затем Кар, Аврора Синистра, Слизнорт... Новичкам ничего другого не остается, как взять пример со старшего поколения и последовать за старожилами. Выбора им не остается, откажись они и... всех почтовых сов не отследить. Многие чистокровные студиозусы пользуются блокнотами с протеевыми чарами, некоторые особо нетерпеливые уже развернули проклятые древними богами книжечки и увлечённо строчат в них послания родителям. Профессора, отказавшегося принести обет, линчует общественность, а то, что о нововведении с утра не будет судачить только ленивый, сомнений ни у кого не вызывало. Поттер, Блек, Грюм, Дингл... С физиономией, будто ему пустили газы под длинный нос, в центр зала выходит Снейп. С улыбкой чеширской кошки, Минерва передаёт древний пергамент зельевару...    Директор благодушно улыбается и радостно хлопает в ладоши, но старческие аплодисменты не могут заглушить скрип зубов вставной челюсти победителя темных лордов. Своей эскападой МакГонагалл ловко выбила почву у него из-под ног. Затаившаяся в засаде старая кошка нанесла удар. И вишенкой на кремовых боках торта оказывается Алиса Харп. Ей приходится зачитывать две клятвы: за профессора и за декана. Первый обет скрепляется золотистым сиянием магии, а со вторым выходит пшик.    - Что это значит? - совсем неаристократично подвизгивает Харп.    - Хогвартс не принимает вашу клятву, Алиса, - елейно просвещает её Минерва. Старый манипулятор аж крякнул от досады. Паучара первым разобрался, что к чему.    - Почему? - обескураженная Харп продолжает домогаться до очевидных вещей.    - Ах, коллега, - на губах МакГонагалл играет улыбка кошки, дорвавшейся до ведра сливок. А в глазах холод и сто фунтов презрения, приправленного океаном брезгливости. Чудовищный по эффективности контраст, скажу я вам. Словно маленькому ребёнку, она успокаивающим тоном пояснила:    - Коллега, это же очевидно, двух деканов у Гриффиндора быть не может. Как мы только что убедились, Хогвартс не принял мою отставку и не отменил клятву декана. От всего сердца сочувствую вам, - быстрый взгляд на директора и новая елейная улыбка. Под усыпляющее мурлыканье, наигравшаяся кошка ломает мышиный хребет. Вспыхнув аки маковый цвет, Алиса Харп бросила свиток на пол и с видом оскорблённой невинности, под ухмылки Флитвика и Спраут, вернулась за преподавательский стол. МакГонагалл повела палочкой. Пергамент с текстом влетел в золотую тубу, испещрённую рунной вязью. Вспышка и магия замка спрятала древнее наследие.       Интерлюдия.       Альбус Персиваль много имён Дамболдор, директор Хогвартса, глава Визенгамота, бывший председатель Международной конференции магии, обладатель Ордена Мерлина I степени и прочая, и прочая... Набив трубку с длинным тонким мундштуком ароматным вирджинским табаком, который даёт изумительные фруктовые нотки, задумчиво склонился над шахматной доской.    Смятый колпак безжизненной цветастой тряпкой валялся на подлокотнике кресла. Выпустив колечко дыма, директор тонкими пальцами виртуоза-пианиста пробежался по расставленным на доске фигурам. В тёмных стеклах старинного серванта, полки которого ломились от старинных книг и фолиантов, отразился задумчивый белобородый старец, который у многих магглов и магов непроизвольно ассоциировался с Гэндальфом (маги тоже не чураются творчества Профессора). Не чурался его и Дамболдор. Он долго работал над выбранным образом, теперь образ работал на него. Выдохнув ещё пару колец, поплывших к потолку, старец отвернулся от доски и, заложив левую руку за спину, медленно профланировал по покоям туда-сюда.    Ох, Минни, Минни, старая ты кошатница. Время задумываться о вечном и определять почётное место в семейном склепе, а у тебя ретивое ниже пояса взыграло. Ну, неужели нельзя было придти к нему? Поговорить? Неужели он отказал бы себе и ей в такой малости? Всегда можно найти компромисс к вящему удовольствию сторон... Всегда! Минни, девочка, если бы ты знала, как ты подвела наставника... Скажите, как и где ей попал в руки старинный свиток? То, что это наследство Основателей директор ни секунды не сомневался. Оставшихся связей с замком хватило, чтобы ощутить магию четверки. Ох, Минерва, разве так можно? Наследие Основателей должно храниться в надёжном месте - в сейфе директора, а ты его прибрала к рукам и скрыла неизвестно где. С другой стороны, несколько веков тубус пылью покрывался в неизвестном тайнике, пусть там остаётся ещё на пару веков. Как всё не вовремя. Ведь знал же, что зажатая в угол кошка может выкинуть фортель, тем более МакГонагалл. Но ничего, эскапада Минервы и оппозиционного лагеря изменили расстановку фигур на доске, но не запороли разыгрываемую партию. Продуманный ход качнёт весы в его пользу, Филиуса и Помону давно пора взять к ногтю, а гоблины..., а что Гоблины? Коротышки утрутся, им не впервой. Главное сделать ход правильной фигурой    Выбив прогоревший табак в пепельницу, директор нырнул рукой в правый карман. Большой палец профессиональным, наработанным за годы движением забил новую порцию и утрамбовал её. Прикурив от свечи, Дамболдор вернулся к доске.    - Пешки, пришло время пешек, да, Гарольд? - подхватив с первого ряда чёрных фигурку мечника, с физиономией одного ершистого второкурсника, директор выдохнул длинную струю дыма в лицо маленького воина. Анимированная пешка поморщилась. Поди ж ты, не нравится ей табак. - Гарольд, прости меня, мальчик мой, но пришло время поработать во имя Света и Всеобщего блага. Хочешь ты или нет. У любого, мальчик мой, есть слабые места, запомни. Твое слабое место - это друзья и невеста. Ты ведь не желаешь им зла? Никто не желает, поверь мне, но нельзя слепить горшок не измазав руки в глине. Как жаль, что ты тёмный и презираешь отца. Своенравные фигуры убирают с доски, Гарольд. - Рассматривая филигранную экипировку средневекового воина, директор покрутил пешку перед глазами, протяжно вздохнул, закусил мундштук, и подхватил левой рукой черную всадницу на боевом жеребце. - Вальпурга Блек, моё почтение. Наше противостояние приносило недостающую пикантную остроту и забавно щекотало нервы. Леди, - стёкла директорских очков хищно сверкнули, а на щель между усами и бородой легла ироничная ухмылка:    - Моя уважаемая визави, у вас тоже есть слабое место. Да-да-да, не отрицайте, ваш сын, вот ваша самая больная точка. Ах, дети - цветы жизни, сколько страданий они, порой, приносят родителям. Сириус - милый и немного строптивый мальчик, такой забавный в своей незамутнённой ненависти к семье. Девочка моя, ты же мать, а любая мать всегда надеется и верит, что её дитя рано или поздно одумается и вернётся. Вы ведь надеетесь, Леди Блек? Леди Блек, как говорят американцы, ничего личного. Сириус не вернётся. Печально, - тряхнул бородой самозваный Гэндальф, расплывшись в хищной улыбке. Глубоко затянувшись и выдохнув целое облако дыма, он блаженно произнёс:    - Мерлин всеблагой, почему печально? Мальчик изо всех сил тянется к свету, разве могу я стоять на его пути к великой мятущейся души Сириуса. Пусть он тёмный, но стремления у него благородные, так что он не вернётся, моя дорогая Вальпурга. - В неверном, дрожащем свете магических свечей длинные пальцы светлейшего мага Британии больше не казались пальцами музыкального виртуоза, они теперь пыли тонкими паучьими лапками, оплетающими паутиной несчастных жертв, угодивших в липкую ловушку. - Гарольд, Леди Блек...    Внезапно жеребец ударил копытом, а всадница замахнулась копьём. Острое жало пронзило ладонь старца.    - Мерлин! - сдавленно вскрикнул атакованный гроссмейстер. Плюясь искрами, на пол шлёпнулась выпавшая изо рта трубка, с дробным перестуком копыт под сервант метнулась всадница, мечник, упав на пол и получив свободу, ловко откатился за ножку столика. - Эпиксеи, - ранка от копья затянулась. - Агуаменти!    Струя ледяной воды из волшебной палочки загасила трубку.    - Акцио всадница!    Обречённо ржущий жеребец беспомощно перебирал копытами, всадница в седле напрасно нахлёстывала блестящие ониксовые бока, неведомая сила вырвала наездницу из спасительного сумрака и, повинуясь жесту палочки, забросила на доску, где фигура застыла в ожидании хода.    - Гарольд, выходи, - ласково, медовой патокой протянул директор, заглядывая под столик. - Мальчик мой, не заставляй меня применять силу. Акц...    Дамболдор не договорил, мечник скользящим шагом выскользнул из-под стола, в прыжке сменил хват меча...    - А-а-а! - узкий клинок пробил непрочную ткань домашних тапок белобородого шахматиста и глубоко вонзился между большим и указательными пальцами правой ноги. Брызнула кровь. В следующую секунду пешка извернулась, и лезвие полоснуло по сухожилиям. Не перерезало, но настроения противнику черного бойца это нисколько не прибавило.    Матерясь на всю ивановскую и шипя не хуже иного василиска, Дамболдор отскочил в сторону. Заклинание окаменения, застигло резвую пешку в верхней точке второго самоубийственного прыжка. Злобно вращающий глазами юный мечник плавно перелетел на доску.    - Это было близко, - с отвращением отбрасывая залитую водой трубку, сказал директор. Ударившись о сервант, трубка отлетела в камин. - Мордредовы подштанники, - в сердцах выплюнул шипящий от бои подранок, которому стало неимоверно жалко старую "носогрейку". - Эпиксеи.    Уняв кровь и наложив на ногу повязку, Альбус вернулся к доске:    - Это было забавно, не думал, что мои пешки столько возьмут из образов противников. Хм-м, начнём новую партию. Е2 - Е4, - отсалютовав директору мечом, белая пешка в виде рыжеволосой девочки, так похожей на Джинни Уизли, сделала два шага вперёд...       Конец интерлюдии.          Первую неделю в школе было сравнительно спокойно. Начало учебного года не изобиловало событиями. Демарш МакГонагалл наглядно высветил неприглядное дно плетущихся в Хогвартсе интриг, заставив новоявленную когорту преподавателей умерить пыл и относиться к обязанностям на полном серьёзе. Даже безбашенные Поттер-старший и Блек оказались не настолько отмороженными, чтобы рисковать личным здоровьем и магией, поэтому им ничего не оставалось, как впрячься в процесс обучения подрастающего поколения магов.    Между тем полотно ковра интриг ходило буграми и волнами, бульдоги под ним грызлись вовсю, что было особенно заметно во время обедов, на которые, по традиции, собирался весь педсостав. Тонны взаимного презрения, которым обливали друг друга противоборствующие лагеря, бесшумно разлетались по залу. Минерва демонстративно игнорировала мисс Харп, и чуть ли не по-кошачьи шипела на моего бывшего папашку, занимающего должность ассистента Её Кошачьего Величества. Тот исходил пятнами от злости, молча принимая "помои". МакГи не упускала случая предельно вежливо, но показательно на публику ткнуть коллегу мордой в грязь. Причём делала она это с отстранённой ленцой, как бы поучая и наставляя на путь истинный, но ученики, хотя бы краем понимающие в интригах, незаметно улыбались, не забывая поведать о наблюдениях друзьям и знакомым.    Алиса Харп оказалась неплохим преподавателем за исключением одного существенного минуса - любимчики. Профессор с первых дней поделила студиозусов на две неравные группы: фавориты и прочие. Причём в прочих было множество подгрупп, чей статус мог измениться в любой момент. Ваш покорный слуга и его "прихвостни" угодили под жёсткий прессинг и стали для мисс Харп кем-то вроде отверженных или парий. Вы не подумайте, следуя клятве, профессор учила всех одинаково, но есть много других способов испортить жизнь ближнему своему: персональное задание на дом не на три фута, а на пять, или же шире раскрыть пройденную тему, найти дополнительный материал, да ещё изложить его на уроке, присовокупив показательные примеры. Снейп тоже моментом прочухал эту фишку и, воспользовавшись брешью в обороне, отрывался по полной, гнобя неугодных направо и налево.    Дингл, на факультатив по артефакторике, который он вёл, можно было записаться со второго курса, ничего нового не показал. По крайней мере, для меня и компании. Лорд Гринграсс и Леди Блек дали нам за лето столько, что заслуженный соратникй соратник белобородого старца рядом не валялся, тем более вопросом Дингл в полной мере не владел. Для отвода глаз мы записались к нему, знания по артефакторике стоит залегендировать и объяснить дополнительно выученным материалом. На что Дедалус не стеснялся, так это на различного рода специализированные трактаты и дидактический материал. Он охотно делился литературой и сборниками тематических задач. Это был плюс.    Неожиданно себя проявил Сириус. Выше всяких похвал, я бы сказал. Объяснял он легко и доступно, даже самый последний тупица проглатывал разжёванный до основания материал. Движения палочкой, щиты, стойки, защитные и атакующие связки... Придраться было не к чему. Если бы не Грюм, допекший всех своей "постоянной бдительностью", была бы совсем сказка.    Неделю я ловил на себе взгляды рыжих, "нумера шесть", в частности, а также братца и папашки. Они быстро назначили того, кто является автором шутки на пиру и затаили злость. Улик и следов нет, только когда их это волновало? В глазах рыжих читалось обещание, но ни старшее, ни младшее поколение не сулило мне ничего хорошего. Напряжение копилось и через семь дней ружье выстрелило...    Вторник. Восьмое сентября встречал мир чистым безоблачным небом, умытым после ночного дождика солнцем и по-летнему жаркой погодой. Первые пары, включавшие в себя трансфигурацию, зельеварение и ЗОТИ пролетели быстрее пули у виска. Отчавскался уизлевским ртом обед. Рыжий инвалид, которому часть откушенной ноги заменял неотличимый от живой конечности протез, изготовленный по передовому слову маггловской и магической медицины, больше не позволял себе откровенно свинского поведения за столом, но его манеры по-прежнему оставались далеки от идеальных. По крайней мере, они теперь не отшибали аппетит напрочь. Перекусив? чем сами закупились и забили школьные кладовки, и что эльфы приготовили, мы тридцать минут понежились на травке у Черного озера, а потом всем кагалом подхватили сменную одежду и направились к квиддичному стадиону, на котором профессор Кар назначил коллективное свидание всему потоку второкурсников. Потирая вымазанные в земле лапки и ехидно ухмыляясь, брутальный шотландец принялся выписывать кренделя волшебной палочкой. Потоки магии заплясали над стадионом, подхватывая разложенные сбоку брёвна, брусья, доски и веревки. На глазах изумлённой публики за три минуты выросла натуральная полоса препятствий со стенами, рвами, взгорками и канавами - готовый набор для проверки физических кондиций молодого бойца.    Осознав весь ужас, впечатлённый народ мысленно и не очень застонал. Сын гор, облачённый в клетчатый килт клановой расцветки, на все стоны студиозусов лишь пакостливо улыбался.    - Ну, дрыщи! - сотворив у горла "сонорус", зычно сказал Кар. - Не стесняемся, переодеваемся в раздевалках и подходим на старт. Посмотрим, кто из вас, чем летом занимался, задохлики.    Через десять минут дети дружною толпою собрались у черты, обозначавшей стартовую линию.    - Есть желающие размочить грязь? - Кар в своём репертуаре.    - Сэр, разрешите, сэр?    - А, Эванс, милости просим, - ответил преподаватель, картинно обозначив полупоклон и ернически разведя руки. - Хотя нет, минутку, мистер Эванс. Подождём заинтересованных лиц.    - Господа, - обратился Кар к четверокурсникам, мнущимся у входа на стадион. В связи с очередным собранием попечительского комитета и отвлечением на оное действо деканов факультетов, у четвертых и пятых курсов образовалось незапланированное "окно" и они не придумали ничего лучше, чем лично насладиться купанием в грязи малолеток. - Уважаемые, хватит мять яйца, размещайтесь на трибунах. Позвольте вас предупредить, хоть один лишний выкрик с вашей стороны и я устрою вам коллективный заплыв в бассейне с жидким навозом. Всё понятно?    Пока Кар мило стращал старшекурсников, рядом со мной нарисовались вассалы и Гермиона с Дафной.    - О, в нашем полку прибыло! Да, мистер Эванс?! Так даже лучше. Мистеры и мисс из команды мистера Эванса, на прохождение полосы препятствий вам отводится одна минута. Каждая секунда сверх обозначенного лимита равняется кругу вокруг стадиона. По-моему, достаточная мотивация, чтобы не задерживаться. Готовы?    Я кивком обозначил общую готовность.    - Великолепно. На старт, внимание, марш!    - Девушки вперед! Гермиона веди, Дафна, Бекки, не отстаём! - раздавал команды я. - Парни, страхуем девчат.    Выстроившись цепочкой, моя команда забежала на полосу. Большинство оставшихся за спиной второкурсников свистом и улюлюканьем провожали нас. Некоторые из оставшихся желали нам и персонально мне нырнуть в яму с головой, некоторые недоумевали, не понимая, почему самый потенциально сильный бегун взял на себя роль аутсайдера и выставил во фронт девочек? Школярам просто было невдомёк, что я таким образом контролировал всю команду и Силой компенсировал допущенные ошибки.    Отмерив пятнадцать секунд, кар запустил на полигон следующую партию бегунов. За это время мы успешно миновали скользкое бревно, установленное над канавой, и преодолели стену.    - Щиты! - скомандовал я, стоило Гермионе приблизиться к участку с импровизированными маятниками, в роли которых выступали набитые песком груши, подвешенные на перекладине. Двигаясь в рваном ритме и подстраховываясь щитами, мы успешно пробежали по опасной дорожке, не дав никого из нас сбросить в булькающую зловонную жижу. Позади уже кто-то полетел купаться в канаву, кто-то упорно пытался взобраться на стену. Где-то в хвосте резвыми мячиками скакали Кребб с Гойлом в виде блондинистого довеска на закорках. Да, здоровячки оказались не так просты, как пытались казаться, а вспоминая прошлогоднее "театральное представление" с освобождением от подчиняющего поводка, я втихомолку радовался, что поручил невесту под их неусыпную заботу. Что сказать - красиво идут, нам ни на йоту не уступают, даже несмотря на живой гандикап.    Я пару раз Силой подстраховал Генри. Один раз придав ему дополнительное ускорение, чем уберёг от поцелуя с грушей, второй раз удержал его на скользком бревне. Остальные, в отличие от нашего целителя, в помощи не нуждались.    - Пятьдесят три секунды! - глядя на светящиеся в воздухе цифры, объявил Кар, когда замыкающий в моём лице пересёк финишную линию, менее минуты назад бывшую стартовой. - Прекрасно, просто прекрасно. Посмотрим, найдутся ли у нас счастливчики, которые улучшат ваш результат.    Нашлись. Мистеры Кребб и Гойл в компании с Драко Малфоем выдали пятьдесят одну секунду. Больше неожиданностей не было. Теодор Нотт и Блейз Забини прибежали ноздря в ноздрю, показав пятьдесят восемь секунд. Джастин Финч-Флетчли, Сьюзен Боунс и Ханна Эббот отстали от слизеринской парочки на одну секунду. Близняшки Патил уложились ровно в одну минуту. Остальные заработали разное количество штрафных кругов. Искупавшийся в грязи братец вынужден был двадцать раз нарезать вокруг стадиона. Одноногий Уизли, несмотря на все заявления изготовителей протеза об отсутствии разницы с живой ногой и минутное послабление, имел в активе пятнадцать кругов. Все прихлебатели Поттера схлопотали дополнительную пробежку. Пока Кар занимался с лидерами и показывал им новые упражнения и рассказывал о типовых приёмах отражения магических атак, которые исполняются в движении, чумазая толпа продолжала разбрасываться грязью на беговой дорожке. Вся соль заключалась в том, что аутсайдерам в конце пары было выдано задание на самостоятельный поиск щитов и их описания. Шотландец скидки не делал. Не укладываешься в норматив, будь добр шерстить библиотеку, а иначе "тролль" в конце триместра.    Раздав каждой сестре по серьге, Кар отправил всех отмываться и переодеваться, благо душевые под трибунами позволяли привести себя в порядок и мальчикам и девочкам. Стадион опустел, мои вассалы и невеста с подругами тоже отправились отмываться. Насладившись бесплатным зрелищем, старшекурсники покинули трибуны. Разговаривая с профессором, я упустил немаловажный аспект. Рыжие макушки близнецов Уизли никуда не испарились. Братья внимательно следили за мной, а я, ничего не подозревая, упросил Кара не убирать полосу препятствий, намереваясь проверить силы в одиночку. Разрешив добровольцам носиться по полигону, шотландец обещал наведаться после окончания занятий. Мол, развлекайтесь, молодёжь, а старикам надо чуток отдохнуть - выпить чашечку кофе, принять ванну. Махнув на прощание рукой, Кар удалился в замок.    Проводив профессора и наколдовав с помощью модернизированного "темпуса" светящийся секундомер, я рванул на полосу. Накинув на себя дезалюминационные заклинания, близнецы подбежали к стартовой линии, в мгновение ока прикопав на ней пару колб. Вышедшие с душевой Поттер и "Шестой" присоединились к братьям, которые скинули невидимость и теперь с самым независимым видом попинывали камешки у входа в мужскую раздевалку. Постепенно народу прибывало, а я, поглядывая на висящие в воздухе часы, пошёл на второй заход, благо пар у нас сегодня больше не было и можно было потренироваться в волю. Третий заход. Краем зрения ловлю на себе чей-то заинтересованный взгляд.    Так-так, "на огонёк" пожаловали папашка и Сириус Блек. А этим-то что здесь надо? Мародёры весело скалясь друг другу, остановились у квиддичных колец. Сигнализатор, расположенный пониже спины начал подавать недвусмысленные сигналы. Сорок девять секунд. Не сильно напрягаясь. Кто, рыжие или бывший родитель? Сомнений в грядущей каверзе не осталось. Рекорд слизеринского трио побит, демонстративно показывая усталость, останавливаюсь на передохнуть, попутно в ментале сканируя окружающих. Что ж, ошибка исключена. В этот момент, будто специально, из душевых выходит компания девчонок, из второй двери вываливаются весело гудящие парни. Один из близнецов как бы невзначай повёл рукой. В широком рукаве мантии мелькнул торчащий кончик волшебной палочки. Вот оно! Выставленные невербально щиты не помогли. Взорвавшиеся под ногами колбы выпустили клубы вонючего тумана, от контакта с которым вся моя одежда расползлась по швам, оставив меня в наряде голого короля. Гадость не затронула только закреплённую на левой руке кобуру для волшебной палочки и артефакторный комплекс скрытого ношения, остальное рассыпалось в прах.    - А-ха-ха! - взорвалась толпа удачной шутке. - Эванс голый! Ха-ха-ха!    Как бы не хотелось спрятаться или прикрыться, я понимал, что сейчас этого делать никак нельзя. Это будет проигрышем и отмыться потом не получится до конца жизни, поэтому спокойно разведя в стороны руки и надменно улыбаясь в лицо рыжикам, я показательно обернулся вокруг себя. Благо показать было что. В тринадцать лет я имел фигуру больше свойственную пятнадцати или шестнадцатилетнему подростку, большую часть времени проводящему в тренажёрном зале: перевитые рельефными, но не гипертрофированными мышцами спина, руки и ноги, узкие бедра, тонкая талия, широкие плечи, кубики пресса на животе. Не Аполлон и не Атлант, но где-то рядом и без фигового листка на мужском наследстве, хотя лично я сомневаюсь в возможностях листика прикрыть то, что отличало меня от женщины. Греческий Аполлон по этому пункту с позором проигрывал современному английскому аналогу. Постепенно смех стих, а морды у рыжих, братца и его прихлебателей вытянулись в немом удивлении. Не той реакции они ожидали. Девочки со всех факультетов дружно покраснели и теперь с завистью косились на Гермиону, вышедшую из женской раздевалки. Юные дамы успели по достоинству оценить фрукт, доставшийся "слизеринской змеюке".    - Оценили? - холодно спросил я рыжих. - Можете завидовать. И спасибо вам, братцы, за бесплатную рекламу.    "Пощёчину" оценили даже слизеринцы. Одной фразой я опустил компашку брата и рыжиков ниже плинтуса. Ничем подобным те просто похвастать не могли даже в перспективе. С помощью зелий они имели все шансы переплюнуть Шварценеггера, но умеющие видеть понимали, что мясо на моих костях долго плавилось в горниле продолжительных тренировок. Тут тварей и прорвало.    - "Левикорпус!" - синхронно выкрикнули разъярённые Рон и Джейс. Близнецы добавили от себя пару невербалок. Палочка из кобуры сама скользнула в руку.    От первого луча я успел уклониться, невербалки отбил щитом, но второй "левикорпус" задел за локоть и я почувствовал себя висящим вверх тормашками. Небо и земля поменялись местами, а от трибуны послышался нарастающий гул смешков. зависнув вниз головой, я повел палочкой, прикрывая простым жестом действия Силой, против которой оказались бессильны выставленные близнецами щиты. Ни Блек, ни Поттер-старший не успели прийти на помощь младшему поколению. Два одинаковых с лица смачно вмазались физиономиями друг в друга, а Джейс и Рон, захрипев, схватились за шеи. Совершив громадный прыжок, Гермиона двумя пинками по рожам отправила ублюдков в беспамятство. Земля встретила несущийся к ней снаряд резкой болью в плече и это я ещё Силой смягчил падение. Сволочной братишка таки успел поднять меня метров на семь. Несмотря на падение, близнецы по-прежнему остались в телекинетическом захвате. Разлетевшись метров на пять, они двумя реактивными ракетами снова устремились в братские объятия. Как сладостен для слуха хруст ломаемых вражеских костей. Завывающий клубок из двух тел рухнул на землю. У одного сломана правая рука, у второго открытый перелом ноги. Тут на помощь пострадавшим устремилась тяжёлая кавалерия, до прибытия которой я едва-едва успел накинуть на себя поданную О`Нилом мантию и прикрыть срам. Поле боя по всем позициям осталось за мной, даже голую задницу удалось перевести в разряд преимуществ.    - К директору, немедленно! - Плюясь слюной, орал бывший папашка, схватив меня и Гермиону за загривки.    Тем временем Блек наколдовал носилки, вереница которых, неся на себе стонущий от боли груз, потянулась в сторону замка. Как оказалось, невеста челюсти ломала с гарантией...    - Допрыгался, поганец, теперь тебя отчислят и твою грязнокровку следом, - не унимался Поттер.    Под маты и непрекращающиеся крики мы вскорости добрались до горгульи, охранявшей директорские покои.    - Не переживай, Герми, - ободряюще улыбнулся я. - Всё будет хорошо.    - А я не переживаю, - вернула мне улыбку невеста. - Только ты в следующий раз "пистолетом" не свети, а то я ревную. Надеюсь, у тебя есть план.    - О, таки есть! - покосившись бывшего родителя, соскальзывая на еврейский акцент, ядовито протянул я. План действительно был, причём шансы на его реализацию стремительно переваливали отметку в пятьдесят процентов. Вовремя "включенная" эмпатия успела поведать о чувствах, которые обуревали старшим очкариком с вороньим гнездом на голове. У "четырёхглазой" морды рыльце явно в пушку, теперь главное правильно разыграть карту...          - Что за карта и расклад? - спросят уважаемые читатели.    А давайте включим логику и подумаем о добыче шекелей. Что привлекает бедного еврея? Правильно - деньги, полученные не его потом и кровью. О высоких материях типа совести говорить не будем - нет её у меня априори. Теперь о деньгах и чужом поте... Ну, вспоминаем первое сентября и клятву, которую заставила дать преподавателей ушлая МакГи. Не в меру наглый поц таки попал, грех не воспользоваться плывущей в руки возможностью избавиться от одной директорской марионетки... Это первый вариант, так сказать.    Теперь о крови, когда длиннобородый гешефтмахер отмажет поца и покатит бочку на невинное дитя, вынужденное смиренно подставлять вторую щёку и пока обидчики замахиваются на неё, с левой бить по печени... Ладно, хватит лирики...    Директор может разыграть вариант с отчислением, что, как ни странно, мне тоже на руку. Я страсть как хочу покинуть школу, основанную предком. Прямо пылаю и дрожу от желания. Если у вас работает соображалка, то вы безусловно догадались, что за сюзереном тесные ряды хогвартских студиозусов-школяров оставят друзья-вассалы, невеста и присные. Я о Гринграссах. "Запасные аэродромы" подготовлены загодя и ждут нас с распростёртыми объятиями. Я бы давно свалил, но "непреложные" пункты Родового Кодекса трактуются однозначно - Слизерин обязан учиться в Хогвартсе, иначе он не Слизерин. Избавлением от этой почётной обязанности служит отчисление или смерть. Есть ещё третий вариант, но сейчас мы о нём не будем говорить, как в корне неприемлемом. Салазар, сам того не желая, знатно подгадил потомкам, запретив вносить изменения в некоторые части Кодекса. Я прекрасно понимаю, что закладывая такое требование, основатель хотел, чтобы его дети и внуки лично следили за учебным процессом и не допускали упадка школы, но: о времена, о нравы! За тысячу лет утекло воды не на одно Чёрное озеро. От Слизеринов остались одни недоброй славы воспоминания, в школе разброд и шатания, да белобородый паук на золотом троне. Былой славы развеянный дым. И как, прикажете, бедному мне выживать в этой клоке?    В директорский кабинет набилось народу - не продохнуть. Яблоку негде упасть. Загибаем пальцы: сам-шест Светлейший и белобородейший, Грюм, Поттер-старший, МакГонагалл, Блек, Люпин, Слизнорт, Кар, Снейп - куда же без него, с какого-то боку через камин ввалились Уизли-старшие. Не успев отряхнуться от сажи, сиреной воздушной тревоги взвыла Молли. Плюясь слюной и ядом, оскалившись и скрючив пальцы на манер ведьм из маггловских киноэпопей, она кинулась на меня... и верещащим бревном растянулась на полу. "Инкацеро" никто не отменял. Нашла дурака, она думала, что я позволю какой-то потной бабище расцарапать себе лицо? Не на того напала. Дамболдор взмахом палочки убрал верёвки. Преподы же выпали в осадок, никто не ожидал от рыжей мамаши безумных выходок. Уизлиха поднялась с полу, молча отряхнула юбку и повторила попытку нападения. Я так "инкацеро" и "остолбеней" до автоматизма отработаю. В полной тишине, под взглядами офигевших профессоров и прочих приглашённых, Молли "на бис" изобразила трюк с падением на пол. Правда, в этот раз палочку у меня отобрали. Постарались Блек и Грюм. От синхронного экспеллиармуса мой протего разлетелся на осколки, а меня самого весьма чувствительно приложило об стену. Мелким нюансом можно считать разнесенный в клочья шкафчик с блестящим директорским хламом и прочей лабудой. Палочку вырвало из рук, после чего она перекочевала к Блеку. Урод патлатый. Тут уже очнулся от ступора директор и попытался выгнать из кабинета лишних, но его демонстративно не услышали. Я фигею, мама дорогая. Отлепившись от стены, я отряхнулся, походя потоптавшись по блестяшкам и вроде как ненароком раздавив в труху ещё пару штук. Сделал пакость, на сердце радость. Жаль, что радость маленькая, но времени дорасти до большой валом. Пришлось Дамби включать авторитет, успокаивать Молли и разгонять по углам остальных. Добившись порядка, он отобрал мою палочку у Блека, после чего уселся за стол сам, наколдовал стулья остальным, а Гермиона и я остались без сидячих мест. Нам было предписано двумя столбиками позора стоять в центре кабинета. Постоим, не переломимся, а совесть нас в отпуске, поэтому дед обламывается - виноватыми и опозоренными мы себя не ощущаем.    В голове я прокручивал различные сценарии, но Дамболдор на примере доказал, что его нельзя вписывать в четко очерченные рамки. Директор выкинул фортель, не предусмотренный сценарием, от чего чуть не поломал мне всю игру.    - Минус двести баллов с Гриффиндора, - тряхнув бородой, объявил добрый дедушка.    - Возражаю, - моментально отозвалась МакГонагалл. - Требую обоснования. Мистер Эванс защищался от немотивированной агрессии. Оба раза! - Дамби осталось проглотить пилюлю. С должным обоснованием снятия баллов у него проявлялась определённая проблема. МакГи же продолжала ковать железо:    - Господин директор, как декан Гриффиндора я настаиваю на привлечении к ответственности мистеров Рона, Фреда и Джорджа Уизли, а также мистера Поттера.    - Согласен с тобой, Минерва, мальчики поступили в высшей степени некрасиво и они, по выписке из лазарета, будут привлечены к ответственности и направлены на отработки к мистеру Филчу, - погасил конфликт в зародыше директор. Опыт не пропьёшь. - Сейчас мы обсуждаем поведение мистера Эванса и мисс Грейнджер. Молодые люди, я разочарован. Отвечать избиением и нанесением увечий на невинную шутку... Вы перешли все границы, господа!    - Невинная шутка? - показав взглядом Гермионе, чтобы та не вмешивалась, вклинился в обвиняющий монолог я. - Это сейчас так называется?    - Вас сейчас не спрашивают, мистер Эванс, и потрудитесь не раскрывать рта, пока я говорю, если не хотите схлопотать "силенцио", - гневно сверкая очами, мгновенно среагировал Дамболдор. Ути, какой грозный, сейчас пугать начнёт... и точно:    - В данный момент решается ваша судьба, мистер Эванс и мисс Грейнджер, останетесь ли вы в этих стенах или покинете их с волчьим билетом в руках!    Как страшно, ой, боюсь-боюсь. И Герми, ой, боится-боится! Почти дрожим с ней на пару. Мерлин, Мордред и Моргана! Хоть бы покинуть! Ну, не подведите меня, молю!    Заткнув меня, Дамболдор разразился получасовой речью, в которой описывал глубины нашего падения и морального разложения. К концу спича я уже начал забывать о причинах привода второкурсников в начальственные пенаты. Да и не я один, Гермиона не падала только из-за того, что припала к моему плечу, МакГонагалл едва удерживалась, чтобы не клюнуть носом, прочие тоже выглядели не лучше. Добившись требуемого эффекта и поизливавшись ещё с минуту, директор возложил давно приготовленную вишенку на кремовый торт:    - Я не могу оставить вас безнаказанными. Отчисление студиозусов и, мягко говоря, вынос мусора из избы, не отвечают интересам Хогвартса...    Что?! Отчисление отменяется?! Вот же самка собаки... Что б ты провалился!    - ...поэтому компенсация в сто галеонов в пользу пострадавших, штраф и отработка у мистера Филча будет наилучшим выходом для всех нас. Тем более высказанные мною меры не противоречат Уставу. Я думаю, все присутствующие со мной согласятся.    Так-так, что там было между интересами Хогвартса и компенсацией? Я как-то упустил этот момент за душевными терзаниями. Э-э-э, стоп, это что, меня пытаются развести на бабки? Вот это поворот сюжета! Детективы Агаты Кристи отдыхают. Дамболдор красиво приплёл Устав, на первый взгляд не подкопаешься. Вопрос: а губозакаточную машинку ему не надо, мы ведь тоже не лыком шиты и Устав читали... Мой выход.    - Возможно, господин директор, для вас это наилучший выход, но мисс Грейнджер и меня публичность не пугает. Согласно Устава вы в праве наложить на нас штраф и потребовать возмещения ущерба, но только после тщательного расследования инцидента и определения виновных. Если по результатам расследования нас определят виновными в нападении на самих себя и публичном оскорблении, за которое пятьдесят лет назад могли вырезать весь Род под корень, а сейчас приравнивают к невинной шутке, то мы, безусловно, возместим ущерб. О расследовании почему-то вы не сказали ни слова. Как это понимать? Покрываете виновников? Кстати, хочу поинтересоваться, откуда господам Уизли и Поттеру известно заклинание "левикорпус"? Насколько я помню из дневника мамы, оно является авторской разработкой присутствующего здесь профессора Снейпа (кивок в сторону сальноволосого зельевара) и было выкрадено небезызвестными в узких кругах "мародёрами" (пронзительный взгляд на притаившуюся в углу троицу Поттер-Блек-Люпин), а в последствии применено против создателя. Вряд ли профессор Снейп по душевной доброте согласился поделиться личным изобретением с безмозглыми мальчишками, тем более с вражеского факультета. Я сейчас об Уизли и Поттере, так что список лиц, познакомивших молодых людей с опасным заклинанием, сужается до трёх человек. Из дневника Лили Поттер, в девичестве Эванс, они его тоже вычитать не могли, так как дневник, как память о маме, я забрал с собой к Дурслям. Какой вывод? Из выше сказанного следует, что тот, кто научил Уизли данному заклинанию и науськал их на шалость, чужими руками пытался навредить мне, но он не учёл одного- данным заклинанием можно не только перевернуть человека вверх тормашками, им можно поднять жертву на высоту до пятнадцать-двадцати метров. Что случиться при отмене заклинания вам, пожалуй, рассказывать не надо... Впрочем, это и было проделано с благословения мистера Поттера, не так ли, мистер Поттер? - сканируя ментал, я легко обнаружил виновника.    - У тебя нет доказательств, - презрительно ответил Поттер.    - Идиот, - тихо шепнул в своём углу Грюм. Старый ветеран догадался, к чему я клоню и в какую ловушку загнал бывшего родителя. МакГонагалл и Кар тоже смекнули, к чему ведёт пикировка.    - То есть, мистер..., извиняюсь, профессор Поттер, вы прекрасно отдавали себе отчёт в своих действиях. Вы намеренно поделились опасным знанием с учениками школы, чтобы они нанесли непоправимый вред здоровью и репутации другого ученика? - папашка задёргался. В душе он давно признался самому себе, что так оно и есть, а для магических клятв этого порой бывает достаточно. - Спешу сообщить вам, мистер Поттер, что вы тем самым нарушили клятву, данную первого сентября перед всей школой.    - Ты ничего не докажешь!    - А мне и не надо.    - Джеймс! - запоздало крикнул Сириус Блек    Бамс! Яркая вспышка ослепила набившийся в кабинет народ. Когда все проморгались, Поттера в помещении не оказалось, а из одного из шкафов, в которых хранились свитки с контрактами преподавателей, потянуло дымком. Магия замка разорвала контракт с клятвопреступником. В замке нельзя аппарировать, если вы не домовик или вас не переносит магия замка. Только что мы стали свидетелями редчайшего случая, когда замок сам перекинул виновника за границы школьных владений.    - Как мне кажется, вопрос с повестки дня снимается, - лучась неприкрытым довольством, сказала МакГонагалл. Старая кошка радовалась очередной победе и возможности безнаказанно натянуть нос директору. - Виновник инцидента покинул наше общество... не по своей воле, конечно, но из всплывших фактов мы можем сделать заключение, что Гарольд Эванс и мисс Грейнджер имели все основания для жёстких действий и были в своём праве, давая отпор напавшим на мистера Эванса студиозусам. Да, излишне жестоко, но, Альбус, я не думаю, что ты действовал бы иначе, лиши тебя кто-нибудь одежды на заседании Визенгамота или подвесь головой вниз в атриуме министерства. Я согласна с лишением Гарольда и мисс Грейнджер пятидесяти баллов и неделей отработок у мистера Филча. С мистерами Уизли и мистером Поттером я разберусь властью декана после их выписки из больничного крыла.    Покрасневшая до состояния спелого буряка, Молли Уизли расплылась бесформенной амёбой в кресле. Глупо лупая налитыми кровью глазами и беспомощно разевая и закрывая рот, она не могла выдавить из себя ни звука: и деньги уплыли, и детки виноватыми оказались. Куда не кинь, всюду клин.    А что рыжие? Рыжие попали!          - Мистер Филч!    - Мистер Эванс!    И всё-таки Его Бородейшество продавил наказание отработками у завхоза. Так как рыжики-пыжики и компания ещё "нежились" на жестких перинах больничного крыла и опасливо косились в сторону учеников Помфри, которые любовно оглаживали крутые бока клизм, в подземелья направили вашего покорного слугу. Гермиону, взяв огонь на себя, я от этой почётной обязанности сумел отмазать.    - Допрыгался, охальник! - злобно скалясь и потрясая кулаками, скрипел завхоз. - Жаль, жаль розги и сухой горох отменили. Я бы тебе задал, гаденыш! Вы бы у меня все научились дисциплину уважать! Топай!    Подтолкнув меня в спину, Филч пристроился на два шага позади. Старик на публику играл выше всяких похвал. Лицедей! Провожаемый сочувственными взглядами сокурсников и прочих студиозусов, опустив глаза долу, я смиренно потрусил в сторону хозяйственных помещений. Конвоир, старчески шаркающий замызганными башмаками, не отставал. Через несколько лестничных пролётов и сумрачных переходов, едва-едва освещённых редкими магическими факелами, установленных в руках-держателях, мы добрались до вотчины завхоза. После пересечения незримой границы шаг Филча изменился на твёрдую походку уверенного в себе человека, исчезло мерзкое хихиканье и закончились обещанья сгноить негодника на непосильных работах.    - Мистер Эванс, можете прекращать изображать собой униженного и оскорблённого, смирение вам не к лицу, - усмехнулся мой вассал, в рукав которого серой рыбкой нырнула волшебная палочка. Филигранно работает. - Щиты установлены, следилок и портретов нет, я проверил. Чаю?    - Не откажусь, мистер Филч. Миссис Норрис, кис-кис, иди ко мне. Пушистая спутница старика не стала выделываться, а запрыгнув мне на руки, сразу затрещала не хуже иного трактора "Беларусь".    Часа полтора мы гоняли чаёк, когда уровень жидкости подобрался к ушам, а пирожки и прочая выпечка подпёрли кадык, я обеспокоился:    - Мистер Филч, а кто же работать будет? Надо хотя бы видимость создать.    На что завхоз хмыкнул и взмахнул рукой. Воздух над столом пошёл рябью, сформировавшись в подобие телевизионного экрана, показывавшего Зал наград и меня, натирающего грязной тряпкой кубки под неусыпным контролем завхоза.    - Тактильная иллюзия, - снизошёл до объяснений Филч. - Ни одна тварь портретная не подкопается, а школьники в зал по доброй воле сами не суются. К тому же я сигналки поставил, если что успеем поменяться.    - Охренеть, - проглотив кипяток, выдавил я. Хочу-хочу! - Научите, мистер Филч?    - Отчего бы не научить, - подул на чаёк завхоз, - отработки займут неделю, как раз успеешь освоить, если лениться не будешь.    - Было бы замечательно.    - Не будете стараться, уважаемый сюзерен, я вас определю в напарники к рыжим, у меня для них припасен изумительный драконий навоз для теплиц и настаивается похлёбка из тухлятины для фестралов. Их через два дня выпишут, как раз котлы дозреют. Душок там, я вам скажу. Я не могу допустить, чтобы мой сюзерен проявлял лень и безалаберность в учёбе, не хочется стыдиться на старости лет.    - Отличный стимул, - согласился я. - Когда приступим?    - Не сегодня. Сейчас наши допели спустятся вниз, я их развею, а вы поможете мне отнести вон тот старый шкаф в кабинет ЗОТИ, - Филч ткнул пальцем с заскорузлым ногтем в сторону старинного рассохшегося шкафа, с которого давным-давно облетела лакировка.    - Отнести?    - А "левиосо" на что? - вздёрнул бровь завхоз. - Заодно потренируетесь, милорд, не мне же, несчастному сквибу, горбиться.    - Эксплуататор, - бурчу в ответ, Филч, заново входя в роль, противно хихикает. - А что в шкафу хоть?    - Боггарт, мистер Люпин предложил потренировать третьекурсников.    Оп-па, как каноном-то икнулось. Я по-другому взглянул на рассохшийся раритет. Несмотря на кажущуюся безобидность, боггарты те ещё твари. Их ментальные щупы "на раз" пробивают средние окклюментивные щиты. Если азкабанские сторожа - дементоры, питаются светлыми воспоминаниями и радостными эмоциями, то бесплотные боггарты жрут эманации страха, они же их и генерируют. Есть у тварюшек ещё один эффект, описанный мамой Ро в каноне - на короткое время, практически один-в-один, боггарты могут имитировать воздействие на людей магических тварей. Тех же дементоров, к примеру. Вспоминаем моего двойника из оригинала: леденящий холод, крики матери и прочая щебутень...    -Только третий курс? - уточнил я у хозяина складов и кладовок.    - Почему? У меня целая кладовка старыми шкафами и комодами забита. Домовики натаскали. На всех хватит, - подтвердил мои подозрения Филч.    - Очень интересно, - пытаясь уловить забрезжившую в голове мысль, я слишком близко подошёл к шкафу.    - Осторожно, шкаф не запечатан!    Поздно, под пронзительный скрип дверцы под мои ноги вываливается окровавленное тело...    - Твари, какие же они твари, - глотая успокоительное и выстукивая дробь зубами, через пять минут повторял я, как заведённый.    Находясь в гостях у вассала, я естественно расслабился и убрал часть оклюментивных щитов. Дурень... Пентюх недоделанный... Не все, основной контур давно уже удерживался на полном автомате и совершенно без участия сознания. Как говорилось выше, боггарты опасны своими ментальными щупами... Поддерживайся мной двойной барьер, ничего бы не произошло, но случилось то, что случилось. Вскрыв черепушку, тварь из шкафа, без зазрения совести, продемонстрировала мне мой самый большой страх и я "поплыл". Благо Филч среагировал мгновенно и сумел загнать боггарта обратно. Иначе, боюсь, половину подземелий разнесло бы от магического выброса, который я едва удержал в себе, видя перед собой мёртвую Гермиону...    Минут пять Аргус крутился вокруг меня, всячески успокаивая и отпаивая зельями, потом столько же времени поливал отборной бранью, вколачивая в дурную головёнку основы безопасного поведения с боггартами. ть, что здесь, что в каноне, ублюдочный оборотень предлагал смехом бороться с этой мерзостью. Смехом! Он идиот? Как мне кажется - нет. Люпин действовал по наущению директора, однозначно. Верный исполнитель, дрянь и трусливая тряпка, мямля - заячья душонка в волчьей шкуре. Бородейшинству выгодно раскачать психику детей и подростков, обрабатывая потом разум на контрастах добра и зла. Ага, "риддикулюс", мать Мерлина его так. Попробуйте представить смешным труп любимого человека... Это только тупоголовый Уизли ничего страшнее паука не видел, а многие успели хапнуть в жизни страхов, особенно пяти и шестикурсники, заставшие первую войну с Волдемортом и своими глазами видевшие аврорский произвол после развоплощения главного пугала Британии, запнувшегося об мой лоб. Смертожранцы и авроры творили такое, что волосы встают дыбом только от одного упоминания их зверств и теперь администрация хочет "риддикулюсом" победить страх. Очень оригинально и симптоматично, не будем упоминать об этичном аспекте учебного процесса. Тут без слов ясно, на чью мельницу льётся вода.    Успокоившись, я вновь подошёл к шкафу:    - Сколько боггартов поймали домовики?    - Штук десять э-э-э, одиннадцать, если считать этого.    - Очень хорошо, - потёр руки я. - Люпин и директор зарвались. Турнуть обоих из школы не получится, но избавиться от оборотня мы можем вполне.    Широко распахнутыми глазами Филч смотрел на растрёпанного парнишку, который любовно оглаживал старинное дерево шкафа.    - Директор и Люпин хотят боггартов, они их получат... Мистер Филч, - придав голосу металлических ноток, я посмотрел на завхоза.    - Слушаю!    - Благодаря вашим актёрским и магическим талантам, а также вашими руками мы можем подстрелить двух зайцев. Кто у нас главные затейники в школе? Уизли, вестимо. Почему бы им не подкинуть мысль подшутить над кем-нибудь с помощью боггарта? Сотворите одну или две тактильные иллюзии школьников, обсуждающих перспективную идею. Уроки уже идут? Значит, боггартов начали проходить и ни для кого они не будут тайной... Только аккуратно с иллюзиями, рыжие не должны заподозрить подвоха. "Милые мальчики", - передразнил я директора, - привыкли развлекаться с размахом. Слейте им информацию о бесхозных боггартах в кладовке, а когда шутники будут готовы, ведь они не удовлетворятся одной тварью, им штук пять подавай, навести на них Люпина. Мол, Мерлин всеблагой, пропажа, обокрали! Посмотрим, как волчонок справится со своим страхом.    - Милорд, вы знаете главный страх мистера Люпина? - серьёзным тоном спросил Филч.    - Луна, мистер Филч. Наш оборотень боится полной луны. Тряпка, за столько лет не суметь договориться или поставить на колени внутреннего зверя... Вот и узнаем, кто у него сидит внутри: волк или заяц.    Мы ещё четверть часа потратили на обсуждение деталей, которое свернулось после того как на территории хоздвора показались допели. Материальные призраки вошли в кабинет завхода и были развеян, а оригинал одного из них воспользовался и "поволок" "левиосой" старинный раритет в кабинет ЗОТИ.    Подготовленную пьесу Филч разыграл как по нотам. Несколько дней спустя отпущенные Помфри близнецы удачно подслушали разговор двух малолеток, правда, непонятно с какого они были факультета, ибо скрывали лица капюшонами, а нашивки прикрыли черными нашлёпками. Мелочь предлагала грандиозный розыгрыш и отдать его в чужие руки Уизли просто не могли, иначе они опустились бы собственных глазах. К делу привлекли Ли Джордана и Мэтью Фокса, ещё одного четверокурсника. Фоксы, как и Диггори с Лавгудами, проживали недалеко от "Норы" и были такими же маргиналами без роду и племени, только без предательской метки на аурах, поэтому рыжики с пелёнок свели знакомство с чернявым соседом. В каноне он нигде не упоминался, мама Ро, много о ком не упоминала, но в реале, Фокс с первого курса хвостиком увивался за шебутными грифами. Или вы думаете, что Уизли в одиночку проворачивали все свои делишки? Не угадали, они были главными заводилами и вдохновителями. Вот и теперь они загорелись идеей, не подозревая, что всеми лапами, усами и хвостами вляпались в тщательно расставленную ловушку. Благодаря расставленным маячкам и следилкам Филч в режиме реального времени мониторил передвижения бравой четвёрки мелких воров и смутьянов.    Я как в воду глядел, кладовка рассталась с пятью сундуками. По задумке рыжих, страх должен быть концентрированным, чтобы угодившие в западню обмочили и испачкали штаны "пахучими отложениями".    Когда у шутников всё было на мази, Филч "выявил" пропажу и побежал на помощь в учительскую. Так сложились обстоятельства, что до искомого кабинета дойти ему было не суждено. Люпин, Кар и группа из нескольких третьекурсников, заваливших прошлый урок с боггартом, попаись ему на половине пути. Описав проблему, Филч долго негодовал на паршивцев, прописавшихся в кладовке с жутким материалом. Люпин недолго думая решил совместить поиск украденных сундуков с уроком по укрощению тварей, живущих в них. Сказано, сделано. Профессора и студиозусы направились за быстро семенящим завхозом, к которому прибежала Миссис Норрис и передала образ места, где гриффиндорские баламуты устроили "развлекательный зал".    Вырвавшийся вперёд Люпин влетел в ловушку близнецов, как жирная муха в липкую паутину. Одновременно открывшиеся крышки сундуков выпустили на волю пять больших серебристых шаров. Оборотень взвыл и рухнул на колени, черты его поплыли, началась непроизвольная трансформация. В неприметном холле ощутимо запахло озоном. Начавший обрастать шерстью оборотень внезапно выдал скорбный вой на высокой ноте и с треском испарился, рухнув в грязную лужу где-то на окраинах Хогсмида. Хогвартс вышвырнул опасное существо, угрожавшее ученикам. В письменном столе директора сгорел ещё один свиток с разорванным контрактом. Кар, шедший позади ассистента ЗОТИ, быстро загнал боггартов обратно и снял магические слепки, по которым вычислил "шутников". Скандал был знатный, у Дамболдора и в этот раз не хватило духу отчислить "сироток" из школы, но три месяца безвылазных хозработ он им обеспечил...          Четырнадцатое февраля. День Святого Валентина, душа просит праздника и любви. В детях всегда живёт надежда на чудо. Я не исключение.    - Эй, курортнички! - из коридора послышался противный визгливый голос надзирателя. Простуда, настигшая желтозубую красноносую тварь в засаленной аврорской форменной мантии, делала голос Херста Брауна ещё гаже. - Вас тут ещё не всех дементоры выморозили? Какая жалость. Отрываем свои задницы от кресел и диванов! Кто хочет жрать, ублюдки? Пошевеливайся, - длинная дубинка хлестнула поперек спины впряжённого в тележку узника. - Сегодня у вас праздничный обед с тремя переменами блюд с шампанским, блэк-джеком и девочками!    Жестоко ошибаются те, кто думает, что еда в самой страшной тюрьме Британии подаётся с помощью магии. Ничуть не бывало. Жрачку в тюряге разносят такие же узники, отличающиеся от прочих режимом содержания. Южный форт, средние уровни и никаких дементоров на завтрак и на ночную сказку после ужина. Да и сроки у них до года. Хотя, судя по тому, как Херст "оглаживает" бока и спину худосочного парня с угловатым костистым лицом, надзирателям глубоко фиолетово, какие у кого сроки. Здесь год идёт за три, а некоторым двенадцать месяцев встают небом в овчинку с бесконечным издевательством охраны. Надзиратели, а не дементоры - вот настоящий бич тюрьмы. Узников они ненавидят одинаково, впрочем, вторые платят первым той же монетой, а если учесть проценты, накручивающиеся чуть не на единственное искреннее чувство, то охранникам крайне не рекомендуется встречаться с бывшими узниками после их освобождения из-за застенков. Ибо встреча имеет все шансы завершиться вторым сроком бывшему арестанту и свиданием с апостолом Петром для аврора-надзирателя. Я не открою большого секрета, если скажу, что в тюрьме работают сплошные отморозки: маньяки, садисты и прочая пена рода человеческого, волею Мордреда обретшая власть над бесправными людьми. Да-да, Азкабан это своеобразное место "ссылки" провинившихся и прославившихся жестокостью служителей закона. Сражаясь с драконом невозможно остаться человеком. Некоторые не выдерживают и ломаются, превращаясь в настоящих чудовищ, которым одна дорога - в Азкабан.    Неправильно говорить, что здесь все такие. Нет, есть нормальные служаки. Есть попавшие в немилость власть имущим и законопаченные в отстойник подальше от начальственных глаз. Всякие есть, но Северный форт, числящийся за "строгачами" и "особым режимом" не может похвастать человеческим отношением к заключённым, тем паче восемьдесят процентов сидельцев "курорта" отличаются от прочих постояльцев забавной татушкой с черепом и змейкой. Остальные имеют за душой не одну загубленную невинную душу. Маньяки, серийные убийцы, торговцы живым товаром и органами, сиречь ингредиентами - милые люди, просто душки. Мои соседи из первых, они сплошь цвет аристократии и сливки высшего общества. Вот их и слили. Невиновных нет. За редким исключением...    - Стоять! - дубинка смачно приложилась о плечо раздатчика. Парень сдавленно застонал через плотно сомкнутые зубы. - Дай сюда!    Херст протянул руку к миске, в которую, влажно чвякнув, шлёпнулась серо-коричневая бурда.    - Добавим десерт. Держи, щенок! - от души плюнув в миску, надзиратель пропихнул её в мою камеру через специальное отверстие в решётке. - Наслаждайся! Ха-ха-ха!    Урод!    Заливаясь счастливым смехом, довольный собой Херст грубо пихнул раздатчика, покатившего телегу к следующей клетке-камере. От накативших злости и ненависти по камере пополз вымораживающий холод. Бурда в миске, цветом, формой и консистенцией напоминавшая "продукт вторичной переработки", то есть то самое, о чём вы подумали, обледенела в мановение ока. Общеизвестно, стены Азкабана, изукрашенные многослойной вязью рун и специальных чар, высасывают магию, не оставляя заключённым шансов на обычное волшебство, но источник, к которому я приник, слабо относится к классической магии. Гавёха в миске вытянулась в длинную ледяную иглу. Когда телега и надзиратель готовы были скрыться за поворотом на лестничную площадку, с которой начинался спуск на нижние уровни, я подхватил иглу Силой и, целясь в точку пониже спины, метнул её в Брауна.    - А-а-а! - утробный крик боли был музыкой для ушей всех невольных обитателей нашего этажа.    Не промазал, Сила мне в помощь. Надзирателя, схватившегося руками за пострадавшее место, кинуло вперед. Запнувшись о колесо тележки, Браун не удержал равновесие. Раскрыв рты и выпучив глаза, дежурные авроры межэтажного поста, смотрели, как оступившийся коллега катится по лестнице, башкой, спиной и боками пересчитывая скользкие ступеньки. Бывший коллега, замечу. Толчок Силой в спину не оставил любителю десертов шансов. А катился он, бряцая ключами, больше по инерции. Мертвые, если что, не разговаривают не будучи зомби или личами. Омилевший нашим сердцам аврор неудачно для себя и удачно для прочих свернул себе шею. Ага, какая досада и невосполнимая для всего Британского Аврората утрата. Их ряды покинул верный сын, надёжный товарищ... и прочая, и прочая. Туда ему и дорога, не забыть напомнить себе, найти могилку ублюдка и помочиться на неё. Ледяная игла обломалась и, скрывая следы преступления, свистнула между лестничными пролётами, разлетевшись на мельчайшие осколки далеко внизу. Со стороны выходило, что Херст Браун сам пал жертвой личной невнимательности и неосторожности. Раздатчик, прикованный к тележке длинной цепью, ничего сообразить не успел, как и авроры на посту у лестничной площадки, настолько быстро всё произошло. Арестанты же напротив моей камеры не отрывали глаз от мисок или не обращали внимания на мелкого щегла в камере-одиночке.    Выпив жидкий чаёк, в котором был размочен каменной крепости сухарь, я улёгся на шконку. До прихода дементоров ещё два часа. Можно подремать.    - Эй, малой, в шахматы будешь?    Покосившись на импровизированную шахматную доску, расчерченную на полу и сваленные кучкой камешки, заменявшие фигуры, я приподнялся на локтях.    - Благодарю покорно, Георг, но позволь отказаться. Спать хочу. Покемарю пока ходячие холодильники не пришли.    Георг МакГрегор среди узников заслуженно считался старожилом. Шотландец завалил шестерых авроров в семьдесят девятом году, за что и схлопотал строгача с двадцатью годами соседства с дементорами. Почему не французский поцелуй с морозильной нечистью? Суд учёл состояние аффекта подсудимого. Хотя лично я думаю, судьи не ожидали, что убийца протянет в тюрьме больше года, но они ошиблись. За что же пострадали слуги закона? В чём их вина, спросите вы. В доверии. Молодые авроры и стажёры академии аврората слишком доверяли безгрешному командованию и верили в непререкаемые авторитеты, к тому же их приставили проходить практику в спецподразделении легенды магической Англии... Под крылышком Грюма сопливым новичкам сам Волдеморт был не страшен, не говоря уже о каких-то там оборотнях и убитых горем мужьях. Надо было такому случиться, что аврорат устроил рейд по отлову оборотней, вожаки которых не придумали ничего лучше, чем публично объявить о присоединении к Неназываемому. Я понимаю Фенрир, этому отморозку с колыбели закон не писан, но остальные могли своими тыковками подумать, прежде чем языки распускать? Барти Крауч-старший среагировал моментально, миндальничать он не привык, "волки" и так были в опале, а тут на них официально открыли сезон охоты, и понеслась душа по кочкам...    Как оказывается, Люпин был не единственным оборотнем с образованием и волшебной палочкой в кобуре. Мартина МакГрегор, супруга моего соседа, закончила Салем в семьдесят седьмом году и на свою голову приехала в Англию. Спрашивается, чего ей не жилось в Штатах? Гражданство американское и паспорт на руках, диплом в кармане, какая-никакая перспектива, к оборотням американцы относятся намного либеральней и лояльней англичан. С работой проблем нет: егеря, подразделения силовой поддержки аврората, смотрители различных магических заповедников, на худой конец можно завербоваться в отряды наёмников. Нет, бабу потащило в Европу, маслом ей намазали чтоли? Да и Георг "молодец", видел к чему в стране дело идёт, мог бы уговорить невесту возвратиться на родину, да и сам валил бы куда подальше, ноне судьба. Мартину повязали в Лютном, куда она наведалась в одну из аптек. Маги охотно принимали травы с целебные сборы, собранные в заповедных лесах. Поднятые вверх руки и переданная аврорам палочка не слишком помогли избежать девушке смертельного проклятья. В тот момент в Лютный, для поддержки избиваемых союзников, аппарировала рейд-группа пожирателей и командир авроров, опасаясь удара в спину, избавился от оборотня. Аваде всё едино, кого убивать. Зелёный луч, сорвавшийся с кончика палочки, лишил жизни двоих. Мартина пятый месяц носила под сердцем ребёнка. Узнав о смерти жены, Георг поклялся убить виновных. Через несколько дней он в наглую заявился в аврорат и прикончил всю оперативную группу за исключением Грюма, находивщегося на разносе у главы ДМП. Ветеран в служебном рвении угрохал гражданку чужого государства, теперь министерство занималось двумя мучительными задачами: поиск "стрелочника" и сочинение приемлемой отписки в американское консульство. Глядишь, Грюму бы дали пинка под зад, но тут на свою голову вмешался Георг. Получив на артефакторный браслет тревожный сигнал, Грюм сорвался с места, он же, в конечном итоге, оглушил и связал не в меру ретивого мстителя. Потом был суд, на котором всплыли обстоятельства женитьбы гражданина Британии на гражданке Магической Федерации Соединённых Штатов Америки и обстоятельства рейда, а также пикантные подробности смерти пострадавшей во всей красе. И американцам было плевать на "пушистую проблему" погибшей. Заокеанским дипломатам доставляло несказанное удовольствие публично пинать англичан за все их прегрешения. На заседании Визенгамота адвокат мистера МакГрегора сумел выбить подзащитному двадцатку вместо грозившей тому "вышки".    Не думайте, что шотландец эдакий герой и борец за справедливость. Он хладнокровно пустил на люля-кебаб трёх пацанов, чья вина заключалась лишь в участии в рейде. Истинный виновник удачно избежал наказания и до сих пор продолжал коптить небо, постукивая по земле ногой-протезом.    Вот такой у меня сосед, милейшей души человек. Счастливых воспоминаний ноль - все дементоры за годы отсидки выпили, зато днями и ночами он на весь этаж мечтает, как будет сворачивать цыплячью шейку одноногому, одноглазому, однорукому засранцу. Медленно, чтобы каждый позвонок хрустнул. По моему, только это удерживает основательно прохудившуюся крышу шотландца от окончательного побега в неизведанные дали.    - Понятно, Малой. Спи. А ты, Пит? - МакГрегор вперил умоляющий взгляд в соседа в камере напротив.    - Расставляй фигуры, - прокряхтели оттуда. - На что забъёмся?    Что я могу сказать о Питере Лебовски? Конченная мразь. Этот меченый Волдей сидит за дело. Родственничек использовал Питера, скажем так, для деликатных поручений. От поцелуя Лебовски спасли деньги. Три с половиной миллиона галеонов поменяли кошельки и сейфы. Деликатному убийце деликатно впаяли пятнадцать лет в деликатной тюрьме. Впрочем, Лебовски не жалуется, а фанатично ждёт возрождения хозяина и освобождения из опостылевших застенок.    - Как же так получилось? Ужас какой. Каким ветром тринадцатилетнего пацана занесло в Азкабан? - спросите вы.    Я отвечу. Мы потеряли бдительность. Империя в лице Дамболдора нанесла ответный удар. Директор не спустил нам с рук Поттера и Люпина, он долго и тщательно готовил ответ. Всё началось на Хэллоуин...       Ретроспектива.    ...Англия, 2 часа до Хэллоуина. Тюрьма Whatton в Ноттингемшире.       Что такое Whatton? О, суетящийся вокруг комплекса старик в серой невзрачной хламиде на голое тело мог бы сказать, что это жертвенник. И он оказался бы правым. Невидимые обычному смертному линии геометрического рисунка, растекающегося по облакам, медленно опускались вниз, постепенно угасая и впитываясь в постройки. Несколько заключённых в круги и внутрь друг друга гексаграмм с шипением вгрызались в землю, расползаясь вокруг тюремного комплекса, служившего самым большим в Европе терминалом для сексуальных преступников всех мастей. Около восьмисот человек заключены в его застенках - насильники, маньяки, убийцы. Человеческая пена, недостойная жить.    Аппарировав на вершину одного из лучей рисунка, старик водрузил на ней пирамидку с громадным рубином на макушке. Ещё один прыжок, ещё..., разместив пятый камень, волшебник смахнул пот со лба. Скоро, совсем скоро убийцы послужат для Всеобщего Блага. Их черные души, отравленные насилием над детьми, будут очищены... Да, они пока не подозревают о возложенной на них великой миссии, но тем лучше... Невинные жертвы... Ага, в белой бороде старика прорезалась сардоническая улыбка. Какая ирония.    - Темпус!    В воздухе повисли светящиеся цифры. Поправив висящий на груди хроноворот, Дамболдор, а это был именно он, принялся выписывать замысловатые вензеля волшебной палочкой и что-то тихонько нашёптывать на древнешумерском языке. Почуяв неладное, некоторые из заключённых и персонала тюрьмы настороженно заозирались. Будучи сквибами или слабыми магами, лишёнными палочек, они чувствовали магию, внезапно ставшую враждебной, черной. Откуда-то из воздуха, а возможно из самой преисподней потянуло тленом и животной, утробной жутью. Смертью...    - Если хочешь что-то сделать без замечаний, делай это сам, - завершив заклинание, устало пробормотал Дамболдор.    Ритуал ещё не начался, а сил у него практически не осталось.    - Эх, Геллерт, Геллерт, - подставив лицо каплям дождя, печально вымолвил маг.    То, что творил сейчас директор Хогвартса ни с коего боку нельзя было отнести к светлой магии. Французский писака летом выдал очерняющий старика пасквиль. В чём-то он оказался прав, юный Альбус действительно сдал на превосходно ЖАБА по некоторым дисциплинам, о которых позабыли к концу двадцатого века. О чём писака не упомянул, так это о том, что Альбус десятилетиями оттачивал мастерство сам и, что немаловажно, с помощью своего друга Геллерта. Как жаль, что их дороги разошлись, но кое-что из наследия немецкого блондина сохранилось. Вот и пригодились разработки Аненербе. Пусть прошли десятилетия, в прах рассыпались кости немецких волшебников, но драгоценные крупицы знаний сохранились. Германские маги ради этих знаний уморили миллионы магглов в лагерях. Невелика потеря, зато какой результат! Жаль ритуалом часто не воспользуешься. И возраст не тот, и силы не те. Раз в три года, не чаще. И ведь никому багаж, хранящийся в голове, доверить нельзя. Такое чужим не доверяют, иначе впоследствии Азкабан курортом покажется, а дементоры милыми пушистыми созданиями. Это чужих душ не жалко, а свою Дамболдор хранил и берёг пуще зеницы ока. Стоит обществу прознать о сегодняшнем занятии директора Хогвартса, сам директор на себя ломаного сикля не поставил бы - толпа порвала бы его голыми руками. Добренькие все стали. Боятся в крови запачкаться, лишний раз спину не перегнут.    Эх, были же когда-то денёчки. Дамболдор наколдовал себе шикарное кресло. Старчески покряхтев, он поместил сухопарый зад в объятия мебели и с наслаждением вытянул гудящие ноги. Время есть, до полуночи ещё двадцать минут, самое время отдохнуть от трудов праведных, ведь впереди ещё их столько, что до конца времён не переделать. Сам, всё сам. На учителя никаких надежд. У Фламеля внезапно образовались проблемы на континенте. Неизвестные силы открыли охоту на его людей и те мрут, бедные, как мухи. Опасность нависла над САМИМ! Откровенно говоря, Мастер заигрался. Это даже хорошо, что Николасу сейчас не до ученика, который давно тяготится связью с алхимиком и даже предпринял некоторые действия, чтобы ослабить связывающие их узы и договорные обязательства: Дамболдор постоянно забрасывал наставника просьбами о помощи, всеми силами демонстрируя слабость и шаткость личной позиции в Англии. Благо последние демарши аристократии и политического лагеря Вальпурги Блек удачно играли ему на руку. Фламель ожидаемо купился, махнув на хогвартского сидельца рукой и исключив его из большинства раскладов, тем самым развязав последнему руки. Да, стало сложнее, но появившиеся "плюсы" перевешивали все "минусы". Воздух свободы пьянил. Если бы не Минерва с проклятой клятвой, было бы совсем хорошо. Но ничего, сегодня ему представилась возможность нивелировать все начинания Минни и нанести ответный удар. Собранной в результате готовящегося ритуала энергии должно хватить на разрушение клятвенных уз с Хогвартсом. Он откупится жертвами, а уж опосля...    - Темпус!    До полночи оставалось три минуты. Время. Старик прислушался к далёкому гулу авиационных двигателей. Магглы такие затейники! Летают в небесах, осваивают глубины океана, а их оружие это что-то с чем-то. Никакая магия не спасёт от атомной бомбы. Простецы по многим аспектам давно превзошли магов. Сколько бы не морщили носы упёртые снобствующие аристократишкиы, факт остаётся фактом и уже не изменится. Сила магглов в техническом прогрессе, в нём же их слабость, главное знать куда надавить. Альбус знал, всё же он неплохо ориентировался в обычном мире. Гул стал сильнее, тремя часами ранее старый маг проник на военную авиабазу НАТО и заимперил экипаж американского самолёта-заправщика. Гул перешёл в натянутый вой. Дамболдор с нескрываемым сожалением покинул насиженное кресло. Незаметное движение палочкой и последнее испарилось. Разорвав облачный покров, из туч вывалился пикирующий вниз McDonnell Douglas KC-10 Extender. Заимперенные пилоты топливозаправщика, крича по рации об отказах двигателей, правили машину в центр тюрьмы и, соответственно, в геометрический центр невидимого рисунка.    - Полночь!    Яркий взрыв озарил окрестности. Ревущее пламя поглотило строения, алчным взглядом косясь на наливающийся светом рубин, взмахнув палочкой, маг добавил огня. Стоя в трёхстах ярдах от тюрьмы, он не слышал криков сотен заживо сгораемых людей, которые отдавали души в угоду амбициям старика.    Директор не опасался, что его темная волшба вскроется. Живое пламя схоронит все следы, ни один специалист от аврората или Отдела тайн не доберётся до сути произошедшего, ибо не до чего будет добираться. Не зря огонь, пожирающий тюрьму, называется "очищающим", тем более - где маги, а где упавший самолёт?! Пилотов ещё и наградят посмертно, как же, ценой личных жизней они сумели отвести потерявший управление самолёт от жилых кварталов, а то, что тот бухнулся на тюрьму, так от судьбы не уйдёшь. Нет совершенства в этом мире, порой и самолёты падают. Преступников никто жалеть не будет. Туда им и дорога.    Рубины перестали наливаться светом. Применив манящие чары, маг собрал камни.    - Это меньше, чем я рассчитывал, - пригладив бороду, задумчиво прищурился Дамболдор.    Что ж, придётся работать с тем, что есть. На второй ритуал его не хватит, тут как бы самому Мерлину душу не отдать. Душ в камнях хватит на разрушение клятвенных уз трёх, от силы, четырёх человек. Северус и Аластор. Зельевар и старый аврор нужны ему, поэтому решение принято. Снейп может забыть о данной первого сентября клятве, Аластор тоже. Блек..., нет, псина пусть посидит на поводке, нечего его повожать. Собака по-прежнему предана своему хозяину. Глупец даже не поинтересовался ритуалом "Кровной связи", который провел над ним обожаемый глава ордена Феникса весной. Старуха Блек сглупила, не выгнав блудного сыночка из Рода. Материнская любовь и сентиментальность победили. Как же - родная кровиночка! Вот и нашлось слабое место несгибаемой Стальной Вэл.    Дамболдор дьявольски ухмыльнулся - через "родную кровиночку" её и сведут в могилу. Тихо и незаметно Вальпурга почит в бозе от застарелых болячек и проклятий. Старый друг Дингл... хм, в школе он ни за что не отвечает, так, создает массовку, поэтому тратить на него энергию камней не стоит, лучше приберечь их на себя: компенсировать откаты. Да ещё дневник Тома... Крестраж стоит подпитать. Немного, совсем чуть-чуть. Джинни и так не расстаётся с ним, не стоит доводить дело до тотального подчинения, но массив информации, влитый в дневник летом, разумно разнообразить порцией чистой маны и энергией душ, так мальчик сумеет повлиять на тёмные метки (рабам Тома пользительно поволноваться) и не сорвётся с поводка. Директор похвалил себя за предусмотрительность: сначала он планировал подкинуть дневник сам, но потом крестраж юного Темного Лорда попал в книжный развал, оттуда незаметно перекочевал к девочке. Виной всему обложка, в которую была завернута тетрадь. Сложные экранирующие чары, наложенные на неё, заставляли окружающих видеть всё что угодно, но не опасный черномагический артефакт - учебник, книгу, альманах, справочник. Варианты менялись в зависимости от ситуации и дух, заключенный в бумажной тюрьме, в определённых пределах делился с малышкой знаниями. Делился, не забывая пить с донора силу. Пусть думает, что директор не видит его ухищрений. На самом деле всё под контролем. Пора испытать Джейса вновь столкнув героя с воплощением зла. Том начудил в злополучный Хеллоуин, иначе как объяснить знание Джейсом парселтанга? Явно у Тома что-то пошло не так, шрам под сердцем младенца - это своеобразная связь с несостоявшимся убийцей. Сам мальчик тщательно скрывал умение говорить со змеями, даже заставил себя (не без помощи доброго старикана) забыть о приобретенном таланте. Ну, как скрывал... Альбусу сильно повезло оказаться невольным свидетелем общения трехлетнего героя с безобидным ужиком в саду. Он успел принять меры. Порой обливейт и легилеменция творят чудеса.    Ещё раз полюбовавшись на светящиеся кроваво-красные камни, директор переложил их в специальный футляр, который убрал в сумку. Издали послышался вой сирен.    - Пожарные пожаловали. Дело сделано.    Открутив песочные часики хроноворота на положенное число оборотов, старый маг растаял, как туман поутру. В школе никто не заметил исчезновения директора. Да, тот ходил рано утром в Хогсмид к брату, но не застав того в кабаке, вскоре вернулся обратно. Хогвартс готовился к празднованию Хэллоуина и Альбус был обязан присутствовать на торжествах. После завтрака директор вызвал к себе Снейпа и Аластора Грюма, три часа о чем-то секретничал с ними у себя в кабинете, а потом весь день крутился на глазах преподавателей...       Хогвартс. Вечер того же дня.       Миссис Норрис, подвешенная за хвост, болталась на факелодержателе у туалета Плаксы Миртл.    Неожиданно.    - ...тайная комната открыта! - на весь коридор читал надпись Малфой.    Впереди толпились слизеринцы, обступившие директора, преподавателей, причитающего Филча и бедовую компашку Джейса.    - Мальчик мой, - вещал директор, - ты ничего не хочешь мне рассказать?    - Говорю же вам, мы были на смертинах Почти Безголового Ника! - срываясь на фальцет оправдывался братец.    - А здесь ты никого не видел? - допытывался Дамболдор.    - Никого! Когда мы подошли, надпись и Миссис Норрис уже были тут, только я слышал голос...    Оп-па! Вот это сюрприз! Грёбаный канон! Я поискал взглядом мелкую рыжую писклю, Мерлин её задери, в перехлёст её туда и обратно, раком и наоборот. Ну, не было у ссык... у рыжей дневника. Не было! Друзья по моей просьбе с Уизлетты глаз не спускали. Такой прокол... Кстати, на пиру я её как-то не припомню. Значит что, всё-таки канон? А дневник можно было замаскировать тем или иным способом. Почему я раньше об этом не подумал? И Джейс таки владеет парселтангом. Я думал, что вытравил из него наследие мамы...       Хогсмид. Вечер 2 ноября 1992 года. Бар "Кабанья голова".       Велика или мала магическая Британия? На этот казалось бы простой вопрос нет однозначного ответа. Верхний угол северо-западного магического Европейского кластера достаточно велик с магической точки зрения. Британские острова владеют несколькими мощными природными источниками магии и одним внекатегорийным. За рамки категорий выходит Шотландская аномалия, в миру этот источник зовётся Хогвартсом. Границы Хогвартса по сей день не определены, потому, что Запретный Лес исправно поглощает исследовательские и поисковые партии, направленные в глубь его темных дебрей. Некоторые маститые маги с пеной у рта доказывают, что источник расположен в центре Леса и Школа пользуется лишь его малой толикой. Скрытое пространство или Шотдандская Природная Складка, одним своим существованием нарушают многие законы физики, что без слов говорит о силе магических искажений. Никакие спутники и средства наблюдения не могут увидеть реальный размер территории. Так то да, с этой стороны величие магической Британии никто не отрицает, но, если посмотреть непредвзято со стороны обывателей и общественных формаций, то целая страна скукоживается до окраинных плетней маленькой деревни, в которой все всех знают хотя бы в лицо.    Аберфорта Дамболдора, владельца знаменитого в узких кругах бара "Кабанья голова", знала чуть ли не всё криминальное сообщество островов. Крепкий кряжистый старик ничем не напоминал старшего брата. Да, поставь Дамболдоров рядом, и сразу станет заметно фамильное сходство, свойственное близким родственникам, но поодиночке братьев объединяла только фамилия. Вместо длинно тонкого "клюва" старшего брата, у младшего на лице царствовала мясистая "картошка". Вместо проникновенной маслянистой синевы под очками-полумесяцами посетителей бара пронзали колючие серо-стальные жерла орудий клавного калибра какого-нибудь линкора, прячущиеся под кустистыми бровями. Аберфорт ненавидел длинные бороды, еженедельно остригая серую поросль на лице. Вообще, младший из братьев обладал серо-пепельной гривой волос и такого же цвета бородой, тяжёлым характером и ещё он не любил старшего брата, а точнее - ненавидел лютой ненавистью.    И так нелёгкий нрав владельца криминального притона отягощался вспыльчивостью и патологичной правдорубностью, зачастую просыпавшейся при виде ближайшего родственника, либо в моменты, когда один из братьев ломал другому нос.    С детства Аберфорт привык высказывать своё мнение прямо, не взирая на лица, точнее на одно конкретное лицо. В запале он не выбирал выражений, кроя окружающих площадной и портовой бранью и выясняя отношения с помощью кулаков или дуэлей. Но за грубым и воинственным фасадом скрывался, в сущности, уставший от жизни добряк, открывавший свою душу единственному близкому человеку - Арианне.    Аберфорт ладил с младшей сестрой лучше всех в семье, включая Кендру, которая, в конце концов, делегировала сыну все обязанности няньки. Он всегда мог успокоить любимую сестрёнку и без труда купировал магические выбросы. Рядом с братом у Арианны практически не случались приступы буйства.    По сей день на сердце Аберфорта не заживаемой раной кровоточило чувство вины - не досмотрел, недоглядел. В тот страшный день, когда от руки сестры погибла мать, он был на ярмарке...    Осознав, что натворила, девушка чуть не покончила с собой. Аберфорт вовремя выдернул из петли задыхающееся тело. Младший из братьев, наплевав на шестой и седьмой курсы, хотел бросить учёбу и остаться дома ухаживать за больной сестрой, но Альбус (ни дна ему, ни покрышки) уговорил не рубить с плеча и закончить учёбу, обещая приглядеть за Арианной. Данного слова будущий "Светоч Британии" не сдержал. Мечтающий о власти и величии выпускник Хогвартса больше времени уделял своему дружку, с которым азартно разрабатывал "великие планы" преобразований магического общества во имя "Всеобщего блага". Геллерт занял внимание Альбуса без остатка, Арианна интересовала его по остаточному принципу.    Приехав домой на каникулы и застав картину маслом, Аберфорт высказал безответственному брату всё, что он о нём думает, после чего кованым сапогом прошёлся по пассии Альбуса и их, порочащей достоинство волшебника, связи. Альбус не остался в долгу, выплеснув в лицо младшего брата накипевшее и сгоряча заявив, что лучше для всех было сдать больную дуру в Мунго. Тут в перепалку братьев влез Гриндевальд и схлопотал в нос от младшего забияки. Слово за слово, в руках магов появились волшебные палочки, замелькали вспышки заклинаний. Аберфорт не понял, кто из его противников выпустил Аваду, но звук падающего тела за спиной преследовал его всю оставшуюся жизнь. Будучи отличным дуэлянтом, он легко уклонился от смертельного луча, но вышедшая из комнаты сестра не обладала и десятой частью реакции любимого брата. Авада попала точно в сердце девушки.    Гриндевальд покинул Англию через час, а братья подрались на похоронах. Аберфорт сломал Альбусу нос и свернул набок челюсть. После этого Альбус исчез на долгие годы. Говорят, что он учился у Фламеля. Возможно так оно и было, но Аберфорт доподлинно знал, что братец продолжает крутить шашни с Гриндевальдом.    Дома старший брат появился в тридцать третьем году. Повинно опустив голову и потупив взор, он просил прощения у Аберфорта, который рассчитывал очередной ритуал по кровному отсечению Дамболдоров от Уизли. Как-то так получилось, что братья оказались за одним столиком в каком-то из кабаков. Наутро, продрав глаза, страдающий от тяжёлого похмелья, Аберфорт обнаружил на себе следы магических обетов. Какие-то, будучи глубоко во хмелю, он дал братцу сам, какие-то тот наложил сам. Опутав Аберфорта паутиной клятв, Альбус рано праздновал победу. В Германию к своему "Гели" он возвращался с не до конца залеченными носом, челюстью и рёбрами и глубоким сожалением, что клятвы по данному профилю взять не успел. Аберфорт посылал на голову брата самые черные проклятья, какие мог вспомнить или найти в свободном доступе. Специальным обетом Альбус запретил проводить ритуалы по отмежеванию от Уизли, на корню похоронив мечту о снятии метки Предателей крови. Не погрешу против истины, если скажу, что к ближайшим родственникам Аберфорт не пылал платоническими чувствами. Это от них к Дамболдорам проползла проклятая гниль.    Вскоре рыжеволосый ученик Фламеля, потрясая официальными пергаментами с рекомендациями знаменитого наставника, устроился в Хогвартс. Глядя на братца-прощелыгу, Аберфорт только покачивал головой. Альбус бы и без протекции Фламеля обошёлся, этот скользкий угорь с елейной улыбкой без мыла в любую м-м, в общем, влезет куда угодно. Прошло несколько лет, в маггловском и магическом мирах назревала война. В угоду общественному мнению и мнимому патриотизму Альбус официально порвал с Гриндевальдом и предал того публичной анафеме, на деле оказывая закадычному дружку всестороннюю поддержку. В годы войны двуличная натура будущего светоча проявилась во всей красе, плохо то, что немногие смогли разглядеть настоящую мерзкую рожу под медово-липкой маской. В сорок пятом году Аберфорт сам нашёл старшего брата, ужё вовсю вкушавшего плоды победы над ужасным Темным Лордом Гриндевальдом. Младший из братьев водил знакомство с иммигрировавшими из России магами, которые за долгие годы жизни на чужбине не умудрились потерять связи с родиной. Приятели рассказали глупому наивному англичанину подоплёку так называемой "дуэли", и как у русских была украдена победа... Победителю Его Темнейшества опять пришлось лечить нос. Жаль обеты после той проклятой Мордредом пьянки не позволяли послать поганого вора далеко и надолго. Альбус, обрядившись в белую рясу борца со злом, держал брата на коротком поводке.    Не имея возможности вредить "Светочу" напрямую, Аберфорт решил стать несмываемым черным пятном на поистине белоснежно-белой репутации нового директора Хогвартса. Поскребя по сусекам, Аберфорт выкупил в Хогсмиде бар "Кабанья голова". Именно его усилиями заведение за несколько лет превратилось в одну из главных перевалочных точек криминального мира. Здесь собирались наёмники, взломщики проклятий, воры и убийцы, тут же скупалось краденое и свершались не совсем законные и совсем незаконные сделки. Протирая грязные кружки замызганным полотенцем, Аберфорт думал, что теперь Альбусу ни за что не отмыться, но тот умудрялся пройти по дерьму не замазав ног.    Да, одним своим существованием бар сильно ударил по репутации Белого Мага, как его начинали величать в Британии. Аберфорт умело использовал аллегории, сравнивая свой криминальный притон с магической школой. Вспоминаем, как переводится "Хогвартс"? Правильно - подсвинок. А теперь представьте чувства и мысли человека, зашедшего во второсортную грязную забегаловку с дурной славой и разглядевшего прибитую к стене кабанью голову и фон, на котором она крепится. Умело наложенная иллюзия создавала впечатление, что мертвая башка вепря закреплена на главных воротах школы. Завсегдатаи бара быстро объяснят новичку причину разделения зала на четыре части и почему VIP-номера носят названия деканских покоев и приёмной директора. Вникнув, непроизвольно начинаешь задумываться, а так ли свят, бел и пушист колокольцебородый?    Даже патронусом - символом всего светлого в человеке, Аберфорт сумел больно ударить по самолюбию старшего брата. Однажды в грязной забегаловке собралась на удивление приличная компания. Ради такого дела посетителей обслуживал лично хозяин заведения. После пятой бутылки "Огденского" разговор за столом нырнул в проторенное русло "за жизнь". Учитывая, что заведение посетили тёртые калачи, прошедшие Крым и рым, и хлебнувшие азкабанской баланды, "за жизнь" знаково отличалось брутальной серьёзностью. Немудрено, что бывшие сидельцы казематов зацепились за патронусов. У кого какой, и почему именно такой, а не иначе. Аберфорта тоже вовлекли в полемику в роли третейского судьи. На вопрос, какой у него патронус, хозяин забегаловки ответил, что его защитник один в один похож на старшего брата. Гости потребовали предъявить товар лицом, посетители битком набитого бара занимали первые ряды в разворачивающемся бесплатном шоу. Аберфорт взмахнул палочкой, серебристое облако, выстрелившее с заострённого конца, сформировалось в телесную фигуру...    - Но это же козёл! - разочарованно выкрикнул кто-то из глубины зала.    - Вот именно! - Аберфорт многозначительно покачал указательным пальцем. Зал грохнул. С тех пор в криминальных кругах Британии за Альбусом закрепилось прозвище "Козёл".    Но как бы не старался Аберфорт подмочить репутацию непотопляемой кучи гуано, та по-прежнему держала его на стальных поводках старых обетов, выбитых хитростью и обманом. Альбус без зазрения совести пользовался VIP-номерами бара для обтяпывания своих делишек. Вот и сегодня, накрывшись дезалюминационными чарами, в один из номеров просочилась странная компания: Джеймс Поттер, Сириус Блек, Ремус Люпин, Флетчер, Подмор, проскрипел протезом ноги Грюм - весь цвет и сливки небезызвестного Ордена подгорелой курицы. Во главе стола лично восседал неизменный председатель тайного общества.    Укрывшись за специальной зачарованной фальшпанелью, успешно водящей за нос рентгеновский глаз заслуженного параноика всея Британии, Аберфорт привычно пропускал мимо ушей словесную шелуху и отборную лапшу, выливаемую братцем на изнасилованные пропагандой мозги орденцев. Судя по всему Альбус готовил очередную гадость и первый этап вступил в силу пару дней назад, аккурат в канун Хэллоуина. Аберфорт чуть не подавился, когда понял, что Альбус выдаёт пошаговые инструкции по дискредитации какого-то второкурсника. Дожили, взрослые маги начали воевать с детьми! Куда катится мир? Замерший в нише Аберфорт осуждающе покачал головой. Будь проклят Альбус! Сколько бы не хорохорился младший брат и не строил козни бородатому козлу, данные в пьяном угаре обеты не позволяли перешагнуть через очерченные рамки и предупредить ученика о грозящей ему опасности. Тут к провидице и гадалкам не ходи, все завсегдатаи бара, от мала до велика, догадывались, на какойкамень налетела коса директора - мальчишка Эванс! Хогсмид всегда первым узнавал и до косточек обсасывал хогвартские сплетни. Возня детишек в "песочнице" и подпольная грызня профессоров друг с другом приносило свежую струю в сонное царство деревеньки и слыло одним из немногих развлечений жителей магического захолустья. Между тем, через пару дней План вступал в очередную фазу и "моему мальчику" Поттеру вменялось "смазать правовые и бюрократические рычаги в аврорате", Флетчер должен распустить определённые слухи на Диагон-аллее, неуравновешенного мальчишку необходимо изолировать от общества... Раздав инструкции и отпустив всех, кроме Блека, директор попросил у того нацедить немного крови в специальный фиал.    "Идиот! - думал Аберфорт, слушая, как Сириус безропотно выполняет просьбу Альбуса. - Вот так запросто дать кровь без целого букета клятв и обетов? Немыслимо. Да, братец капитально промыл мальчишке мозги!"    Снисходительно отмахнувшись от бывшего ученика и отправив его восвояси, Альбус пронзил зачарованный фиал предвкушающим взглядом. Сладко затянувшись и пыхнув трубкой, Дамболдор злорадно протянул:    - Пора кончать со старухой, - положив фиал в широкий карман неприметной серой мантии, директор Хогвартса аппарировал.    Отряхивая подол мантии от пыли и выуживая из шевелюры пауков, Аберфорт выбрался из потайной ниши и пошкандыбал к столу. Повинуясь лёгкому взмаху руки, в столешнице открылся секретный отдел с записывающим кристаллом. Взвесив в руке компромат и вложив в стол новую шпионскую цацку, хозяин бара думал о том, что когда-нибудь Смерть махом спишет все обеты и тогда, следуя воле покойного, гоблины дадут ход завещанию и обнародуют всю правду о Светоче Британии. Причём несколько заверенных Банком копий должны разойтись по европейским издательствам и некоторым магам, у которых одно имя старшего Дамболдора вызывает оскомину и несварение желудка. Альбуса смешают с грязью. Не сегодня, не завтра и даже не через год, но месть неминуема "как дембель". Что такое "дембель" Аберфорт не знал, эту фразу любил смаковать Антонин Долохов, обожавший ёмкие смачные русские словечки и поговорки. Жаль Антонина, сел ни за грош...       Хогвартс. 3 ноября.       Том из дневника сказал остановиться. Джинни послушно остановилась, воровато огляделась и юркнула в неприметную нишу за гобеленом с оленями.    - Здесь, - раздался мальшичий голос в голове девочки. - Я чувствую очередной накопитель.    - Я поняла, - одними губами ответила Джинни, доставая из кармана "бесцветный" магический мелок. Уверенная девичья рука начертила на стене несколько рун и простой круг на полу.    Положив в круг дневник, девочка взмахнула палочкой и проговорила труднопроизносимое заклинание. Установленная директором Дамболдором "ловушка-накопитель", аккумулирующая ману, выстрелила в обложку нейтральным синим лучом и повторился ставший уже привычным процесс перекачки магии в бумагу.    - Да! - с триумфом в голосе выкрикнул покинувший узилище призрак красивого молодого человека - Тома из дневника. И уже тише, едва-едва слышно:    - Это мы удачно зашли в коридор перед башней "воронят" Ловушка полна под завязку. Видимо старый маразматк забыл о ней. Склеротик длиннобородый. Думаешь, что держишь меня на поводке? Утрись, косёл! Отрыжка Мордреда, зря ты понаставил в школе маноловушки. А впрочем, вы молодец, директор.    - Джинни, ты - умница!    - Спасибо, - смущённо пролепетала красная от похвалы девочка.    Она впервые видела друга воочию и радовалась, что приятель по переписке оказался настоящим красавчиком. Даже красивее Джейса. Хотя кто такой Джейс Поттер? Так, знакомый, а Тому он может доверить любую тайну и излить душу на все несправедливости мира и он поймёт! Не отмахнётся, внимательно выслушает очередные девичьи бредни и обязательно что-нибудь посоветует. А какой он умный, просто жуть! Том столько всего знает и умеет объяснять сложные вещи своими словами. Бросив на Тома-из-дневника восхищённый взгляд, девочка призналась самой себе, что влюбилась в него и готова ради своей любви буквально на всё. Том ей столько помогал, абсолютно бескорыстно, ничего не требуя взамен. Он настоящий гриффиндорец! Не то, что некоторые задаваки.    - Моя Леди! - галантно поклонившись, призрак мазнул могильным холодом по запястью полыхнувшей смущением девочки.    - Вы спасли меня из вечного заточения. Ох, Джиневра, вы просто не представляете, как это год за годом находиться в этом узилище и только благодаря вам я могу почувствовать себя хоть сколько-нибудь живым! - будто Дамболдор очёчками, блеснув глазами, подлил елею Том. Окинув девочку оценивающим взглядом, он мефистофельски улыбнулся. - Джинни, как ты смотришь на то, чтобы проведать Шиаш?    - А не поздно? - вздрогнула рыжая девица, которая совсем не разделяла восторгов друга. Василиск вводил её в священный трепет, густо замещанный с нктряным страхом. - Скоро ужин, нас после Хэллоуина МакГонагалл лично в большой зал отводит.    - Брось! - беспечно отмахнулся Том. - Прикольная же получилась шутка, согласись! Миссис Норрис уже весь Хог достала, шпионка полосатая, никому от неё жизни не было. Так что тебе ещё спасибо должны сказать. Особенно МакГонагалл, ей же больше мышей достанется. А твои братцы посрамлены до конца дней. Ха-ха-ха! - заразительно рассмеялся призрак. Джинни робко улыбнулась, а через секунду она присоединилась к звенящему перзвону.    - Хорошо. Только...    - Что только?    - Только ты обещал, что Шиаш прокатит меня.    - А ты не хочешь? - театрально удивился Том.    - Хочу.    - Вот и ладушки. О! предлагаю разорить ещё один накопитель перед главным холлом и попугать народ, что б он не расслаблялся.    - Опять кого-нибудь окаменять? - сделала круглые глаза девочка.    - Зачем? - призрак зловеще ухмыльнулся. - Будем проще, подруга. У тебя же осталась кровь петухов? Напишем на стене, что тебя уволок наследник Слизерина и ты останешься на веки веков в Тайной комнате, а когда Дамболдор и присные забегают, как в попу пчелой ужаленные, ты выйдешь из какого-нибудь заброшенного класса. Мол, занималась отработкой заклинаний. Ничего знать не знаю, ведать не ведаю. Никто меня не крал, никакого Наследника в глаза не видела. Зачиталась, забыла о времени и слезу пустишь. Ищите придурков, директор, в другом месте. Маккошка, если ты меня не обманываешь, сейчас с Дамболдором на ножах, она из принципа тебя наказывать не станет, тем более я тебе в Тайной комнате покажу несколько новых заклинаний, если что при проверке волшебной палочки можно будет предъявить следы отработки. Заодно проверим, как твои братья и Поттер к тебе по-настоящему относятся, и по делу я ревную тебя к ним или не стоит беспокоиться.    Последний аргумент оказался решающим. Влюблённая дурочка поплыла. Покраснев аки маковый цвет, соглашаясь на аферу, девочка кивнула несколько раз. Том предвкушающее потёр ладони. Тянуть дальше не имеет смысла, если он хочет сорваться с крючка директора действовать надо быстро.    - Спускайся в холл, - втягиваясь в дневник, сказал призрак.    Спрятав малый альманах бытовых чар за пазухой, девочка вприпрыжку побежала к очередной маноловушке директора.       Хогвартс. 3 ноября. Вечер. 15 минут до ужина.       Зайдя в гостиную факультета, Минерва устало прислонилась к стене. Замоталась она в последние дни, спать приходилось по три-четыре часа, а всё из-за происшествия на празднике, будь он неладен с директором в придачу. Хэллоуин - это же надо постараться так испоганить Самхейн...    Директор совсем замордовал преподавательский состав с поисками этого проклятого Морганой шутника или шутницы. Стоит признать, что причины для беспокойства у Дамболдора (в кои-то веки!) действительно были. Шутка у неизвестного баловня получилась уж больно жестокая, а учитывая все признаки псевдоокаменения миссис Норрис, декан Гриффиндора готова была рвать волосы не только на голове и не только у себя. Дай Минерве волю, она бы выщипала дамболдорову бороду по волосинке, а в лобешник ему вогнала бы что-нибудь тяжелее кулака. По всему выходило, что школу необходимо закрыть, а детей эвакуировать, но бывший кумир опять ограничился полумерами и всеми силами прятал сор в избе. Когда-нибудь ему, нет - всем им эта страусинная политика держать головы в ж э-э-э в песке, выйдет боком. Из заслуживающего доверия источника Минни узнала о судьбе направленных в Министерство и Попечительский Совет писем. Жалобы Флитвика, Кара и её записка перехвачены верными директору людьми. Минерва написала новую, отправив её в обход общепринятой схемы. Час назад сова принесла уведомление о получении, подлинность которого подтверждал оттиск родового перстня получателя, но реакция последует только завтра, а то и послезавтра. Да, ещё день простоять и пару ночей продержаться. В игры играет Дамболдор, а расхлёбывать придётся всем миром. То, что белобородый угорь выскользнет, Минерва нисколько не сомневалась.    - Все собрались? - пересчитывая первокурсником по головам, спросила Минерва.    - Уизли не хватает, - обведя гостиную орлиным взором, ответил Эрни Форэст, староста факультета. Чихнув в руку с зажатым в ладони платком, он добавил:    - Джиневра Уизли, её с обеда или даже с окончания занятий не видели. Я отправлял на её поиски братьев и Дилана Роббса. Дилан?    Чернявый кареглазый шестикурсник отрицательно повёл подбородком.    - Опять Уизли, - обречённо выдохнула МакГонагалл. В следующую секунду она резко побледнела, схватилась за сердце и, как подрубленная, осела на внезапно подкосившихся ногах. Как по команде заголосили испуганные и ошеломлённые ученики, запричитали первогодки.    - Декан, мэм, что с Вами? - над хватающей воздух Минервой нависло расплывающееся лицо Форэста.    - Откат! Что не видишь?! Не мешайте, а лучше помогите. Эрни, Дилан, держите декану руки, Бэкки, зафиксируй голову. Это укрепляющее и противошоковое. Да шевелитесь вы, истуканы! - рявкнул пробившийся через толпу Гарольд Эванс. Зубами вырвав у фиалов с зельями пробки, он навалился на Минерву. - Пейте. Глотайте, Мерлина вам в душу богу мать! Так, та-а-ак, то, что Помфри прописала. Отпускайте.    В глазах Минервы прояснилось.    - Эрни, Дилан, Роджер, мухой несётесь к директору, введите его в курс дела. Если горгулья не пропустит вас, снесите её бомбардой к дементоровой бабушке. Всё поняли? Вы ещё здесь?! - парней будто ветром сдуло, только эхо хлопнувшего портрета Полной Дамы гулкой ударной волной проплыло по помещению. Через гул в голове в мысли Минервы пробилось искреннее удивление. Второкурсник застроил ребят шестого и пятого курсов. Достойная смена растёт. - Где староста девочек, а-а-а, вечно она копается. Анджелина, - Гарольд разыскал взглядом Анджелину Джонсон. - Хватаешь Вуда, Алисию и снитчем летите к Флитвику, от него к Кару. Бегом, бегом, бегом!    Подзывая к себе, Гарольд махнул рукой Генри Лайону.    - Генри, на тебе наставница. Симптомы ты ей лучше меня опишешь. Доставьте профессора в больничное крыло. Объяви нашим тревогу высшего уровня, ты меня понял? Валить придётся в темпе. - Совсем тихо шепнул он на ухо любимого ученика школьного колдомедика. - А я должен наведаться в одно место...    Кивнув старосте, Гарольд метнулся ко входу в гостиную, через мгновение дробная поступь донеслась с лестницы, ещё миг спустя до гриффиндорцев донеслась ругань Полной Дамы, костерившей юных оболтусов, которые носятся как угорелые.    - Кого ещё нет? - с трудом разомкнув потрескавшиеся губы, на выдохе спросила МакГонагалл. - Мистер Гордон, пересчитайте.    Хорошо, мэм, - Эдвард Гордон, широкоплечий темноволосый семикурсник, орлиным взглядом обвёл гостиную, битком набитую стидиозусами. - С третьего курса нет МакГрегора, с четвёртого Голдмена и Беркли, но эти подойдут с минуты на минуту, а из второкурсников отсутствуют Поттер и младший Уизли.    - И почему я не удивлена? - воздев очи горе, вопросила безмолвное пространство декан.    Не успело эхо голоса МакГонагалл растаять в воздухе, со стороны входа в башню послышалась ругань Полной Дамы. Тяжело, со свистом втягивая воздух, в помещение ввалились Голдмен и Беркли.    - Там..., там, - судорожно сглотнув и махнув за спину, Беркли упёрся руками об колени. - Там новая надпись в холле напротив Большого зала. Наследник Слизерина утащил первокурсницу в тайную комнату... Эту..., младшую рыжую Уизли с первого курса.    Пока четверокурсники играли роль черных вестников, компания во главе с Эрни Форэстом домчалась до горгульи, сторожившей директорские покои. Каменная охранница, получившая от Дамболдора указание никого "не пущать", встала грудью на защиту покоев и ни в какую не пускала взмыленных студиозусов к заветной двери, за которой директор проводил кровный ритуал. На крышке старинного, красного дерева, столике, инкрустированном слоновой костью, призрачным светом светился замысловатый рисунок, составленный из нескольких видов геометрических фигур. По углам столика чадным дымом исходили четыре чёрных свечи, вытопленных из человечьего жира, а в центре, в серебряной чаше пузырилась кровавая масса. В принципе, это и была добровольно отданная Сириусом Блеком кровь, только сейчас она густо перемежалась с некоторыми запрещёнными зельями. Ходя по кругу вокруг стола, директор читал катрены, на его губах играла самодовольная улыбка, перетекающая в злорадный оскал, а в глазах проскакивали мстительные огни. За сотни миль от Хогвартса, в доме на площади Гриммо далекого Лондона, схватилась за взорвавшуюся болью грудь хозяйка скрытого от простых смертных дома. До крови закусив губу, она всё-таки нашла в себе силы вызвать домовика. Верный домовик успел подхватить потерявшую сознание женщину. Щелчком пальцев переместив её на диван, он трансгрессировал к семейному колдомедику Блеков. Кричер был очень умным и всегда умел расставлять приоритеты. Промедли древний слуга Рода Блек хоть на секунду и, возможно, чёрная волшба получила бы свои плоды. На счастье Кричера и приготовившейся отойти в иной мир Вальпурги Блек, студиозусы, осаждавшие горгулью у директорского кабинета, перешли от слов к делу. Статуя не будь дурой, мухой убралась с пути бомбард. За неимением каменной глыбы, красные лучи впились в дверь за покинутым постом и в кладку метром правее. Стоит ли говорить, что разозлённые гриффиндорцы превзошли сами себя? Заклинания у них получились качественные - выше всяких похвал. Дверь в директорские покои, несмотря на все чары, вынесло с корнем. Часть стены разнесло по кирпичику. Ударная волна устремилась вверх по винтовой лестнице и сорвала с петель хлипкую внутреннюю преграду. Хоть та и была сколочена из крепких дубовых плах, но всё же ни в какое сравнение не шла с наружней, уничтоженной парнями. Кувыркаясь, полотно смело и в дребезги расколотило столик с рисунком, кровавое зелье в чаше разбрызгало по всей комнате за исключением чистого пятачка на полу, в центре которого стоял отплёвывающийся от пыли директор. На последней секунде Дамболдор успел прервать ритуал и закрыться сферическим щитом. Ритуал был сорван самым неожиданным образом. От злости и бессилия что-либо исправить, Дамболдор заскрипел зубами, он едва-едва успел убрать следы колдовства. Иначе ввалившиеся к нему гриффиндорцы имели несчастье увидеть кое-что, не предназначавшееся для их глаз. Последствия могли быть самые печальные и "обливейт" самое малое, что им грозило. Выслушав старосту, директор разозлился ещё больше: Том, мордредов выкормыш, сумел сорваться с поводка. События вышли из-под контроля и грозили вот-вот обрушить все тщательно лелеемые планы. Впопыхах подсчитывая последствия неудачной интриги, Дамболдор снял заклятие сна с портретов бывших директоров и сорвал ткань с холста, на котором уже толпилось несколько нарисованных шпионов. Выслушав доклады, директор понял, что не всё потеряно и дело можно повернуть к своей пользе. Джиневра Уизли оказалась не единственной посетительницей пристанища Плаксы Миртл. Минуту назад в туалет ворвался Гарольд Эванс, отставая от него на пару лестничных маршей, в туже сторону крались Джейс Поттер и Рональд Уизли. Замечательно! Просто великолепно! Сегодня просто день сюрпризов какой-то. Не получилось тут, компенсируем в другом месте. Плюс на минус в итоге дадут результат отличный от нуля. Пусть младшее поколение пока "развлекается", а ему пора проявить участие и проведать крошку Минни. Нехорошо, если декан родного кабинета помрёт на глазах у детей. Хотя кого он обманывает? Сдохнет "кошка" и Мордред с ней, а уж за эпитафией на могилку дело не станет. Плохо, что наглые паршивцы отправили книзлу под хвост столько трудов по кровной магии. Ничего, верный пёс под рукой, кровь есть, старуху Блек он добьет через пару месяцев, пусть месяц-другой помучается от последствий сердечного приступа. Будет кому-то подарок на Йоль, глупый сынишка наконец станцует канкан на могиле мамашки.    Вызвав феникса, директор на глазах изумлённых студентов притянул с полки Распределяющую Шляпу, схватился за хвост фамиллиара и испарился. Неведомая эпическая сила вынесла троицу парней из кабинета в коридор.    - Что теперь? - смачно харкнув на пустой постамент, брошенный перепуганной горгульей, спросил старосту львиного факультета Дилан Роббс.    - Бежим обратно, я, парни, не доверяю директору.    Сплюнув на постамент ещё раз, Дилан припустил за Эрни, с другого бока пыхтел Роджер. Стоило парням скрыться за поворотом, из неприметной ниши показалась рогатая голова горгульи. Процокав когтями по гранитной плитке, живая статуя нырнула в кладовку за тряпкой. Оттерев харчки, униженная и оскорблённая сторожиха взобралась на постамент и замерла на нём. На каменной морде застыла обречённость. Ну почему её никто не любит?!       Хогвартс. 3 ноября. Туалет Плаксы Миртл и Тайная комната.       - Миртл, вылезай! - открыв ногой дверь, Гарольд ввалился в неиспользуемый женский туалет.    - Чего тебе? - из унитаза одной из кабинок показалось лицо прыщавого приведения.    - Рыжая девчонка была здесь?    - А почему я должна отвечать тебе, а? Вечно все смеются надо мной. Сами уроды каких поискать...    - Миртл, Мерлином заклинаю, я с тобой не цацкаца пришёл, - на конце волшебной палочки Гарольда вспыхнуло черное пламя. Разъярённый молодой человек не собирался отыгрывать куртуазного кавалера.    - Ну, была, и что? - булькнуло привидение. - Она меня жалящим прогнала. Этой гадостью профессоры Пивза гоняют. Что я ей сделала?! Вечно во всем Миртл виновата! - истерично взвизгнула Миртл и зашелестела вниз по трубам.    - Смылась, истеричка. Так, ладно, мне же лучше. Лишний свидетель сейчас ни к чему.    Подойдя к раковинам, Гарольд высмотрел на одной из них выгравированную змейку:    - Откройся! -шипение на серпентаго затопило уборную. Открывая чёрный зев, раковина отъехала в сторону. - Бля, что я делаю? Накрест и вперехлёст эту рыжую сыкуху и Риддла вместе с ней. Тролью дубинку им в задницы и провернуть против часовой стрелки...    Вынырнувшая из унитаза призрачная школьница повисла над провалом, старательно запоминая льющиеся из дыры маты.    - Эй, Эванс, - проорала Миртл, - я тебе кабинку в своём туалете зарезервирую! Сдохнешь, будет куда приткнуться.    - ..ть! ... .. ..й!    - А вот последнее я не поняла, - задумчиво почесала "тыковку" Миртл. - Не, рыжую я к себе не хочу, пусть валит в башню к Почти Безголовому Нику. Или оставить? Вдвоём не так скучно... Парни, конечно, хорошо, но с ними столько мороки.    Опустившись на сливной бачок и скрестив ноги, привидение принялось философствовать и размышлять, планируя будущую жизнь с компаньоном или компаньонкой. Пять минут страшненькая полупрозрачная девочка предавалась влажным мечтам, рисуя в распалённом воображении радужные картины...    - Миртл! - голос очередного посетителя пушечным выстрелом сорвал унитазовладелицу с насиженного места.    - А?! - чуть не нырнув со страху в любимое сливное очко, Миртл таки сумела удержать себя в руках и не пойти исследовать глубины озера.    - Глядите, кто к нам пожаловал, - противным гнусавым голосом пропело привидение немного очухавшись. - Целый герой! Мне определённо фартит сегодня. Рыжая там, - указав пальцем на темный зев, не стала тянуть кота за причандалы Миртл. - Вы тоже туда, как понимаю?    - Не твоё дело, - злобно каркнул Рон. Джейс свирепо сверкнул круглыми очёчками.    - Да ладно, - вальяжно отмахнулась девочка. - Схарчит твою сеструху Ужас Хогвартса, будет мне соседка. А то одной тут вечность куковать не комильфо.    - Заткнись!    - Рон! - осадил друга Поттер. - Ты со мной?    - С тобой.    Кивнув друг другу, мальчики прыгнули вниз.    - Во клиент попёр, мне так на всех кабинок не хватит.          - Да что же это творится?    Согнувшись в три погибели, Гарольд избавлялся от остатков обеда. Боль, пришедшая по узам крестильной связи, электрическим разрядом прошлась по нервным узлам с внутренностями и подпалила запал сверхновой звезды в голове.    - Крстная, - проглотив "ё", выдавил Гарольд. - Не вздумай помирать. Не вздумай! Хреново-то как.    Идя вдоль стеночки, за которую он придерживался руками, Лорд Слизерин быстро приходил в себя. Ласкающаяся Магия Тайной комнаты, резво восполняла потери, полученные из-за внезапного выбрыка крёстной, решившей наведаться в чертоги Миледи, что очень разозлило Гарольда. Таки до сего дня считалось его личной прерогативой ходить в гости к Смерти.    - Шкурка...    Пятнадцатиметровый выползень будто сам собой собрался в рулон и вкатился в безразмерную сумку. Деактивировав специальный артефакт охотников за чудовищами - "трофейник" или "хабарник", как они сами его называют, Гарольд на цыпочках прокрался в зал с колоннадой.    - Заходите, дорогой гость! - прожекторный луч, сорвавшийся с кончика волшебной палочки высокого юноши, стоящего рядом с распластанным на ледяном полу телом рыжеволосой девочки, высветил Гарольда во всей красе. - О, ты не тот, кого я всей душой жаждал увидеть, и не похож на спасителя. Жаль.    - Каков есть, - развёл руками Гарольд, чей взгляд прикипел к чёрной книжице, с которой спала маскировка. Дневник самозваного лорда бесхозно валялся у самого края пентаграммы. - Вы правильно заметили, я не нанимался в спасители рыжих дурр с печатью предателей крови в ауре, но так уж получилось и сложились обстоятельства, что тебе, Том, не повезло.    - Некрасиво получается, ты знаешь моё имя, заметь, я не спрашиваю, откуда, а я продолжаю теряться в догадках.    - Гарольд, позвольте представиться.    - Гарольд..., уж не Эванс ли? Брат Героя Британии? Тёмный маг, обманом затесавшийся в светлые ряды Гриффиндора. Слизеринский выкормыш. Как интересно. И что же, Гарольд, тебя сюда привело, позволь полюбопытствовать?    - Том, зачем тебе лишние знания, - шаг за шагом, Гарольд медленно приближался к парочке. Рыжая ещё дышала, хотя "румянец" на её щеках мог уже соперничать по цвету со снегом. Заключённая в центр пентаграммы девочка могла умереть в любую минуту.    - Но-но-но, - покачал пальчиком Том, кончик волшебной палочки в его правой руке нацелился на незваного гостя. - Ближе не надо, дольше проживёшь. Потерпи пяток минут и тогда мы поговорим тет-а-тет.    - Нет времени ждать, Том. Предлагаю размен - ты перестаёшь высасывать из Уизли жизненную силу и возвращаешь её обратно. Тогда никто не пострадает.    - Не смешно. Что мне мешает убить тебя?    - Может, моя неотразимая харизма, Том? - пара шагов. Заветный дневник совсем рядом, только руку протяни, но Том настороже.    - Вполне вероятно. Может быть, но понимаешь, Гарольд, мне не с руки с тобой возиться. Ты же понимаешь меня? Ничего личного. Как ты смотришь на то, что тобой займётся наследство Великого Слизерина.    - Какое наследство? - сыграл дурачка Гарольд.    - Говори со мной..., - повернувшись к громадному барельефу, юный Волдеморт затянул канонную присказку. Из открывшегося рта выполз василиск. В фильме показали какого-то уродца. Здесь же перед глазами восторженной публики предстала настоящая машина смерти. Безумно прекрасная в своей смертельной красоте. Рожки на голове, да, были, гребень на спине тоже, но вот только никакими спецэффектами не передать блеск чешуи и цветные полосы на сверкающей шкуре чудовища, игру мышц, плавные изгибы сильного тела. Волдеморт пафосным жестом указал на незваного гостя и приказал:    - Убей его!    - Ой, не надо. Не убивай меня!    - Говорящий? - длинное тело василиска изобразило знак вопроса. - Ещё один говорящий?    - Ага! С детства обожаю змей! - весело подтвердил Гарольд, подмигнув ползающему монстру. Том очень неосторожно впал в ступор, что позволило Гарольду сделать два незаметных шага.    - Хозяин запретил убивать говорящих.    - Я твой хозяин! - взорвался на истерику Том. - Я - Наследник Великого Слизерина!    - Ошибаешься, - подступив к Тому ещё на шаг, оскалился Гарольд. - Ты не можешь быть ни наследником, ни пол наследником. У Лорда Слизерина ещё нет детей, а твой выморочный род, несмотря на все родственные связи, не может претендовать на титул. Так-то, Лорд Волдеморт. Создав крестраж, ты навсегда перекрыл себе путь к наследству великого предка. Идиот.    Нога в чёрном ботинке наступила на не менее черный дневник. Арктическая стужа смерти, замораживая грязную штанину, покатилась к шелестящим страницам.    Кто-то может задаться вполне закономерным вопросом, зачем было рисковать и соваться в тайные подземелья? Ну, прихлопает Том мелкую Уизлетту, нехай с ней, рыжих предателей крови и без этого дополнения расплодилось больше, чем тараканов за печкой. Невелика потеря. Спросят и окажутся неправы. Тут, на самом деле, сплелось в единый узел несколько факторов.    МакГонагалл. Первый фактор, но он не самый главный. Да, важный, но не самый центровой. Возрождённый Волдик - куда ближе к истине. Гарольд бы не переживал из-за него, но оживший мелкий недолич, одна вторая души главного поганца Всея Британии, как пить дать, присосётся к магии василиска, а это куда страшнее. Ритуал изгнания Тома Марволо Риддла нельзя провести дважды. Гнилой ветвью у нас считается основа всех крестражей и пусть от главного куска черной души остались жалкие ошмётки - одна сто двадцать восьмая часть, ведь каждый раз Том дробил душу пополам и насколько можно верить канону, Нагайну он в крестраж ещё не превратил. Берта бодрой козочкой скачет по министерству и помирать пока не собирается, а именно с её убийством связан последний ритуал. Новый или старый, смотря с какой стороны смотреть, Том Марволо Риддл - это совершенно другая личность. Ущербная, больная, страдающая манией величия в самой запущенной форме и к тому же с меткой предателя крови. А что вы хотели, убить ребёнка в Убежище так просто сойдет ему с рук? Да ещё не первое к тому же. Отягчающий рецидив налицо. Старый паук Дамболдор не зря любил повторять, что каждый может найти в Хогвартсе пристанище, только маги оказались с короткой памятью и позабыли о второй роли Школы. Хогвартс не зря слыл нейтральной территорией, на которую не распространялись некоторые законы, кровная месть, к примеру. Придуманная Основателями система магических откатов одинаково хорошо держала в узде и профессоров, и учеников, и попечителей и сторонних лиц. Даже гоблины во время восстаний не решались нарушать нейтральный статус Школы и наравне со всеми пользовались услугами больничного крыла. Вожди зеленомордых коротышек ставили барьеры, резали каждого, кто осмеливался нарушить блокаду, но за кованными воротами убирали мечи и кинжалы в ножны. Дамболдор оказался первым, кто смог обойти защиту и зациклить её на несуществующее проклятие должности преподавателя ЗОТИ. По сути он и директором был только номинальным, умело пуская окружающим пыль в глаза, а глупые пейзане радовались, восхваляя Белого Мага.    Возвращаясь к школе: пересекая её порог, маг незримо подпадал под древние заклятья, написанные кровью, и как бы клялся не навредить. Конечно, сказанное выше это слишком упрощённый вариант, между тем он работал уже тысячу лет. Смерть Плаксы Миртл скорее случайность, чем прямое действо. У девочки просто отказало сердце от испуга. В её случае Том невольно сыграл на руку Дамболдору. Паук трепетно взращивал в перспективном студиозусе страх смерти и культивировал в нём тщеславие, нетерпимость и презрение к магглам и прочим, "стоящим на низших ступенях развития". Легкий откат основательно напугал Тома и сделал его легкой добычей старого манипулятора. Зато седьмая Уизли попадала в совершенно другой разряд. Смерть девчонки переводила призрака, обретшего тело, в ряды предателей крови. Упаси Мерлин иметь подобную магическую пиявку на родовой магии. Всё правильно - василиск один из немаловажных элементов родовой магии и самый главный, стержневой фактор. Представьте себе существо, тысячу лет прожившее на крупнейшем магическом источнике. Потенциал зашкаливающий. Салазар не был дураком, интегрировав любимого фамиллиара в родовой источник, к тому же связанный с магией Хогвартса. Василиск - это прямая линия связи с предком, ведь что такое создание фамиллиарной связи? Проще говоря, маги обмениваются с животными маленькими кусочками души и чем прочнее связь, тем сильнее свойства магического партнёра прорастают у потомков. Взять ту же анимагию. Надеюсь не надо говорить, какая расчётная аниформа у всех Эвансов и Слизеринов? Мраксы и Гонты просрали наследство Салазара, за что и расплатились фактическим забвением. Благо они не присасывались к василиску, зато Том готов был отыграться за всё гнилое семейство.    Дамболдор догадывался о том, какое чудище скрывает Тайная комната и с упоением тянул к нему загребущие ручки. Крестраж рыжей дурочке выдавался с одной из этих целей - завладеть и захапать всё, что плохо лежит и не прибито к полу гвоздями. Не имея свободы манёвра, Гарольд действовал исподволь, лопухнувшись на зачарованной обложке черномагической гадости. Уизлетта или, что более вероятно, Дамболдор обвели всех вокруг пальца. Теперь срочно требовалось спасать положение и подставляться по полной программе.       Где-то не в этом мире...       - Миледи! - преклонив колено, Гарольд неуловимо коснулся губами бархатной кожи Вечной Леди. Губы, мазнувшие по запястью, привычно обдало арктическим холодом.    - Гарольд! - белозубо улыбнулась Смерть. - Ты сегодня не один. Ты не представишь своего друга?    - Таких друзей, за х... р.... Не друг он мне, морда Волдемордовская, - наградив юного Тёмного Лорда тонной презрения с пятьюстами килограммами незамутнённой ненависти, ответил Гарольд.    - Гарольд, как можно, разве он не красавчик? Гляди, какой милый мальчик! - "милый мальчик" хватал ртом воздух и хлопал выпученными от страха глазами.    Сообразив (Том всегда неплохо соображал, когда надо голова у него работала на зависть многим), куда его закинула нелёгкая, невольный гость попятился назад, но мягкая ватная дымка, возникшая за спиной, отпружинила его обратно.    - Развлекайтесь, Миледи, а мне обратно надо, но знайте, я припомню вам "красавчика" и "милого мальчика". Считайте, я вас приревновал.    - Это..., это же Смерть! - сделавшись белым будто полотно, выдохнул облачко пара Том и сделал отталкивающий жест ладонями, будто пытаясь отгородиться ими от надвигающейся судьбы. - Нет! Нет! Не подходи! Не бросай меня здесь!    Том кинулся в ноги Гарольду.    - Том, Том, Том, - отпихнув дрожащую жертву носком туфли, Гарольд схватил бывшего призрака за подбородок и вздёрнул его лицо вверх:    - Том, мне не с руки с тобой возиться. Ты же понимаешь меня? Ничего личного, - вернув слова хозяину и послав воздушный поцелуй Смерти, Гарольд испарился.    - Томас, ты поступил очень плохо..., - донесся до героя-любовника елейный голос Миледи, прежде, чем он успел вернуться в реальность.          - Забавно.    Открыв глаза, Гарольд только усилием воли сдержал себя от прыжка назад. Любой стремглав пустится наутёк, случись ему нос к носу столкнуться с громадной клиновидной башкой гигантского змея. Раздвоенный язык гада пробовал воздух буквально в нескольких миллиметрах от лица спасителя рыжих дев, а из-под тяжёлых век, как у знаменитого питона Каа из русской мультипликационной саги о Маугли, человека пригибали к земле вертикальные щелевидные зрачки древнего чудовища.    Гарольд машинально охлопал себя по груди, коснулся руками бедер и "задних" врат. Фу-у, не окаменел. Нет, он конечно знал, да и Салазарова кровь, но всё же... точка пониже спины "играла" до дрожи в коленях и сердца в пятках. Василиск явственно усмехнулся. Иной редакции у прерывистого шипения, испускаемого змеем, не было. Гляди-ка, смешно ему.    - Хозяин запретил убивать говорящих, букашка.    - Зажгу благодарственный костёр Салазару, - выдохнул благодарный потомок.    - Я чувствую в тебе кровь Хозяина, - змей навис над человеком. - И его дух. Настоящий дух, а не дешёвую подделку.    Ороговевший кончик хвоста василиска разбил лёд, который сковал черный дневник.    - Тебе благоволит сама Великая Змея Серых пределов. Кто я такой, чтобы убивать её слугу?    - Не слугу, - оскорблённый в лучших чувствах, Гарольд нашёл в себе силы ответить.    - Не слугу?    Внезапно василиск будто выстрелил головой вперёд, обнажив белоснежные клыки, чуть тронутые весенней желтизной подтаявшего снега, распахнулись экскаваторные ковши челюстей.    - Ай! - совсем по-девчачьи взвизгнул Гарольд, когда один из клыков пробил кожу в районе правой ключицы и на пару сантиметров погрузился в плоть. Что ни говори, подобной подлянки он не ожидал. Едкий яд проник в кровь, но признаков отравления и онемения не появилось, вместо них по телу прошла бодрящая волна силы, смывающая боль и усталость.    - Да, - слизнув кровь, прошипел василиск. - В тебе есть ЕГО кровь, твоя магия плоть от плоти ЕГО магия. Теперь ты мой Хозяин, Букашка.    - Я мечтаю быть не только твоим хозяином, мы ведь можем стать друзьями. И зови меня Гарольдом или Сашей.    - Саш-ш-ша мне нравится больше. Хозяин назвал меня Шиаш, - крутнул кончиком хвоста василиск.    - Всё это очень хорошо, Шиаш, но тебе придётся скрыться, - морщась от боли в плече, Гарольд гладил удивительно тёплые чешуйки на морде змея и наслаждаясь, впитывал в себя могущественную магию тысячелетнего создания. - Я не могу позволить, чтобы на тебя начали охоту и убили.    - Ш-ш-ш, - кончик хвоста василиска затрёсся, как у гремучей змеи. Будь на его конце погремушка, американские сородичи Шиаш удавились бы от зависти. На Гарольда накатила волна ярости и гнева. Фамиллиар основателя изволил гневаться. - Кто? Какая крыса осмелилась задирать на меня и на Хозяина хвост?!    - Не сейчас, Шиаш, - Гарольд прильнул к боку змея, чтобы уговорить обретённого фамилиара, он перешёл на понятные змею образы и аналогии. - Спрячься ради меня, сейчас я веду охоту на опасную дичь и заманиваю её в ловушку. Охотники считают меня слабым и желают закусить добычей, но они не подозревают о ловушке и яде на зубах. Опьянённые кровью крысы и спеленавшие муху пауки, влетят в расставленные кольца, в которых я их задушу, а потом полакомлюсь их страхом, наслажусь ужасом в их глазах, выпью кровь до последней капли и подарю мучительное переваривание в желудке. Они в полной мере познают гнев гнезда Салазара, но если крысы узрят твоё могущество, они испугаются и решат, что их жалкие жизни и поганые душонки им дороже, чем загнанная в угол добыча. Тогда мне не удастся заманить главную крысу на расстояние броска и впиться в неё зубами. Она слишком сильна и влиятельна и может позвать других крысиных королей, чтобы загрызть тебя. Этих помойных тварей слишком много. Всех не передавить, тебя просто завалят трупами.    - Хорошо, я сделаю, как ты просишь. Меня не найдут, - Шиаш покачал головой. - Мне съесть мелкую самку? Она путалась с порченным духом и впускала его в себя. У неё прогнившая душа и траченая родовыми проклятиями аура. Дрянная самка и змеёныши от неё будут дрянные.    - Не стоит, ещё несварение желудка заработаешь. Самку я использую как приманку. Тебе пора, Шиаш.    - Я всегда приду на твой зов, букашка по имени Саш-ш-ша.    Гарольд похлопал по стальной чешуе. Лизнув хозяина раздвоенным языком в нос и вильнув хвостом, василиск скрылся в одном из боковых проходов.    - "Букашка", - хмыкнул под нос Гарольд. - Ползи с миром, червячок. Что мне с мелкой самкой делать, а? Вот не было заботы, как рыжих предательниц крови спасать. Скажи кому, позора не оберёшься.    - Стой, где стоишь! - из-за колонны, подпирающей теряющийся в сумерках свод, показались Поттер и шестой Уизли. Взятые на изготовку волшебные палочки целились точно в центр груди Гарольда. - Экспел...    Нашли идиота, качнувшись в сторону от выстреливших в его сторону лучей заклинаний, Гарольд телекинезом столкнул братца и его кореша лбами. Звук стоял будто в колокол ударили. Добровольные Чип и Дейл шлёпнулись в мелкий, едва ли по щиколотку, декоративный бассейн. Видимо тысячу лет назад Салазар держал в нём аквариумных рыбок для эстетического услаждения взора.    - Не уйдешь, тварь! Бомбарда! - выплюнув воду и мгновенно откатившись от харкающего кровью и зубами Рона, Джейс выметнул перед собой руку с зажатой в ней палочкой.    Бабах! Каменная шрапнель от взорвавшейся колонны разлетелась по залу. Несколько крупных осколков пробили возведённый телекинетический щит и больно приложили Гарольда по спине.    - Бомбарда! Бомбарда! Бомбарда! - пылая ненавистью, будто заведённый, орал Поттер.    Гарольду пришлось проявить чудеса изворотливости, чтобы увернуться от натуральной пулемётной очереди проклятий и свистящей каменной шрапнели осколков. Далеко пойдет братец, если ему раньше голову не снимут. С его-то гонором запросто. Один поход в Лютный и в лавке запретных ингредиентов добавится товара. Зал медленно, но верно превращался в руины. Чудом или мерлиновым проведением ни один из осколков не попал по седьмой Уизли. Рыжей сказочно везло.    - Да заткнись ты! Отдохни уже!    Ветвистая молния ударила по центру бассейна, будь в нём рыбки, они бы дружно всплыли кверху брюхами. За неимением ихтиофауны, роль карасей взяли на себя Джейс и Рон. Изобразив танцующих на спине тараканов, нюхнувших дихлофоса перед дискотекой, парни судорожно задергались и заверещали кастрируемыми на бойне поросятами.    - Урою! - сплюнул Гарольд, награждая брата острым носком туфли по рёбрам. - Сука, ты нас тут насмерть завалить хочешь? Лежать, я сказал! - удар в живот остановил поползновения Уизли встать на карачки, палочки гриффиндорцев перелетели в протянутую ладонь наследника Основателя. Дабы уберечь незваных спасателей от ненужного соблазна, палочка Джинни тоже перекочевала к нему.    - Так, а теперь слушаем меня, дерьмоеды, кто дернется без моего разрешения...    - Да пошёл ты... Ай!    Заработав ещё один вразумляющий пинок от всей души, Джейс свернулся калачиком, скулящим на одной ноте.    - Неправильный ответ. Уизли, тебе повторить инструктаж или наградить круцио животворящим?    - Не надо, я всё понял, - проявил сообразительность Рон, закрываясь руками и задом отползая от страшного сокурсника.    - Куда собрался? - вздёрнул бровь Гарольд.    - Никуда, я тута. Здеся я! Не бей меня!    - Это хорошо, что ты такой понятливый, зубы целее будут. Вулнера Санентур! Энервейт! - спина Джейса поглотила два луча медицинских заклинаний. - Встать! Тебя это тоже касается, Уизли. Хватайте её, не мне же её переть.    Указав пальцем на Джинни, Гарольд отступил в сторону. Безбашенных придурков лучше держать под постоянным контролем и прицелом. Неизвестно какая блажь взбредёт им в голову в следующую секунду. Пусть они лучше работают за гужевой транспорт и волокут Седьмую к выходу из подземелий. Возле туалета Плаксы Миртл он сотрёт им память. За прошедшие каникулы Лорд Гринграсс заставил учеников отработать несколько заклинаний до автоматизма. Обливейт в том числе. Жаль нельзя воспользоваться им сейчас, в противном случае он лишится адекватных носильщиков... Или не обливейтить? Отбиться от Дамболдора это не поможет, спалился он по полной программе, а так ситуация прекрасно ложится в канву задуманного летом низвержения белобородого старца, Планировалась эпическая многоходовка, осталось только обострить ситуацию с кем-нибудь из верных старику преподавателей, тот автоматом потянет за собой патрона. Дамболдор вот-вот угодит в ловушку. Или лучше не говорить "гоп" пока не перепрыгнул. Старик и не из таких ловушек выкручивался.    Обтекая, Поттер и Уизли выползли из бассейна и подхватили девочку за руки и ноги.    - Мда, - презрительно поджал губы Гарольд. - Мешки мы также таскаем. Шагаем, чего встали.    Конвоируемые двинулись на выход.    - Тебе это с рук не сойдёт, - болотной змеюкой прошипел Джейс.    - Посмотрим. Уизли, а Уизли, а откуда у мелкой взялся черномагический артефакт, не знаешь? - Гарольд потрёс дневником Риддла. - Чего молчишь? Куда смотрели твои папочка и мамочка? Сестра таскается с проклятой дрянью, а вам, рыжим, всем до лампочки. Конечно, одной Уизли больше, одной меньше, кто вас считает. Весь Хогвартс заполонили. Скажи спасибо, что я её спас...    - Завали хлебало! - вскипел рыжий.    - А то что? - поигрывая палочкой, спросил Гарольд. Полыхая красными ушами, Рон потупился и отвел в сторону взгляд полный ненависти. - За вами теперь должок, ублюдки. Шевели батонами.    Кряхтя от натуги, Рон и Джейс поволокли Джинни дальше.    - Ступефай!    Гарольд механически пригнулся и как учили, довернул корпус, мгновенно перетекая в боевую стойку, луч заклинания пролетел над головой. Вот и кавалерия прибыла. Их не ждали, а они припёрлись, видимо за углом ждали отмашки.    - Мистер Блек! - послышался полный праведного возмущения голос Флитвика из сумрака коридора. Стало понятно, кто это у нас такой умный швыряется оглушалками. Джейс и Рон, бросив безвольную тушку Седьмой, синхронно нырнули в сторону и скрылись за каменным валуном.    Дав старт театральному представлению, от второй оглушалки, запущенной Дамболдором, Гарольд не стал уклоняться. Он поступил хитрее, незаметно активировав один из артефактов скрытого ношения, который ставил невидимый барьер против волшбы и позволял правдоподобно имитировать последствия заклинания. Качнувшись, симулянт бревном рухнул на холодный камень. Тут же из темноты выскочили Рон и Джейс, на безвольное тело посыпались удары ногами. Перейдя в транс, позволяющий терпеть боль, Гарольд незаметно двинул рукой с зажатыми в ней палочками троицы и подставил их под удар братца. Казалось, что хруст сломанных магических концентраторов раздался на всё подземелье.    - А-а-а, моя палочка! - дурниной взвыл Уизли.    - Минус двести очков с Гриффиндора и две недели отработок у меня, - отодвинув директора и бросив на него нечитаемый взгляд, вперёд вышел Кар. Поттер со товарищем заработали по сильной затрещине.    - Мистер Кар! - мгновенно взвился директор.    - Если отмените отработки, то эти двое могут на моих уроках не появляться, как и на уроках профессора МакГонагалл. Уверяю вас, об этом я позабочусь.    Странно, что никто не подумал расколдовать Гарольда. Видимо Дамболдор заранее побеспокоился о данном аспекте, планирую повернуть дело к своей вящей пользе, и запретил расколдовывать, как догадывался Гарольд, официального подозреваемого. Стрелочник найден, да он и не скрывался особо, намеренно подставившись под раздачу. Старик просто не мог не воспользоваться шансом, чтобы через мальчишку поглубже утопить Вальпургу Блек и нанести безответный удар по лагерю политических оппонентов. Именно на подобную реакцию рассчитывал хозяин подземелий и четверти школы. А с крёстной у него ещё будет разговор, хотя он сам виноват, настояв на проведении пары кровных ритуалов в конце каникул, усиливших магическую связь с женщиной. Вальпурга была против, долго упиралась и отбрехивалась, в конечном итоге уступив напору молодости. В отличие от самоуверенного малолетки она хорошо понимала последствия и чем это может аукнуться. Куча плюсов и минус в повышенной чувствительности. Недаром министерство запретило этот раздел магического искусства. Любая ошибка в ритуале грозила вылиться непредсказуемым результатом. Видимо они где-то самую малость напортачили, раз его недавно крючило от невыносимой боли. Интересно, эффект обратимый, временный или постоянный? Лениво, будто через силу стрельнув взглядом на собравшийся "педсовет", Гарольд решил подумать о ритуалистике в другом месте и в другое время, а пока он мог расслабиться, мерно покачиваясь в воздухе. Слава Мерлину, что Кар догадался наложить силенцио на поганцев, причитающих от потери палочек. Сил нет терпеть их вопли. Ну, и кто им теперь папа Карло, раз сами себе злобные Буратины?    Покинув подземелья и запечатав проход, делегация направилась не в учительскую или кабинет директора, а в большой зал, из-за дверей которого доносился многоголосый гул. Интересно, старик хочет разыграть первый акт трагедии на публику?    Пока связанный магическими путами подросток предавался своими мыслями, группа, возглавляемая старцем, проследовала между заполненными столами. Однако, быстро сюда всех согнали. Оперативно. Значит, Дамболдор всё заранее просчитал и привёл план в действие. Ладно, будем посмотреть. Принюхавшись и зашипев от нагревшегося кольца-определителя на пальце, Гарольд мысленно выматерился. Директор заранее разбрызгал у входа в зал целый букет зелий различной направленности. Работает на перспективу, самка собаки. Наверняка прикроется очередной шуткой близнецов Уизли. Не у всех есть амулеты защиты, вот их первыми и накроет, а там образуется толпа, разума не имеющая.    Ах-ты-ж ...ять с перебором! Стукнув бронзовыми ручками о каменную кладку, створки входных дверей открылись от мощного удара. В зал ввалилась группа слизеринцев шестого и седьмого курсов во главе со Снейпом. Флинт, Барроу, Найтвэлл, Хочкинс, Лайтмор и ещё тройка незнакомых Гарольду увальней и упертых поборников чистой крови под прицелом волшебных палочек конвоировали "грязнокровку" Гермиону и "предательницу" Дафну, в груди молодого человека заклокотала звериная ярость. По размазанным кровью мордам, синякам и кривящимся от боли физиономиям, порванным и подпаленным мантиям было видно, что юные леди хорошо накостыляли конвоирам. Впрочем, специалисту типа профессора Кара с первого взгляда стало понятен результат противостояния - девушки имели стопроцентные шансы победить, если бы работали на поражение, иначе говоря, убивали. Но дамы такой цели перед собой не ставили и их просто задавили массой. Всё же накачанные старшекурсники, знающие и умеющие в магии намного больше девчат, пусть и прошедших летом жестокую муштру у Лорда Гринграсса и владеющих Силой, в групповой схватке сильней даже сработанной пары. Разглядев связанного жениха, Гермиона шокировано распахнула глаза и остановилась. Взбешённый Снейп, которому тоже досталось на орехи, подлетел к ней сзади и грубо схватил девушку правой рукой за волосы, а другой пятёрней зафиксировал правый локоть Гермионы.    - Подонок! - взревел Гарольд, сбрасывая магические путы. - Отвали от неё!    Притянутая телекинезом скамья внезапно подсекла ноги Снейпа, но упасть на землю ему было не суждено. Подхваченный Силой, он со всей дури впечатался фэйсом в дубовый стол. Треск сломанного шнобеля разнёсся по всему залу, во все стороны брызнула кровавая юшка. Старшекурсники, хватаясь руками за невидимые удавки на шеях, повалились на колени. Недолго думая, Гермиона коленом сломала нос Флинту.    - ...!    Лучи невербальные заклинаний, вылетевшие из палочек директора и Блека, подло впились в спину Гарольда. Под шокированные возгласы студиозусов его на несколько метров подкинуло вверх и пару раз крутнуло вокруг оси.    - У-у-у-уЙ!    Подвывая от боли, давясь слезами и схватившись за тестикулы, за учительским столом свернулся на полу в позе эмбриона Блек. В последний момент Гарольд таки почувствовал враждебную волшбу и успел силой запустить в полёт тяжеленную секиру, которая до этого покоилась в латных перчатках одного из рыцарских доспехов, стоявших поблизости. Увлечённый нападением на резвого парня, Сириус прошляпил опасность. Кар и МакГонагалл видели результат действий ученика, но предупреждать и не дай Мерлин, помочь коллеге не подумали. Минерва незаметно, буквально чуть-чуть, подправила траекторию полёта и добавила секире ускорения. Свистнув, тупая рукоятка летящей на первой космической скорости дурынды прошила магический щит и влепила по причинному месту черноволосого анимага. Сила удара была такова, что человека не самого маленького веса перебросило через стол. Мужская часть зала рефлекторно вздрогнула и инстинктивно прикрылась руками. В головах абсолютно всех присутствующих пронеслась мысль, что отныне о детях Блек может забыть навсегда. В подобных случаях магическая медицина бессильна.    В целом ситуация чем-то напоминала анекдот про незадачливого охотника, который поймал медведя. Вроде и поймал и на стан не отнести, потому, что медведь не пускает. Пикантность заключалось в том, что обе стороны одновременно играли роли и охотников, и медведей. Хотя лидер светлых сил считал охотником себя, а добычей всех остальных.    Дергаться сейчас бесполезно, лучше, по примеру британских полицейских, расслабиться и наслаждаться представлением одного актёра. Дамболдор пошёл ва-банк, ставя всё на "зеро" или на что он там ставил. Ха, дед просто не знает о степени радости и морального облегчения юного мистера Эванса, если его исключат из школы. Как бы не пыхтел старичок, ничего серьёзного инкриминировать не выйдет. Доказательств нет, хотя когда и где власть заботилась доказательствами? Тут председатель Визенгамота не подозревает, что он самолично занёс ногу над волчьей ямой с кольями и сейчас балансирует на краю. Ничего, время это такая субстанция, которая может подождать падения Колосса Родосского. А в том, что Дамби рано или поздно рухнет, Гарольд ни секунды не сомневался. Слишком большое количество мелких ошибок начал допускать директор, да Поттер ему периодически кузьмит, да и верный зельевар как тот волк всё на лес посматривает. Нет, не вынесет Боливар двоих, никак не вынесет, а троих и подавно.    Дед всея Британии вновь связал оглушенного ершистого второкурсника и накинул на воющую псину заглушающие чары, Снейп справился сам. Видно ему не впервой ломали нос, зельевар успел наработать опыт по устранению последствий. Не заморачиваясь, директор, кинул безвольное тело Гарольда перед собой на каменный пол. Грубо работает, старичок. Мысленное замечание на грубость было проигнорировано, Дамболдор действительно решил устроить импровизированное судилище. Ага, куёт деньги не отходя от кассы. Не успели собранные в Большом зале студиозусы и профессора глазом моргнуть, как старик разлился соловьиной трелью, повествуя о глубинах морального падения некоторых товарищей, которые им совсем не товарищи. Пригретая на груди подколодная змеюка они, а не товарищ, тварь, втёршаяся в доверие. Бедный отец - Джеймс Поттер, бедный Род Поттер, они к нему с распростертыми объятиями, а он отплатил чёрной неблагодарностью... На примере Гарри Эванса, изгнанника из Рода Поттер, директор показывал, к каким последствиям может привести увлечение тёмной магией, но... НО! Хогвартс славен именно тем, что в его стенах любой может найти приют и ему здесь всегда дадут второй шанс, так что тёмная душа, погрязшая во мгле, всегда может встать на путь света и доказать полезность обществу. Лёжа на полу, Гарольд не мог поверить, что народ поведётся на этот бред.    Старик недаром слыл опытным магом, оратором он оказался ничуть не худшим. Он умело пользовался голосом, вплетая в слова магию бардов, которые прославились исполнением баллад в раннем средневековье. Дамболдор умело насиловал мозги окружающим. Насколько позволяло положение, Гарольд пробегал взглядом по лицам собранных в зале людей. Печалило то, что большая часть детей и, как оказалось, вызванных в замок авроров, повелись на абсурдные речи, личным примером подтверждая тезис и утверждения, что современные британские маги давно не пользуются собственными мозгами, предпочитая жить и вращаться вокруг дерьма, которым их потчует Дерьмодор и министерство. Радовало осознание, что часть Гриффиндора, общавшаяся с Гарольдом чаще всего, не повелась на директорские бредни. Ни мертвенно бледная МакГонагалл, ни Кар с Флитвиком ни на грамм не усомнились в невиновности обвиняемого, некоторые слизеринцы и ровенкловцы, скрипя зубами, кидали на оратора гневные взгляды, выпущенная на волю эмпатия не врала. На моей стороне осталось не так много народу, но лиха беды начало.    А дед всё пел и пел. Когда же он заткнётся? Молитвы не нашли отклика и не возымели действия. Скорее наоборот. Подозвав к себе братца обвиняемого, директор приставил к виску Джейса волшебную палочку и начал извлекать из его головы воспоминания. Вытащив длинную серебристую ленту, он взмахнул палочкой и произнёс зубодробильную фразу. В воздухе замерцало нечёткое призрачное изображение, на котором, тем не менее, можно было разглядеть Гарольда, хлопающего ладонью по боку василиска. Король змей после этого скрылся во тьме зала, только костяной кончик хвоста мелькнул, также зрителям продемонстрировали лежащую на полу рыжую уизлетту, а вот сценку с дневником цензура "вырезала". Глянув на слизеринцев, дед раздражённо скрипнул зубами. "Кино" добавило сторонников совсем не ему. Поспешил он с предъявлением доказательной базы, не подумал. Не давая кому-либо вставить хоть слово, Дамболдор, в стиле американских конгрессменов, сыпал голословными обвинениями, хорошо хоть в совращении Евы не обвинял. С него станется. И такой Гарольд, и сякой, и, вообще, таким в школе не место, но! НО! Администрация школы не имеет права заменять собой правосудие, поэтому подозреваемого в учинение беспорядков передают в руки органов правопорядка. Да, это тяжело, да, это ставит несмываемое грязное пятно на репутации школы, но судьбу Гарольда должен определить Аврорат, в компетенции которого провести следственные мероприятия и представить их на суд общественности или опровергнуть предъявленные обвинения. Нельзя исключать того, что он ошибается, а Джейсу Поттеру навели искусственные воспоминания. Пока что единственным обвинением Гароду Эвансу остаётся неспровоцированное обвинение на профессора Снейпа и профессора Блека. Вот же шут гороховый. Как языком мелет, аж заслушаешься. Падлюка старый, мог же, скотина, отчислить. Так нет, и здесь гадит, оставляя ниточку в своих руках, попутно широким жестом формируя себе ореол доброго дедушки, которого вынудили, а он так, в сторонке стоял.    Раздвигая школьников плечами, к учительскому столу вышли авроры. Нацепив на школьника антимагические кандалы и подхватив его на руки, они покинули зал. Через пять минут слуги закона пересекли антиаппарационный барьер и аппарировали, казалось бы финита ля комедия, но школьники испытали ещё один шок за вечер. Представление на бис устроила Гермиона Грейнджер. Не успели исчезнуть авроры, как девушка вышла на свободный пятачок и подняла вверх правую руку:    - Я, Гермиона Джин Грейнджер, Новая Кровь, невеста Гарольда Эванса перед Магией, личная ученица Леди Блек, перед лицом Магии объявляю кровную...    - Силенцио! - гнусаво проорал Снейп, стремительно махнув палочкой.    Поперхнувшись на половине слова, Грейнджер, чьи уста были запечатаны магией, и чей статус в глазах чистокровных только что взлетел до невообразимых высот, лениво повела рукой и на профессоров, сея панику, опрокинулся дубовый стол, а зельевара огрели по голове прилетевшие из-за спины доспехи. Плюнув на старшекурсников, Гермиона коснулась кольца, проявившегося на безымянном пальце левой руки. Громкий хлопок разрываемого пространства и девушку унёс мощный портал. За сим последовала серия хлопков, с которыми из Хогвартса исчезли сестры Гринграсс и все друзья-вассалы Гарольда. Директор обвёл бешеным взглядом зал. Ничтожные подонки! Все, все подонки! Он им ещё покажет!    Девчонка Грейнджер сама того не подозревая ткнула его длинным носом в целую кучу отборного гуано. Победа вышла пирровой.             Проникни сейчас сторонний наблюдатель в кабинет за винтовой лестницей и каменной стражницей перед крепкой дубовой дверью, его глазам предстал бы мечущийся по клетке лев. Хорошо-хорошо, волшебник, который нервно мерил ногами катеты и гипотенузы помещения, на льва тянул с очень большой натяжкой и то при громадном, можно сказать вселенском желании польстить ему, длиннобородый маг с серебряными колокольчиками в бороде, в данный момент заглушенными специальным заклинанием, больше всего сейчас напоминал бешеного козла в загоне. Только что он не блеял в отчаянии. Метаясь между столом и шкафами с толстыми фолиантами и различными тикающими, трещащими и постукивающими блестящими финтифлюшками на полках, Дамболдор напряжённо думал, как его угораздило спороть глупость и что делать, чтобы ошибка превратилась из провала в победу.    Как же так вышло, что он, привыкший к тихим, незаметным интригам и пакостям, исполненным чужими руками, позволил себе лично инициировать громкий скандал? Схватив со стола трубку, директор запустил её в карман мантии и привычным движением большого пальца набил табаком "носогрейку" с длинным изогнутым мундштуком. Трубка делала его похожим на образ знаменитого волшебника Гендальфа из книги маггловского писателя Толкина, что положительно сказывалось на репутации директора в среде выходцев из маггловского мира. Год за годом маска всезнающего добряка прирастала к лицу, пока окончательно не стало им, но сейчас маг, прикуривающий от огня с кончика волшебной палочки, был словно злое гротескное отражение коллеги из Средиземья. Шарж, перекошенная карикатура.    Мерлиновы подштанники, как он мог прозевать Грейнджер? Как, Мордред задери?! Ведь всё, всё указывало на её ученичество у проклятой Морганой старухи Блек. Личное ученичество. Эти два слова многое скажут понимающим людям и тем, кто подвязался в политике и котлу интриг, варящемуся в кулуарах Визенгамота. С самого первого дня первого курса за слизеринской грязнокровкой прочно закрепилась слава заучки. При всём при том, Грейнджер не лезла в первые ряды и не выпрыгивала из шкуры, пытаясь показать себя умнее других и заслужить похвалу преподавателей. Ни один студиозус за девочкой не замечал подобного. Наоборот, слизеринка вела себя подчёркнуто чинно и благородно, с наставлениями не лезла, манерами и знанием этикета напоминая юную леди голубых кровей. А как она утирала нос малфоевкому выкормышу?! Песня! Просто загляденье. Язык у грязнокровки оказался подвешен на диво изумительно. Ни одного бранного слова или повышения тона, а оппонент с головы до пят выкупан в отборной грязи. Школа словесных баталий чувствовалась изрядная. Стоило уже тогда поставить выскочку на кончик пера, теперь уже поздно кукарекать, время упущено. Как же, первоначальное мнение, что импровизация Грейнджер была случайной, разбивалось под давлением логики и выпирающих из-за всех щелей фактов.    Вальпурга Блек не стала бы браться за кого попало, старуха тактически переиграла его. Вывезя наследницу во Францию и заключив помолвку оной с местным аристократишкой, она заручилась поддержкой континенталов, издревле строивших козни островитянам, но ей этого оказалось мало. Мало того, что Нимфадора изящно выскользнула из расставленной директором сети, так матриарх Рода взялась за подготовку полномочного представителя Блеков в Визенгамоте. Никем иным личная ученица этой одиозной личности просто быть не может. Несмотря на все демонстрируемые таланты, Нимфадора на политического деятеля не тянула, зато умненькая, хладнокровная и талантливая магглорождённая Грейнджер продемонстрировала все задатки, свойственные политическому лидеру. Старуха Блек подмяла под себя традиционалистов и фракцию ублюдка Гринграсса, а её ученица взяла под крыло его дочерей, а вкупе с мальчишкой Эвансом они сумели выстроить настоящее оппозиционное директору движение непосредственно у него под носом - в школе! В школе! Вальпурга хорошо натаскала девчонку. Как же, никто подумать не мог, что аристократка голубых кровей выкинет подобный финт ушами и так красиво обведёт оппонентов вокруг пальца, разбив все обвинения в маглоненавистности ещё до того, как они прозвучали. Теперь традиционалистам глотки просто так не заткнёшь. Пример Блек налицо, а на каждый роток не накинешь платок. Ведь, как ни крути, теперь именно Блек, мордредова дрянь, имеет все права вещать с передовых позиций интеграции магглорождённых в магический мир и, соответственно, обратного проникновения. Недаром она окопалась в киноиндустрии и делает на магглах громадные деньги, а где деньги там и власть. А как девчонка обыграла статус крови! При всей школе объявить себя Новой Кровью. Да, для подобного надо иметь стальные яйца. Ловко, ничего не скажешь. Пусть сама Грейнджер уже захомутана резвым Эвансом, но их будущие дети сами по себе тоже неплохой приз для отягощённых родовыми проклятиями семей и родов, да и кто сказал, что Эванс вечен? Магическая помолвка защищает от зелий и приворотов-отворотов, но смерти всё равно, есть ли у тебя кольцо на пальце. Хотя рисковать репутацией? Нет, измельчали маги, кишка у них тонка отправить Эванса к Хель. Теперь заинтересованные лица начнут хороводы кружить вокруг девчонки и её наставницы, а магические свахи потянутся к старухе птичьими косяками и колоннами. Грейнджер сыграла в долгую, многим членам Визенгамота ссориться с Блеками стало не с руки, а директор оказался по уши в дерьме не только из-за того, что проглядел перспективного кадра, а из-за исчезновения целой группы студиозусов прямо из Большого зала. Репутация самого защищённого места на территории Британии рассыпалась карточным домиком, рухнувшим от лёгкого дуновения ветерка. Все заявления директора на поверку оказались пустопорожней брехнёй и это заставляло последнего злиться пуще прежнего. Какими же магическими тайнами обладают Блеки, в частности одна недобитая старуха, что изготовленные ими аварийные портключи способны пробивать защиты Хогвартса, наложенные ещё Основателями и усиливаемые тысячелетие чередой неслабых магов и директоров школы. Блек не побоялась снабдить цацками Гринграссов и грязнокровок из свиты ученицы. Обладание подобной вещью, завязанной на кровь, само по себе поднимало статус в школьной среде до невиданных высот, как и грубая беспалочковая магия, с помощью которой девчонка опрокинула стол и бросила в Северуса рыцарские доспехи. Хотя мальчик и его подручные сами виноваты, зачем они исполнили просьбу-приказ директора чуть ли не буквально? Ну, сказал он Снейпу притащить наследницу Гринграсс и грязнокровку в большой зал, но силу к ним зачем было применять?    Выкурив трубку, Дамболдор вновь нырнул в карман и набил табаком вторую порцию. Прикурив и затянувшись, он остановился взглядом на бумагах и пергаментах с официальными гербами Аврората. Ещё одна головная боль. Джеймс, мальчик мой, что же ты творишь? Пора окорачивать Поттера, иначе объявленный заместителем начальника Аврората Крестовый Поход против темных магов обернётся чередой неразрешимых проблем и погребёт под собой репутацию не только Джеймса, но и лично Дамболдору достанется на орехи. Пришло время запускать печатный станок "Ежедневного пророка", тем самым подавая последние школьные события в нужном и выгодном, хм-м, для света свете.    Перестав метаться и обретя некое подобие душевного покоя, позволявшего мыслить в рациональном ключе, директор уселся в кресло и принялся анализировать прошедший день, пытаясь методом логических связей вычислить причины своего срыва и тяги к ненужной театральщине с мальчишкой Эвансом. Стоило ли тащить поганца в Большой зал? Нет. На поверку это решение оказалось ошибкой. Задним числом, гораздо позже, Дамболдор восстановил хронологию событий, досадуя над тем, что более половины Гриффиндора на камне истины готовы засвидетельствовать невиновность товарища, который во время полученного Минервой отката был на глазах однокурсников и организовал помощь декану. Что же послужило причиной лёгкой неадекватности старого, прожженного интригина, половину века не допускающего детских ошибок? В миг озарения Дамболдор чуть не прищёлкнул пальцами от наплыва чувств. Старый дурак! Расслабился, забыл, что темная магия с человеческими жертвами в первую очередь отражается на эмоциях и погружает разум в эйфорию, сравнимую с наркотической, а темноты в предыдущие сутки было хоть отбавляй: тюрьма и камни душ, ритуал со снятием клятвенных крепей в Хогвартсе с Грюма и Снейпа. Директор аж крякнул от досады.    Нашедший причину фиаско, директор не включал в рассматриваемые переменные подчинённых. Как оказалось, зря. Подозревай бородатый аналитик об очередной порции мальтисоставного поликомпонетного яда от "верного" зельевара, поток площадной брани легко снёс бы Лондон и Хогвартс до скального основания. Старый паук перехитрил самого себя. Почувствовав ослабление одной из многочисленных удавок и избавившись от давлеющего над ним бичом откатов, зельевар моментально отплатил "благодетелю" черной неблагодарностью. Психотропный яд на одежде, активирующийся от контакта с выделениями потных желез, хитрый состав на ручке входной двери, мельчайшие капли в слюне, вылетевшие с громогласным чихом Снейпа во время приборки запылённого ритуального зала. Дамболдора микроскопическая гомеопатическая доза не убила, но в сочетании со всеми всплывшими факторами она временно сорвала его психику с нарезок. Возраст тоже сыграл своё дело, как и желание покрасоваться вместе с чрезвычайно гипертрофированным ЧСВ и прущим из прогнившего нутра пафосом.    Да, директор перехитрил сам себя. Дамболдор не собирался ослаблять повод удерживающий ручного пожиранца. Освобождение от клятв и откатов не означает свободы от прочих обетов и отправки в свободное плаванье.нет уж, ему и так жирно будет. Перед ритуалом бывшему смертожорцу споили хитрое зелье подчинения. Тот тоже не обольщался добротой хозяина, определив, что ему скормили и как с данным действом бороться, но критическое мышление до очистки организма оказалось сдвинуто в сторону безусловного подчинения. Прихватив главных магглоненавистников факультета, Снейп тупо, исключая иное толкование, исполнил приказ патрона от "а" до "я". Во время бунта мелкой мерзавки и затыкания рта "силенцио", бывший декан угодил в тщательно расставленную ловушку, последствия которой прорежутся гораздо позже. Впрочем, он ещё имел шансы узнать о ней из сплетен, которые школьники передают друг другу на ухо, предварительно навешав кучу защитных пологов от подслушивания, но ученики не спешили делиться с бывшим деканом и проклятыми старшекурсниками результатами наблюдений и чужих секретов.    Оказывается, когда Гарольд Эванс с помощью скамьи и дубового стола выбивал дурь из Снейпа, Гермиона успела сплести "Проклятие евнуха" - эксклюзивную разработку Блеков, за основу которого брались средневековые разработки ближневосточных и магрибских колдунов. Библиотека древнего семейства хранила множество древних фолиантов, а жадная до знаний девочка всегда была рада почерпнуть что-то новое. Статус личной ученицы главы Рода открывал перед любознательной ученицей многие запретные гримуары. Изюминкой магической кастрации было то, что снять проклятие мог снять только накладывающий или, в случае Гермионы, наставница. Статус личной ученицы главы приравнивал девушку к члену Рода Блек, этим всё сказано. Злости, ярости и незамутнённой ненависти, клокочущей в груди девушки, хватило для невербального беспалочкового колдовства, до этого дня дававшегося ей с трудом. В расставленную сеть влетели Снейп и все конвоиры. В связи с тем, что группа магов оказалась больше, чем рассчитывалось, мужские органы остались у подонков на месте, но вот главную свою функцию они утратили напрочь. Среди студиозусов райвенкло и слизерина нашлись талантливые ребята, владеющие магическим зрением в полном объёме. Они разглядели чары, правда сразу сообразить, что применила второкурсница у них не получилось.    Мы на минуту позволим себе забежать в недалёкое будущее, всего на неделю или чуть больше от разыгравшей трагедии и приоткрыть завесу. На следующий день несколько райвенкловцев занялись изыскательством, флаг им в руки, и таки сумели разгадать ребус. Подсказку фанатам от науки дала сплетня, пришедшая с факультета змеек: Конрад Барроу, слывший сексуальным мачо, конкретно оконфузился во время выхода в Хогсмид и посещения специализированного заведения. Барроу показал полную несостоятельность как мужчина... "Девочки", с которых шокированный клиент забыл взять клятву молчания, поделились новостью с некоторыми подругами. Дня не прошло, как сплетня докатилась до слизеринцев, а вскоре стала достоянием всей школы и только небольшая группа людей оставалась в счастливом неведенье. Ничего, змейки отличаются завидным терпением и обожают цирковые представления в кулуарах, особенно с "ближними" своими. Так их воспитывали и с этим ничего поделать нельзя, как и с тем, что некоторые отправили домой сов с описанием пикантных подробностей беды, постигшей наследников чистокровных семейств. Слизеринцы Флинт, Барроу, Лайтмор и Портман были единственными сыновьями и, соответственно, всеми отсюда вытекающими последствиями. Публика предвкушала пляски глав родов выше упомянутых фамилий вокруг матриарха Блеков, тем паче, по слухам, слегшая от болезни Вальпурга передала главенство Нимфадоре. Перед снятием с себя звания главы, перебравшаяся во Францию Вальпурга провела ритуал изгнания из Рода старшего сына. Слышащие могли слышать жуткий вой из апартаментов профессора на второй день после ареста Гарольда Эванса. Видящие имели возможность своими глазами видеть изменения в ауре Сириуса. Изгнание всегда было болезненным, некоторые не переживали данного процесса и только высокая плотность магии в древнем замке не позволила бывшему Блеку окочуриться или сойти с ума. Школьники не знали, что Дафна прочитала по губам Гарольда, когда того тащили на выход авроры, фразу про кровную связь и сумела связать состояние Вальпурги Блек со словами Эванса. Мать не простила предательства родного сына... Декады не прошло, как ушлые деятели (как не странно, с барсучьего факультета), держащие школьный тотализатор, начали принимать ставки на размер виры, который Нимфадора Блек сдерёт с пострадавших семейств, когда до тех дойдёт информация и размер пятой точки, в которую влипли наследники и Рода в целом. Ставили студиозусы, ставили преподаватели. Профессор Кар поставил сто галеонов, МакГонагалл расшедрилась на две сотни, общий банк рос не по дням, а по часам, угрожая перевалить за фантастическую цифру в десять тысяч приятных глазу кругляшков. Но это всё дела недалёкого будущего, а в настоящем директор занялся работой с документами. Обязанности верховного судьи Визенгамота с него никто не снимал. Аврорат и судейская коллегия, словно с цепи сорвались и плевать им на разыгравшуюся мигрень и неприятную ломоту в суставах.    Раздраженно отложив недокуренную трубку на специальную подставку, Дамболдор окунулся в работу. Через час голова верховного судьи просто раскалывалась от боли и металлического стука в висках. Разум уже просто не воспринимал поток информации. Решив, что с него на сегодня довольно и пора заканчивать, директор обмакнул кончик изящного пера в чернильницу и, не читая, поставил визу на запрос аврората за подписью Джеймса Поттера на перевод подследственного из министерского изолятора в Азкабан. Вызвав сову, Дамболдор уменьшил отработанную кипу документов и вложил её в специальную коробочку, привязанную к лапке птицы. Важно ухнув, министерская сова вылетела в окно...          - Собирайся, щенок! - ввалившись в камеру предварительного заключения при аврорате, Джеймс Поттер скорчил надменно-презрительную рожу и сплюнул в угол с парашей.    - А мне и здесь неплохо, - лениво выплюнул узник, по-барски развалившийся на узкой деревянной шконке камеры-одиночки. - Ещё бы твою рожу не видеть, совсем курорт был бы. Тихо, спокойно, трёхразовое питание.    - Будет тебе, выродок, трёхразовое питание, - погано ухмыльнулся Поттер. - Остолбеней! - волшебная палочка выплюнула веер лучей вместо ожидаемого одного-единственного. При всём желании увернуться от них на ограниченной пространстве не было никакой возможности. - Упакуйте его!    Процедив приказ через плечо, Поттер посторонился, пропуская в камеру двух мордоворотов с лицами, не обезображенными печатями интеллекта. Узника споро упаковали в специальные антимагические кандалы, предварительно пшикнув ему в лицо какой-то дрянью, от которой взгляд, метавший молнии и грозивший лютыми карами, подёрнулся мутной плёнкой апатии.    - Готово, шеф, - прогудел один из мордоворотов.    - Выносим его на аппарационную площадку.    - Куда его? - проявил интерес второй держиморда.    - Не ваше дело! - вызверился заместитель начальника аврората. - Меньше знаете, крепче спите. Понятно?!    - А-то ж, - индифферентно пожали плечами громилы, волоча безвольного узника как пушинку. Шеф верно сказал, им душевные метания перед сном ни к чему, чай не экзальтированные дамочки, чтобы испытывать муки совести и души томленье. - Куды аппарировать будем?    Вместо ответа Поттер вынул из кармана форменной мантии двухметровый обрезок репшнура. Оплетка старой, потёртой зачарованной альпинисткой веревки без всяких артефактов светилась от вкачанной в неё магии. Громилы уважительно крякнули - чар на двусторонний портключ, наводящийся на определённые, вбитые в структуру заклинаний координаты, наложено огромное количество. Сразу видна работа мастеров с большой буквы "М". Такие портключи, способные пробивать или обходить крепостные барьеры, наперечёт. На всю Англию их по пальцам одной руки пересчитать можно.    - Хватайтесь и этого, смотрите мне, не выпустите. Портус.    Троица стражей закона и их узник исчезли с негромким хлопком воздуха, заполнившего освободившееся пространство. Микроскопический отрезок времени спустя на специальной, защищённой от несанкционированного проникновения аппарационной площадке Азкабана появились посетители. Тюрьма и есть тюрьма, даже аппарационный узел в ней размещён в глухом каменном мешке, выбраться из которого просто так не дадут боевые ловушки и барьеры. Одно неверное движение и дно мешка украсит кровавый фарш. Да, в Азкабан можно было попасть и другим путем, стоившим немало денег (контрабанда в тюрьме и незаконные сдания с заключёнными цветут махровым цветом), но тайные пути тоже охраняются со всем тщанием и имеют многоступенчатую систему защиты. В ДМП и аврорате знали о подпольном бизнесе начальника пенитенциарного заведения, предпочитая закрывать глаза на грешки стражи, считая подработку некой компенсацией за соседство с дементорами.    - Вильям! - гаркнул в пустоту Поттер. Прибывшие дружно вздрогнули под чужим потусторонним взглядом, прошедшим по ним подобно наждачной бумаге, которой провели по полированной поверхности. Сканирующие заклинания никогда не отличались приятным флером, а сегодня посетителей будто туда-сюда несколько раз провели через металлические ерши.    По стенкам колодца пробежала рябь, деактивирующая стоящие на взводе маголовушки, на сплошной кладке, выполненной из прямоугольных гранитных блоков, образовалась тонкая щель, пробежавшая по контуру массивной двери. Толстенный прямоугольник бесшумно отъехал в сторону.    - Люмос! - от детского заклинания, произнесённого грубым прокуренным голосом, в центре каменного колодца загорелось маленькое солнышко, на пол и стены легли черные изломанные тени. Из темного зева проёма под лучи люмоса шагнула стандартная троица стражи с палочками наизготовку.    - Принимайте "товар", - криво ощерился второй аврор страны.    - Вы там в арорате не охренели часом? - сдвинув к переносице густые подёрнутые сединой кустистые брови, прокаркал Вильям Лоусон, он же начальник негостеприимного заведения, досиживающий последние дни на промороженном дементорами жестком кресле. Долгожданная пенсия нагрянула незаметно, а министерские крысы до сих не озаботились сменщиком. Да и бездна с ними, Вильяму плевать на чернильных клуш с высоты сторожевой башни четвёртого форта. На Азкабан тоже плевать. Ни одного лишнего дня он в этом проклятом Мерлином морозильнике не задержится, милый сердцу домик на пляжах Доминиканы давно дожидается владельца, мечтающего на старости лет погреть косточки на горячих тропических песках. Самые приближённые к начальнику стражи обзавелись недвижимостью недалеко от сурового шефа. - Какого сраного Мордреда в Азкабан начали пихать мелких щенков? Аврорат совсем мышей не ловит или жульё в Лютном в край измельчало?    - Не твоё дело, старик, - высокомерно ответил Поттер. - Тебе платят не за вопросы, а чтобы рот держал на замке.    - Не учи меня жить, мальчик! За что мне платят не твоё собачье дело. Давай бумаги и пошёл отсель на хрен, - протянув за документами протез-клешню вместо руки и окатив троицу конвоиров брезгливым взглядом, сказал Лоусон. Стражники за его спиной, такие же ветераны предпенсионного возраста, "сосланные" в тюрьму за мнимые или реальные грехи перед руководством аврората или ДМП, нахмурившись придвинулись Лоусону. Бывшие авроры недолюбливали молодую поросль - лизоблюдов директора Хогвартса, которая с его подачи заправляла делами в аврорате. Старики успели хлебнуть лиха во Франции в сорок четвёртом и сорок пятом годах и не забыли слухов, гулявших в тот период, о нежной дружбе Дамболдора и Гриндевальда. Руку Лоусон потерял там же, поэтому память у него оказалась долгая, что неудивительно при постоянном ежедневном деревянном напоминании.    - Гляньте, парни, - начальник тюрьмы развернул подписанный верховным магом Визенгамота ордер и показал его коллегам. - Старый склизкий хрен совсем обезумел и окончательно впал в маразм, поцелуй его дементор в зад. Мордред, додуматься сажать мелкого щегла в "строгую" зону. Это же кем надо быть?! Видимо феникс паука ему все мозги выклевал, раз старый пердун подмахнул бумаги авроратского долбоклюя . Забирайте мальчишку, парни.    Взмахом палочки, тюремная стража подвесила арестанта в воздухе и скрылась в вязкой темноте прохода.    - Хотите оспорить предписание Визенгамота? - вздёрнул бровь Джеймс Поттер, чьё уязвлённое самолюбие настоятельно требовало сатисфакции. Увальни за спиной заместителя начальника обладали житейской сметкой, поэтому рассудительно помалкивали. Не слишком глубоко в душе они злорадно хихикали, наслаждаясь пикировкой Поттера и Лоусона, который, не оглядываясь на авторитеты, походя макнул очкарика в дерьмо.    - Почему же? - пожал плечами Лоусон, бросая на оппонента брезгливый взгляд. - Нам приказывают, мы делаем, что тут непонятного? Виза заместителя начальника присутствует? Присутствует! Подпись главной шишки Визенгамота есть? Есть! Сделаем в лучшем виде, отвечать ведь вам, мальчик на побегушках. А теперь не соизволите ли очистить воздух? Смердит что-то, знаете ли.    Пустив парфянскую стрелу, Лоусон шагнул за порог, каменная дверь скользнула на место. Злобно скрипнув зубами, Джейс Поттер кинул сопровождающим репшнур и активировал портключ. Тяжело сдерживать себя, когда на тебя смотрят как на ущербного экзотического таракана - с неприкрытой брезгливостью, засевшей на складках губ, и отвращением, мелькающим во взгляде. Джеймсу было невдомёк, что опальный аврор, сосланный в почётную ссылку, владел магическим зрением. Для Лоусона не стали секретом изменения в ауре незваного гостя. Чарльз Поттер перевернулся бы в гробу, скажи ему доброжелатели о формирующейся у сына метке предателя крови. Позор! Магия никого не наказывает просто так.    Сняв с парнишки "силенцио", Вильям задал вопрос:    - За что вас к нам, мистер Эванс?    - Вы не поверите, за всё хорошее! - парень не терял присутствия духа.    - О как? Поверю, я привык верить хорошим людям. А в сопроводиловке написано о попытке убийства ученика первого курса и о покушении на жизнь преподавателя. Вы у нас идёте по статье отпетого рецидивиста, мистер Эванс.    - Можно глянуть хоть одним глазком? - по-прежнему вися в воздухе, попросил Эванс.    - Да хоть двумя, - хохотнул Лоусон, разворачивая гербовой пергамент.    - Взаправду рецидивист, - сарказм полноводной рекой стекал с уст молодого человека. - Вот и спасай после этого предателей крови.    - Это с кем вам не повезло?    - Младшая Уизли. Вот скажите мне, гражданин начальник, каким олухом надо быть, чтобы прохлопать ушами черномагический артефакт у единственной дочери? Это ещё ладно, наш Светоч на всю Британию декларировал безопасность школы. Мол, дети наше достояние и враг не пройдёт, а рыжая пигалица два месяца носилась по школе с подчиняющей дрянью и ни одна система безопасности не сработала. Где, спрашивается, был директор?    - Уизли вечно были с придурью, а директор себе на уме. Сочувствую, парень, но ничего поделать не могу, если только подарить этот вонючий пергамент.    - А подарите, не откажусь. Я его под подушкой, для дополнительной мягкости держать буду. Пригодится на будущее, когда я отсюда выйду.    - Если выйдешь, парень. Мне жаль тебя разочаровывать. В бумаге не обозначен срок, а такие прописываются у нас до конца дней. Поверь моему опыту.    - Когда выйду. Не "если" - "когда"! - с железной уверенностью поставил точку Эванс.    Лоусон хмыкнул. Может быть он ошибается. Может быть прав мальчишка. Утром доставят "Ежедневный пророк", интуиция подсказывала тюремщику, что многое прояснится завтра, а послезавтра ему, Юхану Бренсону и Майку Бреве будет начхать на проблемы тюрьмы и Британии. Пенсия. Впервые в жизни Лоусон радовался скорому отъезду с остающимися за спиной дрязгами и бурлящим котлом интриг. Пацан многого недоговаривает. Он вообще ни о чем не говорит, но любой, хоть каплю разбирающийся в политических раскладах, сходу определит, что малец угодил в паутину Дамболдора и ничего хорошего его не ждёт. Паук выпивает мух досуха.    - Юхан.    - Ась? - лениво отозвался стражник.    - Скажешь, чтобы малому выдали два одеяла и определи его в камеру потеплее. В которой не дует. В Северном Форте есть такие, из них пара пустых.    - Сделаю. Малой, сам пойдёшь или повисишь? - спросил Юхан Эванса.    - Повисю... Повишу, если вам не трудно. Чувствую себя в гамаке, прикольно. Когда ещё меня покатают бесплатно?    - Извини, парень, бесплатно у нас только дементоры на десерт, - грустно произнёс Лоусон. Скотская работа! Эванс невиновен, всё нутро кричит об этом, но... Не продержится пацан. Твари в драных балахонах за неделю превратят его в овоща. Мордред, будь проклят Дамболдор и его жополизы, и клятвы, которые даёт администрация тюрьмы, заступая на должность. Лоусон всей душой начинал жалеть б уходе на пенсию.    - Юхан!    - Аюшки?    - Возьми десяток плиток шоколада, ты знаешь где, положишь малому под матрас. Извини, парень, это всё, что я могу.    - Спасибо, - поблагодарил Эванс. - Поверьте, я не забуду.    Взмахнув палочкой, начальник тюрьмы сотворил магическую копию пергамента. Ещё раз скептически хмыкнув, он заложил оригинал мальчишке за поясной ремень. Возможно, он не прав и мальчишка выйдет из тюрьмы... Возможно. Но если он выйдет, то участи директора и Джеймса Поттера не стоит завидовать...    Уже послезавтра проблемы заключённых и персонала уйдут даже не на второй, а на десятый план, но на душе старого ветерана было муторно и скребли книзлы. Напиться что ли?          Дамболдор разражено мерил диагонали и стороны кабинета. Газетные статьи несколько остудили накал эмоций в обществе, но предъявленные мелкому засранцу обвинения разваливались на глазах. Куча свидетелей на факультете во главе с Минервой камня на камне не оставляли от первоначальной версии директора, посредством "ЕП" доведённой до широкой общественности. Письма, совы, оппоненты из фракции традиционалистов в Визенгамоте и следственная бригада ДМП сделали своё пагубное дело. Эванса придётся выпустить из камеры аврората.    Время сделать шаг назад. Он знал, что так и будет, толпа легко поддается пагубному влиянию, особенно когда за проливом газеты магических издательств запестрели статьями о творящихся в Хогвартсе непотребствах. Оперативно остановить вал не удалось и он перескочил через узкую полоску воды, отделявшую континент от Британских островов. Ударом под дых оказалось интервью Поппи, бросившей школу и перебравшейся во Францию вслед за личными учениками. Мадам максим с радостью приняла на работу знаменитого колдомедика и предоставила место английским беглецам. Поппи не стеснялась в выражениях, вывалив на бывшего патрона ушат грязи и обелив Минерву. По большому счёту откровениями школьной целительницы можно было пренебречь, нужные люди успели купировать вопрос в СМИ, но тут всплыл фактор Святого Мунго и заретушированная проблема покатилась по наклонной. Враги ударили точно в слабое место обороны, указывая, что стараниями директора страна лишилась трёх целителей. Трёх! Два из них с раскрывающимся магическим даром, выявленным первый раз за десять лет, а теперь они покинули Англию! Псов моментально спустили с цепи. Ещё родные пенаты покинула наследница Гринграсс, ставшая жертвой нападения ручного пожирателя директора и Леди де Мендоса. Гриффиндорская грязнокровка из свиты Эванса на самом деле оказалась настоящей графиней, владелицей замка в Андалузии и чистокровной ведьмой в энном поколении. Акции сторонников Малфоев и чистой крови, имевших неосторожность третировать Ребекку Каннингем, полетели вниз. Испанское министерство магии выставило островитянам солидный счёт. За раз не отмашешься. Вообще, островные снобы и Дамболдор, в частности, показали себя с наихудшей стороны. Под угрозой расторжения оказались многие международные отношения и директору немалых усилий стоило нивелировать последствия школьного скандала, вылившегося в политическую плоскость. Приняв окончательное решение, Дамболдор сыпанул дымолётного порошка в камин.    - Как в Азкабане?! - не забыв о щитах от подслушивания, раненым носорогом орал старый шмель двадцать минут спустя. - Ты, тля, перхоть подноготная, ты понимаешь, что натворил?!    - Не кричите! На два тона пониже, директор, - беспардонно огрызнулся Джеймс. Директор поначалу опешил, давненько его не затыкали всякие... он давно начал замечать, что бывший ученик скатился к хамскому поведению со старшими, пора давать наглецу укорот. - Мы в одной упряжке и ваша, Альбус, подпись с пергамента по взмаху палочки никуда не испарится. Вздумаете потопить меня, пойдёте на дно следом.    - Пойду следом, значит? Мальчик мой, скажи мне, ты закрыл дело и расследование по факту нападения на Джиневру Уизли прекращено? Нет? Какая жалось! - Дамболдор всплеснул руками. - А знаешь ли ты, что превышение должностных полномочий в твоём случае карается двумя годами Азкабана? Что мне мешает, в свете вновь выявленных обстоятельств, направить некоторые дела на до расследование? Я отделаюсь штрафом, а ты сядешь и даже псина Блек тебе не поможет. Вальпурга выполнила угрозу и выкинула блудного пса из Рода. Мальчик мой, ты в курсе, что заключённые, слабо говоря, не испытывают симпатий к аврорам, а тебе грозит не одиночка особого режима, а общая камера на двадцать рыл? Представляешь, что они с тобой сделают? Ты, душечка, станешь тюремной шлюхой, которую будут пользовать от звонка до звонка, да и Джейса могут привлечь за лжесвидетельство и намеренный оговор мистера Эванса. Попечители выпрут его из Хогвартса и моё заступничество не поможет. Куда прикажете идти мальчику из семьи с подмоченной репутацией?    - Джейс - герой! Его не посмеют тронуть.    - Да ну? Ты настолько веришь, в то, что сказал? Раскрой глаза! Министерские шакалы порвут его на тряпочки, а тебя выкупают в дерьме и сделают козлом отпущения. Испанцы требуют крови. Леди Блек требует крови, Мунго кипятком исходит, рвёт и мечет, требуя наказать виновника отъезда будущих целителей за границу. А кто у нас виновник?    - Вы не посмеете! - от сковавшего его страха, Джеймс покрылся холодным потом, воспользовавшись заминкой, легилиментический щуп директора беспрепятственно скользнул в разум гостя.    - Конечно, я не посмею, мальчик мой. Я палец о палец не ударю. Без меня найдётся кому, а я отойду в сторону и не стану мешать. Твою семью линчуют.    - Что вы хотите, Альбус? - сдался Джеймс. В бороде директора мелькнула мстительная улыбка, но его глаза остались льдисто-холодными.    - В какой форт ты засадил сына?    - Северный, - без капли раскаяния ответил Поттер.    - Ну, ты и мразь, Джеймс. Тебя же порвут на лоскуты и будут правы. Ты сунул школьника в пасть дементорам, он там уже в живого овоща превратился. Блек от тебя мокрого места не оставит.    - Что мне делать, Альбус?    - Ты меня спрашиваешь?! - взорвался Дамболдор, зарядив бывшему ученику хлёсткую пощёчину. - Думать надо было верхней головой, а не нижней. Из-за твоего похода на ведьм тебя первого сожгут на костре! - резко успокоившись, директор закончил ледяным безэмоциональным тоном:    - Уничтожь все документы, а на освободившуюся должность начальника тюрьмы ты должен рекомендовать Ньюта Мэрфи. Приложи усилия и пробей его кандидатуру в ДМП.    - Этого отпетого мерзавца?    - Этого достопочтимого джентльмена, обязанного мне до гробовой доски. Запомни, Джеймс, никаких мальчиков не было. Ты выпустил юного мистера Эванса из камеры предварительного заключения на следующий день, и не твоя забота, куда он делся после этого. Во Францию удрал вслед за невестой. Понял? Не разочаруй меня, больше ошибок я не прощу. Иди с глаз моих.    Постояв пару минут и глядя в окно бездумным взглядом, Дамболдор встряхнулся и повернулся к камину. Об Эвансе можно забыть, дементоры сожрут его разум, а если не сумеют, в тюрьме найдётся кому присмотреть за юным дарованием. Пусть посидит, сговорчивей будет... Документы Джеймс подчистит, он слишком напуган, чтобы ослушаться. Никто не свяжет перевод Эванса в Азкабан с Дамболдором. Ох, Джеймс, такую свинью подложил. Хвала Мерлину, самодеятельность выявилась не успев дать плоды, иначе имелся большой риск вылететь с кресла председателя Визенгамота. Обошлось. В активе остались слишком независимые пенсионеры и два аврора. В огонь полетела щепотка порошка:    - Аластор? Аластор, ты на месте?    - На месте, чем могу служить, Альбус? - Грюм предпочёл зайти в начальственный кабинет, а не переговариваться через пламя.    - Подбери мне "мусорщика", Аластор, - наложив мощный щит от подслушивания, сказал директор.    - Кого убрать?    - Кого укажу, "мусорщик" тоже должен потом исчезнуть.          Белла не любила зиму, всею душой ненавидя пронизывающий до костей холод. Ходод, который обледенелыми костлявыми пальцами пробирается в самое нутро. От него нет спасения, его когти вытягивают тщательно хранимее тепло заставляют покрываться мутной, непроницаемой коркой самые светлые воспоминания, превращая их в нескончаемые муки. Неправы утверждающие, что дементоры питаются счастливыми воспоминаниями - глупцы! Люди, прошедшие Азкабан и сведшие близкие знакомства с этими потусторонними тварями, порождениями самой мерзкой бездны, скажут вам, что эти отрыжки хаоса наслаждаются болью и мучениями, душевными муками и страданиями. Недоумки слепо верят в то, что патронусы - квинсенстенция самых светлых чувств человека, может победить дементора, ибо концентрированное счастье убивает боль и пустоту, а ничем иным стражи крепости-тюрьмы быть не могут. Да, патронус отгонит тварь, но волшебник, применивший его, опустошает себя и становится неспособен на другое магозатратное волшебство, становясь лёгкой добычей... Мрази в драных балахонах боятся пламени, уж Белла, как специалист, знает об этом поболее многих. Она не любила зиму из-за вымораживающего дыхания холода, напоминающего о ледяных застенках и дементорах за решёткой двери. Не надо придумывать ад, когда он существует на земле. Все девять кругов в одной камере.    Шагая по дорожке, посыпанной мелким белым гравием, Белла зябко куталась в соболью шубку, подаренную неизвестным русским поклонником таланта юной актрисы. Конец января тысяча девятьсот девяносто третьего года, холод в предместье Парижа Нейи-сюр-Сен за всю зиму ни разу не перебирался за отметку пять градусов ниже нуля по Цельсию, но черноволосая девушка с белой седой прядью, придававшей красавице дополнительный загадочный шарм, думала, что на улице сибирский трескучий мороз. Падающие сверху искристые хлопья, ложащиеся вспененным покрывалам на газоны и фигурные кусты парковой зоны поместья, навевали мысли о смерти.    Вздрогнув всем телом и оглянувшись на пустую аппарационную площадку, Белла ускорила шаг. Она сначала хотела вызвать Кричера, Ансу или Мирри, чтобы её перенесли в дом, и не пришлось топать по холоду и по покрытому снегом парку лишние сто метров, но поборов секундную слабость, решила отдаться размышлениям по пути к дому тетушки Вальпурги. Обогнув плотные кусты жасмина, покрытые белыми шапками снега, волшебница вышла к центральной дорожке, с которой открывался шикарный вид на старинный особняк, по самую крышу заросший плющом. Магически поддерживаемые плети растения фигурно оплетали окна и балконы, красиво контрастируя с тяжёлым серым камнем фундамента и краснокирпичными стенами. За высокими, "французкими" окнами каминной залы горел тёплый уютный свет. Белла на мгновение остановилась, вглядываясь в силуэты за окном.    У разожженного камина, повернувшись правым боком к пляшущему пламени, укрыв ноги пледом, в плетёном кресле сидела хозяйка, на коленях которой лежала толстая книга. На мягком персидском ковре среди разбросанных подушек расположились Нимфадора, Гермиона, Бекки, сестры Гринграсс и малышка Лили Дурсль-Эванс, мальчиков не было видно. Понятно, тётушка опять преподаёт девушкам то, что не предназначено для мужских ушей.    Невидимая из дома, Белла подошла к окну и засмотрелась на Вальпургу. Сдала тётушка, очень сдала. Предательство сына и последующее его изгнание больно ударили по Стальной Вэл. Но ничего, потихоньку, шаг за шагом, тётка выкарабкалась из почти схвативших её костлявых лап Миледи, как говорил Гарольд. Забросив съёмки и наплевав на карьеру, Петунья и Белла больше месяца не отходили от постели бывшей Леди Блек. Неоценимую помощь оказали Астория и Генри, ухаживавшие за пожилой пациенткой под неусыпным контролем Поппи.    Все перебравшиеся во Францию и поступившие в Шармбатон беглецы, в том числе Астория Гринграсс с женихом перевелись на дневную форму обучения. Каждый вечер они возвращались по домам с помощью специально зачарованных портключей, а будущие колдомедики первым делом прибывали к Блекам, поддерживая женщину целительскими техниками. Дети многого достигли за этот напряжённый месяц, Поппи нарадоваться не могла на учеников. Правду говорят, не было бы счастья, да несчастье помогло, хотя, как по Белле, к Мордреду такое счастье и несчастье тоже. Но, по словам самой Вальпурги, её вытащила Лили. Маленькая кузина Гарольда читала болеющей бабушке сказки, кормила с ложечки и строго следила за приёмом зелий и лекарств, которые, ни на грош не доверяя магическим аптекам, варила Петунья. Девочка единственная могла погладить бабушку по голове и строго отчитать за какой-нибудь мнимый или реальный проступок, обещая нажаловаться кузену (когда тот вернётся) на плохое поведение крёстной матери. Уже в столь юном нежном возрасте у мелкой пигалицы чувствовалась кровь Слизеринов и железный характер. Потенциал у девочки тоже был ого-го! Страшно представить, что из неё вырастет. Ну, мужская погибель это точно, остальное не столь существенно.    Постояв ещё немного, Белла решила не нарушать идиллию. Она спиной отступила от окна на несколько метров и вызвала Кричера. Появившись с едва слышным хлопком, домовик согнулся в почтительном поклоне. Старинный слуга рода с некоторых пор с безграничным пиететом относился к Белле, Дурслям и всей честной компании из окружения Гарольда. Андромеду домовик уважал, особенно когда сестрица от имени дочери - молодой Леди Блек, заняла место представителя Блеков в Палате Лордов Визенгамота. Несмотря на усилившееся противодействие партий Дамболдора и Малфоя, Анди сумела удержать позиции коалиции "традиционалистов" и существенно пошатнуть авторитет белобородого старца. Сестра оказалась достойной наследницей Стальной Вэл, тем более тётя не оставила её без своих советов и всегда незримо присутствовала за спиной. Очков и популярности традиционалистам добавило публичное раскрытие факта подготовки нового поколения в лице Гермионы Грейнджер. Андромеда не стала скрывать от публики, что готовится через десять лет уступить ей место. К тому же магическому потенциалу девушки могут позавидовать многие чистокровные волшебники, поэтому урону чести Дома Блек не будет никакой. Что немаловажно, девушка воспитывается в традициях магического мира, но без отрыва от маггловского. В современных реалиях поиска приемлемых точек взаимодействия и интеграции с магглами лучшей кандидатуры не найти. С подачи Анди, Визенгамот инициировал расследование действий Дамболдора на посту директора школы. Политические весы застыли в хрупком равновесии. Малейшая ошибка Дамболдора и он распрощается с одной из должностей. Либо, при большой удаче, его выпнут с обоих, хотя это маловероятно. С одной стороны ему вменяют в вину свободно разгуливающего по школе василиска и доступ первокурсницы к темномагическому артефакту (куда глядел директор и где были школьные сигнальные щиты?). С другой стороны над стариком мечом палача нависал устроенный самосуд над учеником и передача Гарольда Эванса в аврорат, откуда тот, по заверениям заместителя начальника аврората, был отпущен на следующий день из-за отсутствия состава преступления. То есть, Дамболдор не справился ни с одной из должностей, выстояв против обвинений лишь за счёт прошлых заслуг. В школе тоже произошёл раскол на два лагеря. Минерва МакГонагалл, в прошлом верная последовательница директора, возглавила лагерь школьной оппозиции и стала глазами и ушами "традиционалистов". Старая кошка знала, кому обязана жизнью и по пунктам разбила все обвинения директора при расследовании школьного инцидента, после которого слава МКВ - Джейса Поттера, существенно померкла в глазах магической общественности, а его отец вынужден был передать все оперативные функции начальнику оперативного отдела, который был административно переподчинён главе ДМП. Аврорат одним махом перестал считаться мощной политической силой, чего Джеймсу не простил уже Дамболдор. В приближающихся выборах министра его фракция стремительно теряла очки, по всем статьям уступая Амелии, неуклонно набирающей популярность.    - Госпожа, - зацепив ушами снег, ещё раз поклонился Кричер.    - Перенеси меня в библиотеку и подай глитвейн, - приказала Белла. - После окончания занятия, сообщи хозяйке Вальпурге о моём прибытии.    Взяв Беллу за руку, Кричер перенёс её в библиотеку. Забрав верхнюю одежду, он вскоре появился с подносом, на котором исходил корицей и паром высокий бокал с глитвейном.    Домовик появился через полчаса, когда согревшаяся и разомлевшая Белла начала подрёмывать с книгой в руках. От предложенного зелья бодрости, она отказалась. Потянувшись всем телом, девушка согнала сонную одурь и лёгким взмахом волшебной палочки привела в порядок лицо. Вальпурга ждала племянницу в кабинете. После традиционных приветствий, тетушка велела подать по бокалу красного вина, рекомендованного целителями, затем, не говоря ни слова, взглядом велела переходить к делу.    - Это отчёт детективов, - Белла достала из сумочки папку, увеличила её и передала Вальпурге.    - Подробно почитаю позже. Что здесь, вкратце? - несмотря на официальный отход от дел, Вальпурга оставалась матриархом семейства и была такой же непререкаемо властной леди, с мертвой хваткой, как до болезни.    - Все мертвы. На первый взгляд обычные несчастные случаи, никак не связанные друг с другом.    - Этого следовало ожидать. Что смутило детективов?    - Артистизм. Естественные смерти так красиво не обставляются - это характерная подпись одного "мусорщика".    - И?    - След оборван. "Мусорщика" зачистили. Деньги переводились с обезличенного счёта одного малоизвестного маггловского банка. Скорее всего, под обороткой, поэтому выяснить личность человека не удалось, так же не удалось узнать, от какого яда наступила смерть убийцы. Магическая подпись отсутствует. Исследования в криминологической лаборатории ничего не дали, биологические составляющие яда, предположительно, разложились через двадцать минут после смерти. Единственная зацепка, ранка на шее, как от укуса слепня. Вероятно, яд был введён через неё, а стрелку или иглу либо подвели магически, либо стрельнули ею через специальную духовую трубку. Работал профессионал, но ни одна из гильдий ассасинов в тот период заказов не получала. По предположительному заключению экспертов отдела убийств, основанному на опыте работы и интуиции, отравляющее вещество напоминает кураре.    - Проверяли след?    - Тупик, обманка.    - Ясно, - кивнула Вальпурга. - Что авроры?    - Как я говорила - мертвы.    - Дамболдор избавился от свидетелей. На его месте я бы действовала точно так же. Следов к себе он никаких не оставил. Явных следов, а давить на "шмеля" без доказательств бесполезно. Плохо, но отсутствие результата - это стимул его искать. Увеличь награждение детективам, пусть "копают" тщательней. Что ж, с новым начальником тюрьмы пробовали выходить на контакт?    - Без вариантов. Он ест с руки старика и предан ему от макушки до пяток. Чем-то старик крепко держит его за задницу. Настолько крепко, что с тюрьмой практически прекращена подпольная контрабанда и все контакты стражи сведены к минимуму. Мы вышли на посредника, но его контакт работает в южном форте, а они никак не пересекаются с охраной северного.    - Пусть мальчики хорошенько покопаются в грязном белье начальника Азкабана и вывернут все его грехи. Мы должны знать, чем и за что перекупить его верность или спихнуть с кресла. Спихнуть так, чтоб голова слетела с плеч. Что мы имеем. С вероятностью в девяносто процентов Гарольд заключён в Азкабан. На нары его запихнул папашка с разрешения или по прямому указу Дамболдора. Когда старик сообразил о размере совершённой глупости, он зачистил хвосты и обрубил все концы, ведущие к нему. Подобраться к Поттеру мы пока тоже не можем. Но данная проблема временна, директор не сможет держать свою ручную собачку на коротком поводке и когда-нибудь допустит оплошность. Остаётся ждать и надеяться, что этот предатель крови вскоре даст нам повод взять его за глотку. Пусть твои мальчики продолжают собирать на него компромат. Пригодится.    - А Гарольд будет всё это время будет морозиться в компании с дементорами?! - вскочила Белла.    - Сядь! - жестко её осадила тётка, которая чуть ли не шипела по-змеиному на племянницу. - Сопли подбери. Гарольд знал, на что шёл и всё просчитывал заранее.    - Как знал? Как можно... - Белла не находила слов. Если крестник планировал аферу и Вальпурга об этом знала, то как она допустила подобное? Как?!    - Кричер, принеси думосбор.    - Причем здесь думосбор? Я не понимаю.    - Сиди, кому говорю. Сейчас поймёшь. Совсем мозги на съёмочной площадке растеряла.    Вальпурга слила воспоминания в появившуюся на столе чашу и взглядом пригласила племянницу нырнуть в серебристо-белесую муть.    - Значит, Кричер по твоему приказу срисовал схемы, которые рисовал Гарольд, а также именно вы инициировали травлю Дамболдора, из-за чего его попросили из МКМ? - закончив просматривать воспоминания и вынырнув из думосбора, спросила Белла. - И "Пророк", и документы для "Шармбатона" он готовил заранее и всё равно я не понимаю, зачем ему это?    - Затем, что выйдя из тюрьмы, Гарольд одним ударом спихнёт этого белобородого светоча со всех постов и пьедесталов. Спихнёт так, что ему не то что руки, ржавого сикля не подадут и рядом одним воздухом дыщать побрезгуют. Гарольд утопит Поттера и аврорат в таком дерьме, что те сто лет побоятся в его сторону вякать после этого. Засадить без суда и следствия действующего Лорда Слизерина в Азкабан. Большей глупости и ошибки ни директор, ни его прихвостни допустить не могли. Главное, чтобы он вышел из тюрьмы, если мы допустим сейчас раскрытие его инкогнито, то там он и сгниёт. А ты держи себя в узде и не дай Мерлин по твоей вине пойдёт прахом всё, что мы достигли с помощью моего крестника, Гермиона первая удавит тебя (Белла потёрла шею в характерном жесте). Она девочка умная, получше некоторых, не в обиду тебе будет сказано, понимает, что можно, а что нельзя. И ты, и Андромеда, и Дора обязаны сохранить и преумножить достижения нашего мальчика, а добиться этого можно только планомерной работой и раскачиванием ситуации в Визенгамоте. Никаких интрижек, никаких любовников и гулянок, судьба твоего Сюзерена зависит от тебя, Белла, и от твоей репутации. Думаешь, я не переживаю за него? Ещё как переживаю. Я за Сириуса и Регулуса так не переживала. Эванс и Дурсли вернули мне семью, понимаешь? Дали Роду будущее, ничего не прося взамен. Я перед ними в долгу до гробовой доски. Сейчас наша самая главная задача готовить площадку для возвращения Гарольда, тем более Дамболдор потерял большую часть влияния и возможностей на континенте. В Англии он величина, а здесь - никто!    - Случилось что-то неординарное? Я привыкла, тётя, что вы никогда не бросаетесь необоснованными заявлениями.    - Случилось, - кивнула Вальпурга, пододвигая племяннице итальянский "Голос Беневенто". - Скоро об этом будет судачить весь мир.    Крупный мигающий заголовок на передовице магического издания сообщал о смерти величайшего алхимика Европы и мира. На шестьсот шестьдесят седьмом году жизни бренный мир покинули супруги Фламель и их дети, на момент трагедии находившиеся в отцовском доме. Знаменитый алхимик проводил очередной эксперимент, завершившийся взрывом лаборатории. Взрыв был такой силы, что с тайного поместья слетели все щиты, пропали "фиделиус" и "скрыт", не говоря уже прочих чарах. Сам алхимик успел закрыться персональным щитом, но взрывная волна щвырнула оглушенного экспериментатора на кучу валунов, расположенную в ста метрах от дома. Щит, спасший создателя филосовского камня от взрыва, не выдержал удара о камни, как и голова алхимика, расколовшаяся подобно ореху.    О чём не сообщалось в обжигающей новости, так это о том, что маггловские следователи нашли на развалинах следы сильнейшей взрывчатки маггловского же производства, а ещё они умалчивали о слабых, на грани чувствительности следах чар, обнаруженных на месте упокоения великого человека. Следы чар списали на остаточную деятельность личных артефактов усопшего. Многочисленные порезы и ранки никого не насторожили. Попробуй, пролети сто метров по воздуху и останься без царапин. Не писали газеты о неприметных людях и сильных колдунах, разоривших тайные захоронки с крестражами семейной пары. Ни слова не сказали о странной ловушке духов, обнаруженной на окраине Беневенто. Ни строчки в статье не было о десятках смертей по всеми миру. Погибали маги, связанные с Фламелем, а маггловские политики наоборот, либо брались, либо освобождались от чужого контроля. Ликвидаторы и оперативники тринадцатого отдела КГБ с блеском провели операцию по устранению старинного врага. По намёкам крестного сына, Вальпурга догадывалась о ведущейся охоте на покровителя Светоча Британии. Не мог в таком консервативном обществе, как магическая Британия, полукровка вылезти в председатели верховного суда без солидной поддержке со стороны, никак не мог. Покровитель должен был обладать реальной властью и неистощимыми ресурсами. У Фламеля всё это имелось в достаточном количестве. Теперь лафа у Дамболдора закончилась. Он ещё чертовски силён и крепок в политическом и магическом планах, но насколько хватит у него собственных запасов?    - Фламель оказывал покровительство директору?    - Оказывал, милая. Держал нашего светоча на крепком поводке.    - Теперь многое становится понятным. И что нам прикажешь делать?    - Ждать, Белла, ждать. Мяч на стороне Дамболдора, но я чувствую, что мы скоро увидим Гарольда. Гадала на картах.       Конец затянувшейся интерлюдии.          14 февраля 1993. Азкабан.                Продолжение следует...                        

.

Сайт - .. || ..



Что делать чтобы не потели стёкла очков

Что делать чтобы не потели стёкла очков

Что делать чтобы не потели стёкла очков

Что делать чтобы не потели стёкла очков

Что делать чтобы не потели стёкла очков

Что делать чтобы не потели стёкла очков

Что делать чтобы не потели стёкла очков

Рекомендуем почитать: